Екатерина Близнина – Ошибка берегини (страница 10)
«Смотря какая девушка. С Кристиной мне такая мысль тоже в голову не приходила, – возразил сам себе Макс, раздраженно счищая ладонью грязные полосы на брюках. Ладонь тоже была грязная, и грязь счищаться не хотела, только еще больше размазывалась. – И вообще, здорово я головой ударился! Это-то все и объясняет».
Атка достала из своей полосатой вязаной сумки маленькую бутылку воды и белый носовой платок. Намочила, отжала и протянула Максу.
– Это хорошая идея, – негромко сказала она.
Макс, который уже начал оттирать платком пятно на колене, даже остановился и, не веря своим ушам, уставился на самую красивую девушку на свете, сказавшую, что она согласна пойти с ним в…
– Пойти в храм, я имею в виду, – невозмутимо уточнила она. – Не про ленту. Про ленту идея так себе.
– Почему? – расстроился только-только поверивший в чудо Макс.
Ее зеленые глаза смеялись над ним.
– Ты ведь даже не знаешь, как меня зовут.
– Атка, – без улыбки ответил задетый за живое Макс. Она что, считает, что он совсем дурачок, раз не верит в его способность запомнить имя, пусть и странное, редкое и незасвеченное в соцсетях? Он натолкнулся на ее разом похолодевший взгляд и недовольно добавил: – По крайней мере, ты так сказала. Если ты обманула меня, и на самом деле тебя зовут Светлёной или Милой, например, то сейчас самый подходящий момент, чтобы признаться.
– Верно, – кивнула Атка и больше ничего не добавила. Вот и понимай, как знаешь. Ох уж эта загадочная женская душа… Где уж тут смеяться над тем жадным купцом из сказки, который без раздумий отдал душу за дар понимать женщин, и сам стал одной из них. Макс сейчас был близок к тому, чтобы повторить его ошибку, если бы только пришел кто с Изнанки с таким же предложением.
– А хочешь, давай позавтракаем вместе? Ты спасла мне жизнь все-таки. И даже мою руку и сердце взамен не хочешь принять. Я должен отплатить хотя бы сырниками, но понятия не имею, где их приготовят как следует.
На этот раз Атка улыбнулась совершенно искренне.
И согласилась, при условии, что он позволит ей осмотреть голову и убедиться, что с ним все в порядке. Кто же знал, что в один прекрасный день Макс будет сидеть прямо на траве рядом с открытым люком канализации и радостно щуриться, пока нежные пальцы осторожно перебирают его волосы на затылке. А что голова ныла – это пустяки. Что голова, подумаешь! «Завяжи и лежи», – говорила мама.
Атка вылила остатки воды из бутылки на платок и, небрежно отжав его, прижала к голове. Ледяные капли потекли за шиворот. Макс поежился.
– Какой ваш прогноз, лекарь? – спросил он, цитируя какой-то популярный сериал на первом канале, названия которого сам не мог сходу вспомнить. – Я буду жить?
– Будешь, но недолго, – негромко ответила Атка.
Макс повернулся к ней и сам удивился тому, как близко оказалось ее бледное лицо. Атка не улыбалась, скорее даже хмурилась. Ее удивительные глаза почему-то растеряли все искорки, которые так хорошо было видно издалека. Она опустила взгляд, сорвала травинку и разорвала пополам.
– Почему?
– Потому что не смотришь, куда идешь, – почти сердито сказала Атка.
Она отодвинулась и опустила руку с мокрым платком. Этого момента будто дожидался порыв ветра, и Макс внезапно почувствовал, как затылка весьма явственно касается чья-то ледяная рука и запускает пальцы в волосы. От этого ощущения по спине прокатилась волна холода, даже по рукам пробежали мурашки. Макс инстинктивно вскинул руку и коснулся затылка. Ушибленное место отозвалось ноющей болью, но страх не ушел. Страх заставил навострить уши и подозрительно коситься по сторонам. Словно он мог увидеть рядом мертвую Терезу, которая сулила беду, да вот только он не хотел слушать то, что она скажет.
