Екатерина Близнина – Искатель: Проклятие Древней крови (страница 23)
– Он вернется. Знаешь, почему? Я пригрозила Фареллу, что скормлю грифам его глаза, если с твоим сыном что-то случится, – нараспев, будто рассказывая одну из длинных горских сказок-колыбельных, проговорила она.
Синия отстранилась, чтобы пытливо заглянуть госпоже Наори в лицо.
– Неужели ты говорить так шеф-искатель? – потрясенно выдохнула она.
Варна изобразила воинственный оскал.
– Это он для твоего сына шеф-искатель, а мы с этим старым лисом выросли в одной деревне. Он привел ко мне мужа и забрал моего сына. У нас длинные счеты.
–
– Милостивый Создатель, нет! – закатила глаза Варна. – Конечно, нет! Это просто выражение такое у нас, горцев. Ты видела его хитрую физиономию? Ну чисто лиса. Старая. И с-сытая, – добавила она, немного погодя.
– Нет, не видела, – эхом отозвалась Синия. Оказавшись рядом с окном и входной дверью, она услышала – даже не краем уха, а скорее материнским сердцем ворчание магической самоходной кареты. Не удержалась и открыла замок на двери, дёрнула ручку на себя и выскочила в домашнем платье на высокое крыльцо. Холодный ветер обжёг горячие щеки, высек слезы из глаз. Синия сощурилась, козырьком сложила ладонь, и замерла, гадая, проедет карета мимо или остановится у их дома.
И – если остановится – к добру или худу? Лицо возницы выглядит хмурым, но теряется за бликами на стекле.
Карета ещё не успела затормозить, как боковая дверь распахнулась, и с высокой подножки спрыгнул взъерошенный Игни в одной рубашке и без шляпы. Синия покачнулась и схватилась на столб, поддерживающий над крыльцом шатровую крышу. Цел! Но рукав будто в крови! Она шагнула ему навстречу, но Игни протестующе замахал руками.
– Матушка, вернись в дом! И вскипяти воду!
Мужчину занесли в дом небрежно, как мешок с репой, и сгрузили прямо на ковёр. Игни тащил за руки, возница – за ноги. Хозяйка дома наблюдала за происходящим, отступив в сторону и потуже запахнув на груди горскую шерстяную шаль. Алпин Фарелл зашёл после всех, закрыв за собой дверь.
– Помяни демона, – глухо поприветствовала Варна земляка.
– И тебе пусть улыбается небо, Варна, – любезно ответил шеф-искатель, поправляя сбившуюся булавку на галстуке. – Знаешь, кто это?
Варна оглядела бледного мужчину, который в данный момент куда больше смахивал на мертвеца. На мертвеца, который при жизни заказывал костюмы, а не покупал готовые. Наметанный глаз портнихи немедленно оценил и безупречный крой, и ровную строчку. Варна раздраженно поджала губы. Игни опустился на одно колено рядом с бесчувственным телом. Коснулся двумя пальцами шеи блондина, проверяя сердцебиение. Синия взяла с одного из кресел клетчатую подушку и подала сыну, чтобы тот подложил под голову раненого.
– Очередной Древний? Ты решил превратить мой дом в Резервацию? – холодно осведомилась хозяйка.
Игни бросил на неё настороженный взгляд, но тут же вернулся к заботам о князе. Вполголоса поручил матушке подняться в спальню, достать из чемодана аптечку и попросил пожертвовать ночной сорочкой – какую не жалко. Синия молча кивнула и отправилась выполнять указания. Она никогда не спорила с сыном, когда видела, что в его глазах пляшет Предвечный огонь. Ни словом не обмолвилась о том, что он в очередной раз нарушил все свои обещания, хотя на сердце кипела материнская горькая обида. Поднимаясь по лестнице на второй этаж, Синия украдкой утёрла платочком одинокую слезинку на щеке.
– Слышал бы твой муж каким тоном ты говоришь о представителе королевской семьи, – картинно ужаснулся Алпин Фарелл, свысока наблюдая за тем, как Игни расстёгивает и подворачивает рукава рубашки.
– Мой муж отдал жизнь по приказу одного из представителей этой ублюдочной семейки, – скривилась Варна и поправила шаль на плечах, будто почувствовав холод посреди натопленной комнаты. – Или ты забыл уже эту историю, искатель?
Алпин Фарелл мягко взял Варну за локоток, будто они были на светском приеме, и отвёл в сторону.
– Это Братоубийца, Варна, – шепотом сказал он, наклонившись к ее уху. – Он вернулся. Подумай, что это может значить для нас. Для города. Для тебя.
Варна помолчав, с неохотой предложила шефу искателей разделить с ними завтрак. Алпин Фарелл улыбнулся, покровительственным жестом коснулся её подбородка и вежливо отказался, сославшись на массу дел, которые требуют его внимания. Коротко кивнул вознице. Тот правильно истолковал безмолвный приказ и вышел первым, забыв попрощаться. Алпин Фарелл напомнил Игни, чтобы тот явился в Чайный домик после обеда.
