Екатерина Боброва – Некромантами не рождаются (страница 50)

А дальше…

Крыша местами обвалилась, и падающие солнечные лучи натыкались на тьму, обламываясь об нее, не в силах пронзить.

Больше всего это было похоже на кокон — черный, крутящийся вихрь, образовавшийся на том месте, где стояли жрецы. В его басовитом гудении слышалась неприкрытая угроза. От кокона шли волны вымораживающего холода, от которых щемило сердце — и Харт потер левую половину груди.

Это не походило на заклинание тлена, каким его описывали братья, но чувство вызывало похожее: хотелось забиться в какую-нибудь щель, закрыть глаза и умереть…

— Да стой ты, тупая морда! Нельзя, тебя порвет!

Харт оглянулся — Сергей, уцепившись в хвост завывающей Живки, пытался оттянуть рвущуюся к вихрю кошку.

На пути разъяренного зверя внезапно возникла девичья фигурка.

— Давай, сдохни, и он будет только мой! — бесстрашно крикнула она прямо в кошачью морду. Живка от такой наглости сменила рычание на возмущенное шипение, оскалила желтые зубы, но Касмейра не дрогнула, продолжая с вызовом смотреть в горящие ядовитой зеленью глаза.

Харт дернулся было — вытащить такийку из-под удара лапой, однако тварь бросаться на Касмейру не спешила, да и рваться к вихрю передумала.

— Хорошая девочка, — выдохнул с облегчением некромант, одобрительно шлепнул кошку по заду. Приказал, кивнув на девушку: — Охраняй.

Подошел к Харту.

— Что делать будем, командир? Если у тебя в запасе какого-нибудь супероружия нет…

— Я надеялся, оно есть у тебя, — в тон ему ответил Харт.

Сергей развел руками… Ответить не успел.

— Осторожно! — донесся предупреждающий вопль от держащих щит магов.

И мир снова дрогнул. Силовая волна ударила, сбивая с ног, осыпая каменной крошкой и обдавая ледяными иглами ужаса.

Рухнув на колени, Харт сжал браслет, потянул силу из накопителя, поспешно усиливая защиту. Ужас щипал кожу, давя ментально, и Третий поспешил кинуть защиту и на некроманта.

Над головой пронеслось нечто темное и гибкое, ударило в колонну, и камни с силой забарабанили по щиту.

Из-за взметнувшейся пылевой завесы было плохо видно, что происходит.

— Осьминог, щупальца ему в рот! — заорал вдруг Сергей, метнувшись вперед. Харт толчком поднялся, устремляясь следом. На интуиции уклонился от тени справа, по которой кто-то тут же долбанул огненной плетью.

Перепрыгнул через камень и остановился, оценивая ситуацию. Мозг работал с холодной ясностью, впитывая в себя подробности.

Обзаведшийся пятеркой глянцево-черных щупалец вихрь пытался пробить щиты и добраться до людей.

На одном из щупалец с утробным рычанием висела Живка, а зажатая в нем девичья фигурка безуспешно пыталась освободиться.

Рядом отчаянно рубились мечами такийцы, но лезвия проходили сквозь плоть, не причиняя никакого видимого вреда. Артефакторша заметнула что-то, полыхнувшее от столкновения синим — щупальце дернулось, однако хватки не ослабило.

— Ложись! — вдруг рявкнул страшным голосом некромант.

Рухнули все. Замешкавшегося было Тавриса, утянули на пол свои же.

Харт не понял, что это было. Просто потянуло стылостью и мертвенным холодом, по спине словно льдом прокатили, на мгновенье в голове образовалась звенящая пустота, лопнувшая с неприятным звоном.

Он приподнялся, чтобы увидеть, как серебристая волна впитывается в вихрь, как замедляется его вращение, щупальца покрываются иголками изморози, повисая. Как Живка выплевывает пожеванное щупальце, прыгает к краю и за мгновение до прихода туда волны смерти подцепляет зубами за шиворот Касмейру, забрасывает ее на спину и скачками проносится мимо к лестнице.

— Отступаем! — крикнул Третий, поднимаясь.

Сергей, увы, подарил им лишь передышку.

Харт уходил последним, проследив за тем, чтобы захватили раненых, пересчитав припорошенных фаттарцев по головам — детишки же. Хотя какие там детишки? Не струсил никто, не отступил. Впору гордиться такими детьми.

О том, что путь из храма перекрыт, Харт понял по наглухо закрытым дверям и наложенным на них щитам.

Он спустился, подошел ближе — маги расступились, пропуская. Звуков не было слышно — щит держал хорошо, но дрожь дверей под ударами намекала на то, что снаружи им готовы оказать самый горячий прием.

