Екатерина Борисова – Преданная истинная черного дракона (страница 78)
— И вы его отпустили? — мои глаза округляются от шока. Как можно так спокойно говорить о смерти?
Ответа я не получаю.
Лишь три пары спокойных печальных глаз смотрят на меня. ОНИ приняли ЕГО выбор.
Не я.
Со злостью я срываю сковывающий эмоции и связь браслет.
Прикрываю глаза.
Воспоминания бушующем потоком заполняют меня.
Наш первый и единственный бал!
Я помню золотистый свет, волнение и его глаза — глубокие, почти чёрные, обжигающие меня. Моя рука в его руке. Вспышка, искра, и внезапно весь мир сужается до этого единственного момента.
Я влюблена, окрылена, я чувствую себя невесомой, будто танцую не на паркете, а среди звёзд. Лёгкость и тепло, которые он дарил мне, казались вечным счастьем, выкованным в сиянии хрусталя. И наши метки!
Тогда будущее виделось мне исключительно счастливым.
На языке горчит от воспоминаний о его предательстве.
Леди Анна, холеная красотка, что стонет в объятиях МОЕГО истинного!
Мир рушится, а хрусталь бьётся осколками о холодный мрамор.
Боль от предательства рвёт меня на части.
Я хочу перевести дыхание, но грудь сжимает стальными оковами воспоминаний.
— Идалин! — рядом раздаются лёгкие шаги. Но я отстраняюсь от леди Констанс.
Я помню. Я должна всё вспомнить!
Его визит в морозный вечер. Надменность, холодность и обидные слова. Отчаяние толкает меня прочь. Осколки драконьего камня хрустят под моими ногами, и вот уже я в ледяной пустыне.
Отчаянье и страх сковывают меня.
Перенесённая боль не дают мне отчаяться.
И я нахожу свои новый дом.
Новую надежду. Новых друзей.
Но Александр!
Опять Александр!
Он шёл по моему следу! Не отступал никогда. Загонял, как добычу в силки.
Травил и наслаждался своей властью надо мной, пока...
Не отступил.
Он отпустил меня.
Эта простая мысль не укладывается в моей голове.
Хуже того! Она не приносит мне облегчения.
Как много я готова была отдать за неё ещё недавно.
Но не сейчас!
Эта внезапная свобода не приносит радости, она приносит хаос. Рвёт мою душу на части.
Я в смятении, я ненавижу его за то, что он причинил мне боль, но ещё больше я ненавижу его за то, что ушёл без объяснений.
Моё бедное израненное сердце отчаянно колотится в груди. Его дракон протяжно воет. Я так скучала по его мягкому ворчанию и тёплому свету в груди.
По щекам стекаю горячие слёзы.
Я сама не понимаю себя.
Но...
Я скучаю. Именно ОН давал мне силы, чтобы бороться, вставать, идти вперёд.
А если его нет, то ради чего мне стоит вставать по утрам?
Я хмурюсь, стараясь разобраться. Но уже ничего не понимаю.
Зачем он сделал это?
И почему я так страдаю от его ухода?
— Зачем эта жертва? К чему? — всхлипываю я.
— Потому что он понял, девочка, — Констанс обнимает меня за плечи. — Он понял, что значит любить по-настоящему и не быть любимым в ответ. Он понял, ЧТО перенесла ты по его вине.
Он понял? Он полюбил?
Меня вдруг пронзает острая, жгучая благодарность. Только настоящий мужчина, как он, мог позволить себе такой поступок — отказаться оттого, что любит, чтобы дать мне право жить.
В этом отказе, в его отступлении, я вижу истинную глубину его чувства.
Дракон в груди согласно воет, отчего по венам растекается тепло.
Любовь вспыхивает внутри меня снова, но теперь она иная: это не юношеский восторг, а признание силы, которая способна на самоотречение. Это и есть настоящая, несокрушимая любовь.
— Он был неправ, — дрожащей рукой я стираю слёзы и со всей силы бросаю себе под ноги подвеску с драконьим камнем.
Глава 86. Новый суд
— Князь Александр Веленгард, ты признаёшь себя виновным... — Августус, мой двоюродный дядя со стороны отца и король Авелона грозно сводит брови.
Сегодня он выглядит особенно торжественно и надменно в своих сияющих доспехах.
По случаю моего закрытого суда король решил облачиться в золочёную броню своего деда.
Августус сидит на золотом троне, по правую руку от него всхлипывает королева — мать Анны, по другую сторону с серьёзными лицами восседает палата лордов. И больше никого.
—...в том, что обманул моё королевское ожидание и не сделал моей дочери Анне предложение руки и сердца? В том, что растлил её и бросил на сносях! В том, что покушался на королевского...
О боги! Что он несёт? Августус терпеть не мог Анну, сколько я его знаю, он пытался отослать её подальше от дворца, но королева не давала!
— В том, что совершил побег из камеры и бежал в Драконьи Пределы, в том, что и там нашёл бедняжку Анну и всё-таки убил мою беременную дочь!
Моих сил больше нет слушать этот бред!
Я сам вернулся в Авелон, лично сдался в руки гвардейцев короля, но слушать эти обвинения... Это выше моих мол.
— Ваше Величество! — я поднимаюсь со скамейки. Никто из гвардейцев не решается меня остановить.
Многие ещё помнят, им могучим и несдержанным драконом я был.