Екатерина Боброва – Стихийница (страница 17)
— Он от тебя отказался, а ты… его… — горло перехватило от обиды и непонимания. Унтар на самом деле не понимал стихию. Пацан ее унизил, а та не просто стерпела, еще и защищать полезла.
— Не сметь! — загудел рассерженно дух огня, и Унтар плюнул на попытки разобраться. Сама стихия не пришла, отправив вместо себя безмозглого духа, которой только и может, что твердить:
— Не сметь? — уточнил дух вопросительно.
Унтар даже глаза прикрыл, чтобы не видеть столь вопиющую несправедливость. Но решение стихии…
— Не сметь, — подтвердил он устало, давя желание накостылять по шее обоим: и духу, и пацану. Однако не опускаться же до уровня курсанта и драться с родной стихией.
Дух кивнул, принимая ответ и зашагал прямо к стене зала Вразумления. Втянулся в защиту, которая по идее не должна была никого ни пропускать, ни выпускать и исчез, оставив после себя на камне выжженный силуэт. С короной. Чтоб уж точно никто не сомневался, кто именно их посетил.
Унтар столкнулся с ошалелым от изумления взглядом курсанта, моргнул, возвращая своим глазам прежний размер, а то два идиота с круглыми глазами на один зал — перебор и проговорил, едва сдерживая кипящую внутри ярость:
— Не знаю, в кого ты такой везучий, но не думай, что эта выходка сойдет тебе с рук. Даже если огонь с какого-то пепла вступился за такого засранца, как ты, наказание все равно получишь. Учиться ты не сможешь, кормить бесплатно тебя никто не будет. Готовься отрабатывать: говно таскать, загоны чистить до… бессрочно. До полного вразумления и исчезновения дури. Уж сколько лет в наставниках, а такого никогда не встречал… — позволил он себе все же высказаться не по существу. Резко развернулся, снял защиту с зала и вышел, ощущая, как воздуха категорически не хватает. Успокаивало одно — пацан был так же удивлен заступничеством огня, как и сам Унтар.
Глава 7
С утра к Оле заглянула соседка, представившаяся Луной. Она проверила состояние девочки, восхищенно потрепала по ушам кролика и посетовала, что Оля единственная малышка среди взрослых уже девушек, так что подружку ей найти будет сложно.
— Но ты держись и не позволяй себя обижать, — посоветовала она напоследок. — Пусть ты и стихийница, но не меньше человек, чем они. Я в пятой комнате. Заглядывай вечером, познакомлю с остальными. И кролика приноси. Девчонки будут в восторге.
Оля обещала заглянуть. Если силы останутся. Мастер Хе наверняка захочет продолжить занятия…
В столовой к ней не лезли, а замеченные взгляды делились на две категории: равнодушные и злые. Если бы не Снежок в сумке на плече, ощущение одиночества в толпе было бы особенно острым. К Туману и остальным она сама не подошла, понимая, что это в ее комнате они могут быть милыми, учить читать, помогать с заданием, а перед остальными предпочтут не замечать. Да и какие отношения могут быть у взрослых уже парней с малышней вроде нее? Смех, да и только.
— Сегодня на занятии обсудим разницу между стихийниками и обычными магами, — объявил мастер Вэ. — Есть желающие высказаться? — обвел он требовательным взглядом класс.
Мальчишки появление Оли встретили настороженно, сторонились, точно хищника, но задирать больше не пытались. Похоже, у нее выстраивается репутация…
— Стихийники вместо собственного источника используют внешний, — высказался Вспышка.
— Не совсем так, — поправил его мастер, — просто их внутренний источник связан с внешним, именно поэтому у них нет проблем с наполнением, только если они не окажутся в местах с высокой нестабильностью.
С задних рядов завистливо присвистнули, пробормотав:
— А мы тут каждую каплю бережем. Халявщики.
Мастер понимающе улыбнулся.
— Зато у них возникают другие проблемы. В первую очередь контроль над силой. Очень сложно остановиться и перестать ее поглощать. У стихийников, так же как и у нас, есть резерв. У всех разный. Образно говоря, кто-то может и бочку в себя влить, а кто-то ведро.
— Но зачем им поглощать, если всегда можно пополнить? — недоуменно спросил кто-то из учеников.
— Потому что внутренний источник не может оставаться пустым. Однако стихии крайне чувствительны к эмоциям. Говорят, огневики буйны и несдержаны, водники холодны и расчетливы, воздушники непоседливы, ну а маги земли медлительны и неразговорчивы. Стихии накладывают отпечаток не только на саму магию, но и на характер адептов.
— То есть, — Веснушка многозначительно посмотрел на Олю.
— Знай вы об этом вчера, поступили бы иначе, — подтвердил мастер Вэ. — Кто скажет, чем еще опасна стихийная магия?
— Сложно использовать ее точечно, регулировать поток, — посыпались ответы.
— Выбросы и нестабильность.