Ловушка захлопнулась.

Харт глянул на хмурые, побледневшие лица магов. Даже Живка притихла. Стояла, напряженно шевеля ушами, и наклонившись к ее морде Касмейра что-то успокаивающе ей говорила, гладя по башке.

— Сергей, — позвал Харт.

Подошел осунувшийся некромант, ставший похожим на мертвую копию самого себя. Бросил взгляд на дверь, явно видя то, что за ней происходит, криво ухмыльнулся и признал:

— Смогу перехватить часть контроля, но там их море… Всех точно не удержу.

И тут сверху на лестнице раздался шорох.

— Это ты? — напряженно уточнил Харт, глядя на то, как один из мертвецов встает и шагает по ступеням наверх.

— Я похож на идиота? — вяло возмутился Сергей и предложил: — Могу их остановить.

Харт медленно кивнул, соглашаясь. Происходящее нравилось ему все меньше. Неприятное предчувствие намекало, что ничего еще не закончилось.

— Могу не просто остановить, а послать на площадь, — оживился некромант. — Пусть друг друга пожирают.

— И долго ли они продержатся против толпы? — пробормотал Харт. Впрочем, в их случае любая помощь не помешает. Он не переживал насчет неудачи. Временное поражение не так и важно. Вернутся после с бОльшими силами и поотрывают щупальца вихрю. Главное — сохранить всем жизнь.

Сергей протянул руку — поднятие мертвецов на лестнице остановилось.

— Так, — Харт оглядел свое крохотное войско, выстраивая план отступления через толпу нежити.

Первыми пойдут огневики, создав огненный кулак. Такийцы с фаттарцами прикрывают с флангов, безмолвные замыкают. Пусть враг и не рассчитывает, что сможет их легко победить.

И тут мир с грохотом порвался. По ступеням покатились камни. Храм содрогнулся, сверху посыпались кости, украшавшие потолок.

— Что это еще за хтонь? — ошарашенно пробормотал Сергей.

То, что ступало по лестнице, когда-то было человеком. Нет, оно было несколькими людьми, сейчас слепленными в нелепую, гротескную фигуру, с десятком рук, ног и одной, гордо возвышающейся над всем этим безумством головой.

Оно шло, обрастая новыми телами и головой уже почти касаясь высокого потолка. Безумный смех покатился по лестнице — тварь заметила их. Холод сделался нестерпимым, проникая внутрь и вцепляясь ледяными когтями в сердце.

За спиной вдруг полыхнуло таким жаром, что у Харта запекло затылок.

— Сдохни! — отчаянно крикнула Лиран, и чудовищная волна пламени, превращая мертвых в головешки, покатилась навстречу чудовищу. Обняла его, окутав ало-желтым покровом.

Харт замер, ожидая, что тварь впитает силу, но та вдруг заорала, закрутилась, отмахиваясь от огня, словно от роя разъяренных пчел. Однако огонь и не думал сдаваться…

— Пепла мне в рот, развели тайны! — зло выдохнул Харт, разворачиваясь и шагая к стоявшей с застывшим взглядом девчонке.

— Что встал? — накинулся он на перепуганного Тумана, который нерешительно топтался рядом. — Выброс у нее. Если не остановим, сгорит.

Глава 21

— Выброс? — потрясенно повторил Луньярд. Неверяще глянул на девчонку — у той по коже уже плясали алые языки пламени, глаза разгорались желтым.

— Не видел бы сам — не поверил. Это что же получается… — он вопросительно развернулся к Туману. Тот смущенно опустил голову.

— Не время для болтовни, — остановил огневика Харт. — Действуем по инструкции. Я перехвачу контроль над пламенем. Вы, — обратился он к целителю, — стабилизируете состояние. Если другого выхода не будет — просто вырубаете. У нас нет времени на нормальное исцеление.

Бледный от потраченных сил мужчина кивнул. Подступил ближе, активируя нужный артефакт.

Продолжала оглушительно визжать многофигурная тварь. Чадили, тошнотворно воняя горелым мясом, мертвяки. Гудел, потрескивая, поток пламени, облизывая ступени и окутывая врага огненным облаком.

— Я помогу, — шагнула к асмасцу фаттарка, но целитель глянул столь свирепо, что девушка отшатнулась.

— Лучше за собой следите, — проворчал он, добавив громко: — Все следите! Не знаю, откуда у вас стихии, но активировка дара — это вам не чихнуть. Не удержите контроль — сгорите. А нам сейчас некогда за вами сопли подтирать. Так что даже если тянет, — палец указал на Тумана, — никакого огня, понятно?

Без того вымотанные фаттарцы помрачнели еще больше.