Екатерина Борисова – Преданная истинная черного дракона (страница 13)
— Лорд Гриффит, — раздаётся скрипучий голос Кречета, — подойдите сюда на минуточку, засвидетельствуйте договор!
Золото глаз Гриффита вспыхивает раздражением. Хватка на моей руке слабеет, и я быстро выдёргиваю её.
— Я вернусь через минуту, мисс Голд, — опасно щурится он.
Стоит ему вернуться в зал, как я просто кидаю черепки в большое ведро рядом, опираюсь двумя руками на стол и судорожно ищу решения.
Но его как будто нет.
Я не могу сбежать, но и снять браслет я не могу. И отказать нельзя. Это вызовет ещё больше подозрений.
Мой взгляд падает на большое ведро с талым снегом.
Сондра уже успела перетащить его от камина на кухню.
В прозрачной голубоватой глади отражаются мои огромные испуганные глаза.
Что делать, Идалин⁈
Решение приходит быстро. Кажется. Моё тело всё решает за меня ещё до того, как я осознаю это.
Ладонь ложится на стенки деревянного ведра. Магия мягким теплом струится по венам, через ладонь прямо в воду.
Не проходит и минуты, как вода в ведре бурлит и пышет паром. Вот так легко можно вскипятить воду одной лишь магией.
А теперь осталось самое трудное: решиться попробовать скрыть метку или струсить и вернуться к Александру!
Я заношу ладонь над кипятком и прикрываю глаза.
Что выбрать?
ЧТО?
Глава 13. Злополучный браслет, чтоб его…
Тяжелые шаги за моей спиной придают решимости.
Я не могу позволить кому-то что-то решать за себя.
Не для того я убегала, не для того я оборвала все нити!
Нет!
Я не стану заложницей в замке черного дракона, пускай даже он мой истинный. Или я его!
Я не хочу быть всего лишь «одной из»! Не хочу быть наложницей для бесконечного рождения чужих наследников!
Я хочу любви! Семьи! Пускай небольшой, но своей! А к жестокому князю я не вернусь! Никогда! Лучше смерть!
Стоит мне коснуться запястье правой руки, как внутри отдается тоска. Странное чувство тупой боли, разрушенных надежд и глупой девичьей любви, которую растоптали и унизили. Но оно все равно выжило.
Нет! Так не пойдет!
Я просто делаю глубокий вдох и опускаю ладонь и запястье в кипяток. Секунду или две я ничего не чувствую, а вот потом…
Острая, жалящая, раскалённая до предела боль пронзает руку. Такое чувство, что кожу жжет драконьим пламенем.
Больно, демоны, как больно.
Я дергаюсь, взвизгиваю от боли, теряю равновесие и валюсь на пол.
Попутно тяну за собой и ведро с кипятком.
Отчаянно скулю от боли и страха.
Сейчас вся эта огненная вода выльется на меня, окатит с головы до ног… и я умру… наверное, от боли…
Не успеваю об этом подумать, как чьи-то крепкие руки подхватывают меня за талию, легко приподнимают, словно я ничего не вешу.
Сквозь пелену бессильных слез я вижу размытый силуэт лорда Гриффита.
Он крепко прижимает меня к груди и вместе со мной перемахивает через кухонную перегородку. А опускается уже в зале и сразу на две ноги, продолжая прижимать меня к себе.
Вот это сила. Вот это мощь. Вот это скорость реакции.
— Лиана! — лицо Сондры бледнеет, а зеленые глаза вспыхивают беспокойством. — Что случилось? Вот демоны!
Она вскакивает со стула, не обращая внимания на бубнеж публикана, бросается ко мне и осторожно касается моей обожжённой руки.
— Демон, демон, демон! — шипит она, осторожно отлепляя тончайшее кружево от сваренной вкрутую кожи на моем запястье.
— Я бы попросил вас не выражаться! — поднимается вспотевший до нитки лорд Кречет. Но на него уже никто не обращает внимания.
— Игнис! — рявкает полковник. — За лекарем, быстро!
Один из офицеров коротко кивает и выскакивает за дверь, впуская в таверну лёгкий морозный ветерок с россыпью снежинок.
— Сейчас, сейчас, — Сондра осторожно усаживает меня на стул и злобно зыркает на полковника.
Но тот не отходит ни на минуту.
— Что случилось? — Сондра убирает с моего взмокшего от боли лба прилипшие пряди. — Как это произошло?
— Я не знаю, — закусываю губу, стараясь не смотреть ни на кого. — Я зацепила ведро с кипятком, а потом… не помню…
— Да? — Сондра подозрительно щурится. Но держит свои сомнения при себе. Спасибо «сестра».
— Надо снять браслет, — рычит рядом полковник, успевший присесть передо мной на корточки.
Да что б ему… провалиться!
Чего он привязался к моему браслету?
Закусываю губу до боли и с ужасом жду, что он будет делать дальше.
Но он медлит. Удерживает обожжённую руку под локоть и чего-то ждет.
Все они ждут.
Чего?
Вскидываю вопросительный взгляд на Сондру, и она вздыхает с такой интонаций, словно я маленькое неразумное дитя, и мне все надо объяснять.
— Давайте дождёмся лекаря, — Сондра отходит от меня, проходит на кухню и гремит выдвижными ящиками.
— Браслет раскалился до красна! Не думал, что у вам такая сильная магия, мисс Дьюбери, чтобы нагреть воду в деревянной кадке до такой температуры, что драконий огес раскалится!
Драконий огес⁈
— Мммм, — стону от боли и разочарования в себе. Ну как я могла ТАК оплошать? Нужно было приложить меньше усилий для кипячения воды! Драконий огес — один из самых прочных сплавов в мире. Именно из него драконы куют свои защитные и брачные браслеты, ведь он может выдержать драконье пламя и не расплавиться. А я, дуреха, раскалила его до красна! Вот что значит испугалась!
— Сейчас полегчает. Немного, — Сондра возвращается ко мне, сжимая в руке целую россыпь амулетов. — Держи!
Она осторожно, едва касаясь ссыпает прохладные камешки мне в ладонь и хмурится.
— Да, — наконец, кивает она. — Браслет придется снять, Лиана. Иначе ты лишишься руки!
Три пары напряжённых и заинтересованных взглядов пересекаются на мне. В одних горит зелёный огонь сочувствия, в других золото едва сдерживаемой ярости, бесцветные глаза пуритана выражают лишь раздражение, а офицер морщится от брезгливости смешанной с досадой и сожалением.