Как назло, Атка смотрела куда-то через его голову с таким лицом, будто прекрасно видела Терезу. Макс сглотнул комок в горле и все-таки не стал малодушно спрашивать, на что она так смотрит, а повернулся сам.
У куста самшита стояла лавочка, на которой сидела разбитная девица в полосатых черно-зеленых чулках и с небрежными зелеными хвостиками, и неприкрыто пялилась на них. Одну ногу она поджала, а другую обнимала и голову еще наклонила по-птичьи, набок. Рядом стоял мокрый прозрачный зонтик, и этого Макс уже вовсе никак объяснить не мог – высокое небо было совершенно безоблачным. Неужели в южном Восаграде, как и в столице, предупреждение о возможных осадках в прогнозе погоды было настолько же дежурным, что даже несмешным?
– Ты тоже видишь ее? – заговорщическим шепотом спросил Макс, воспользовавшись удобным поводом, чтобы наклониться к Атке и вдохнуть солнечный аромат ее пушистых волос. – Она мне не мерещится?
Атка озадаченно посмотрела на него. Должно быть, она не сразу поняла, что он так шутит. Зато всего спустя несколько мгновений Макс был вознагражден широкой улыбкой и решил закрепить успех:
– «Полосатые гетры, взгляд прямой и смелый, кто же ты, кто же ты», – промурлыкал Макс и подмигнул.
Атка с недоверчивой улыбкой покачала головой.
– Ты сочинил песню про нее? Ну что же, теперь не удивляйся, если не досчитаешься зонтика.
Макс даже не нашел времени, чтобы удивиться тому, что Атка не подхватила всем известный мотив из самого популярного детского фильма всех времен и народов.
– Постой, ты что, знаешь ее? Это твоя подруга сидит там, на лавочке?
– Это я должна удивляться, что ты ее видишь.
«Смотришь на других девиц, когда рядом я», – расшифровал Макс и немедленно устыдился. В самом деле, вот это прокол! А все дурацкая привычка смеяться над своим страхом вслух. Оно, может, и неплохо работает, мысли о призраках и жутких взглядах в пустоту больше не заставляли волосы шевелиться на ушибленном затылке. Но Атка выглядела раздосадованной, будто, когда он заговорил о подруге, то отнял у них время, которое они могли провести только вдвоем.
Она легко, как танцовщица, поднялась. Отряхнула невесомую многослойную юбку. Макс убедился, что ткань не помялась, не испачкалась и только утвердился во мнении, что это самый настоящий шелк. Потянулся снова за камерой – щелкнуть, но уже не для «теней», а чтобы маме потом показать, какие удивительные вещи носят прекрасные провинциалки.
Атка посмотрела на него с некоторым вроде бы даже сочувствием. А потом сказала: «Идем, я тебя представлю».
И они пошли.
Девица терпеливо дожидалась их на скамейке. К тому моменту, как они оказались рядом, она подобрала где-то кленовый лист, едва тронутый золотой каймой, и любовалась им, поворачивая то одной стороной, то другой.
– Это Макс, – сказала Атка.
Девица сверкнула яркими зелеными глазами и вскочила обеими ногами на скамейку и сделала шутливый реверанс, придерживая пальчиками воображаемые пышные юбки. Странное дело, что это не выглядело таким уж диким, учитывая ее разноцветные чулки над кедами и драный зеленый жакет с куцыми рукавами. Собственно, Макс даже не удивился, когда она расплылась в хитрой улыбке и с торжественной иронией произнесла:
– Рада нашей нынешней встрече, ваше будущее величество!
Глава 6. Атка вспоминает зимние глаза
Марка, конечно, все испортила. Надо же ей было сказать про «величество», а Макс, чай, не дурак. Переспросил. Атка могла сколько угодно смотреть на кикиморку выразительно, но та только безмятежно улыбалась.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.