– Я, кстати, жду ответ от его светлости на свой вопрос. Почему он интересовался судьбой Матьяса Бродэка? Вызнай, – шеф-искатель обернулся на пороге, чтобы дать последнее поручение.
Игни ничего не ответил. Алпин Фарелл поправил шляпу, на родном языке поблагодарил Варну за помощь и вышел.
– Опять забыла сказать, что скормлю грифам его глаза, если он подставит меня, – расстроенно сказала Варна, когда за спиной искателя захлопнулась входная дверь.
Пока госпожа Наори сердито гремела посудой, нарочито громко шинковала зелень и со всей силы стучала пестиком в каменной миске, разминая приправы, Синия Аркана, напротив, старалась двигаться бесшумно. Даже когда ей пришлось разорвать свою ночную сорочку на широкие ленты, она жмурилась, как будто от этого ткань станет тише трещать. Мягкие маленькие ладони сами собой сжимались в кулаки, когда Синия поднимала взгляд на сосредоточенное лицо сына. Сведенные к переносице брови и жесткая линия поджатых губ делали его до ужаса похожим на отца.
Впрочем смотреть на страшные раны, сшитые черной шелковой нитью, было еще тяжелее. Синия заметила, что руки Игни дрожали, когда он открывал замок дорожной аптечки. Живой человек производил впечатление кое-как заштопанной куклы. Многое видел сын Валора на той грязной войне, но такое – впервые. Игни даже не был уверен, что ему удастся самому вытащить князя с погребального костра. А звать лекаря… Игни бросил взгляд на хозяйку дома, которая стояла к ним спиной и со злостью стучала ножом по разделочной доске. Звать лекаря из Королевской лечебницы к Братоубийце…
«Какой вздор!» – скажет госпожа Наори. И будет права.
– Кто это быть? – шепотом спросила Синия. – Кто это сделать с ним такое?
Игни глянул так, что пламя в его глазах обожгло матушку.
– Теплая вода. Много. Сейчас, – отрывисто бросил он. Достал из сундучка склянку с белым порошком, встряхнул и поднес к глазам, разглядывая полустертую шкалу делений. Дождался, пока матушка принесет полный кувшин воды и черпак, набрал воды и тонкой струйкой осторожно влил воду в склянку. Осадок неохотно отрывался от дна. Игни нетерпеливо постучал бутылочкой по основанию ладони, разгоняя ленивую суспензию.
– Это быть последняя? – вполголоса уточнила Синия, заглянув в полупустую аптечку.
Игни придвинул сундучок к себе. Вытащил узкую деревянную коробочку и извлек из нее две ампулы с красной жидкостью. Показал матушке.
– Больше ничего? – одними губами спросила она.
Игни покачал головой. Синия перехватила его руку.
– А если что-то случаться с тобой? Что мне делать? – с ноткой паники воскликнула она. Варна оторвалась от своего занятия и обернулась к ним с ножом в руках. Подошла ближе. Глянула сверху вниз на бесчувственного пациента, ворчливо предположила, что не помешало бы попробовать нюхательную соль. Игни не стал спорить с хозяйкой, в которой неожиданно пробудился лекарь. Тем более, вооруженный внушительным кухонным ножом.
– Да, соль понадобится, благодарю, – усмехнулся он.
Игни мягко отвел руки матушки от драгоценных ампул.
– Ты поможешь мне обработать раны? Промыть и нанести ту мазь, которую я готовил в О-Диура, помнишь?
Варна открыла дверцы посудного шкафа. Жалобно звякнули чашки, решительно сдвинутые в сторону тарелок. Скрипнули половицы – она встала на мыски, чтобы дотянуться до верхней полки. Синия принесла медный таз для варенья, налила воды, смочила и отжала тряпку. Беспомощно наблюдала за тем, как сын тратит предпоследнюю ампулу из аптечки Валора на то, чтобы у незнакомого человека появился шанс открыть глаза.
И потратит вторую через десять часов, чтобы первая была израсходована не напрасно.
Синия прикусила губу, чтобы не закричать на сына. Она понимала, что в ней говорит страх. Она заранее знала, что Игни будет мрачно отмалчиваться в ответ на любые материнские доводы. Но молчать было сложно. Слишком много вопросов накопилось в груди за бессонную ночь. Слишком много новых вопросов принесло тревожное утро. Синия потуже затянула на талии фартук, подвернула рукава платья и, не жалея, стала протирать кожу вокруг ран чистой тряпкой.
Варна нашла флакончик с резко пахнущей солью в шкафу, но не успела поднести к носу князя, как тот распахнул единственный уцелевший глаз. Яркий, как аметист. Синия, от неожиданности, надавила ещё сильнее.
– Проклятье, женщина! Что ты делаешь? – хрипло, неразборчиво процедил он, пытаясь поднять левую руку и оттолкнуть от себя мокрую тряпку. Или самому отползти подальше. Ни то, ни другое ему не удалось в полной мере. Дёрнувшись, князь потерял те крохи сил, которыми располагал. Стиснув зубы, он глухо застонал. Зажмурился.