— Выгорание от пропуска большого количества силы.
— Слышал, у них даже магическое опьянение есть, это когда тебя от переизбытка силы штырит, как от спиртяги.
— Спиртного, — поправил его мастер, — но в целом ты прав. Есть еще лихорадка и другие сложности в освоении дара. Так что у стихийников много времени тратится на медитации.
— Хорошо, что я не стихийник, — задумчиво произнес Веснушка. — Ну ее… дармовую силу, если ее контролировать всю жизнь надо. То ли дело у нас… Знай себе резерв развивай, источник прокачивай, мыслеформулы запоминай.
И пацаны одобрительно загалдели.
Оля сидела, кусая губы. Внутри горело от протеста. Хотелось встать и высказать все, что она думает об этих идиотах. Контроль им не нравится? А мыть полы руками нравится? Беречь силу, тратить по капле, получать откаты? Хотя… и правильно, что они не стихийники. Огонь бы таких не принял, ведь он любит сильных, а не ленивых трусов.
И наверное, она не сдержалась бы, но тут ее вызвали к мастеру Хе.
— Ты помнишь, что за каждое применение стихии будешь наказана? — мастер Хе раздраженно потер серьгу в ухе. Так-то, конечно, самый верный способ переучивания — боль. Накрепко и навечно вбивает в мозг, что можно делать, а что нельзя. С пацаном он не стал бы церемониться, но девчонка… Придется действовать осторожнее, дабы не сломать. Еще и силу дара не определить — стихии сбивали любые показатели. Вдобавок после вчерашнего непонятного всплеска его мучило дурное предчувствие, а своим предчувствиям Хе привык доверять. И он в десятый раз проклял решение директора взять на обучение стихийника. Точнее полу-стихийника. Еще одна загадка. Сам мастер не мог представить, чтобы кто-то из его мира добровольно связался с дикарем. Еще и дитя от него зачал. Был, правда, один нехороший вариант, но о нем мужчина предпочитал не думать, ибо опыты на детях не одобрял. Однако память девчонке зачем-то спутали, и там явно ведьминский след читался.
— Правила просты: одно призвание — один вымытый тобою этаж.
Оля содрогнулась. Целый этаж? Кажется, она в жизни столько не убирала. Неужели правда была принцессой? Нет, скорее всего у нее просто семья из знатных.
— Готова?
Девочка кивнула. Они снова были в знакомом зале, только сейчас в окнах сияли свежевставленные стекла.
На этот раз мастер осторожничал, медленно подводил к ней атакующую волну, давая время сосредоточиться.
— Не думай о щитах, ударах. Мне нужна сырая сила. Просто сила и ничего больше. Она живет внутри тебя, но привыкла прятаться за стихиями. Ее подавляли и долго. Сейчас пришло время пробудиться.
И Оля честно старалась. До боли в стиснутых зубах. До ломоты в сжатых пальцах. До темных пятен перед глазами и вкуса крови во рту.
Они остановились на третьем этаже. Просто больше в школе этажей не было.
— Уходи, — разражено махнул на нее рукой мастер Хе. — Тряпку и швабру возьмешь у дежурного. И советую хорошенько подумать до завтра, когда грязь по полу возить будешь. Школе поломойки не нужны.
От занятий ее отстранили, решив, что наказание полезнее будет. Выдали грязную, видавшую виды тряпку, ведро, показали, где набрать воды. Закончив инструктировать, домоправительница удалилась, и Оля со вздохом — коридор казался бесконечным — приступила к уборке.
Из-за дверей классов доносились голоса. Где-то писали диктант, где-то решали математику, отвечали историю. Здесь было удивительно много обычных занятий и… никаких медитаций. Что-то такое смутное мелькнуло в памяти, намекая, что медитаций у нее самой было достаточно. И она задумалась о том, что стоит ей попасть домой, как память скорее всего вернется. Она и сейчас прорывалась, словно вода, подтачивая преграду. Пока мелкими деталями. Чем-то незначительным. Но если оказаться дома… Оля тряхнула головой, улыбнулась сама себе. Все будет хорошо. Надо лишь набраться терпения и подождать.
Девочка намочила тряпку в ведре, неумело намотала на швабру. Насколько быстрее было бы вымыть все, призвав воду, но наставник узнает, если она станет пользоваться стихией и удвоит наказание.
Она медленно потащила швабру по полу. Вредная тряпка тут же размоталась. Пришлось снова наматывать, но тряпка твердо решила избегать мытья любым способом: сползая, разматываясь или цепляясь за любую неровность на полу.
Оля злилась, останавливалась, поправляла тряпку, брала под контроль пламя и продолжала мыть, напоминая себе, что у нее два этажа еще впереди.
Цоканье прервало ее размышления о несуразности использования ручного труда в магическом мире. Появившаяся в начале коридора темная фигура опустила что-то на пол, и к ней огромными скачками понесся Снежок. Следом, величественно и неторопливо, двигался страж.