Екатерина Белова – Развод по-драконьи (страница 6)

— Снимете?

Спросила без интереса, скорее для проформы, чтобы руку мне не оторвал вместе со слежкой. Хотя зачем мне рука… Мне жизнь сломали.

— Снять не сниму, но попорчу, — слуга взметнул на меня черные буравчики глаз, а пальцы его шустро перебирают, дергают синие жилы потоков, прошивающие слежку. — А вот и готово. Снять не смогу, но и следить он не сможет.

Слежка все еще плотно сидела на запястье, но силы от нее больше не было. Но… что-то было не так.

— Мне кажется в браслете еще остались потоки силы.

Я неуверенно повертела рукой, пытаясь уловить накрывшее меня чувство, но мне ведь заблокировали магию. Невозможно понять, что там еще в этом браслете.

— У браслета есть еще какая-то функция, — с неудовольствием согласился Ротокан. — Но вот какая — не разобрать.

— Мой сын глуп, но не жесток, он бы не причинил Эльене вреда, — голос императрица дрогнул. — Да и Верцен добрый и славный город, ты сможешь вести там достойную жизнь, а года через три, как уляжется его безнадежная любовь к баронессе с ее странной силой, я постараюсь вернуть тебя.

Кивнула, хотя больше всего на свете мне хотелось остаться в одиночестве, дать прожить себе хотя бы этот день. Прощаться с человеком, который стал мне второй матерью за эти десять лет, было сложно. Украдкой промокнула слезы, стараясь справиться с накатившим отчаянием. Как бы плохо ни было, а перед слугами нужно держать лицо, чтобы ни одна дворцовая мышь не прознала, насколько мне больно было сегодня.

— Благодарю, Ваше Величество.

— К чему эти титулы, девочка, зови меня матушкой… Ну, иди. Я здесь тайно, сын не простит, если узнает, что я пошла наперекор его воле.

Она подтолкнул меня к выходу, и я послушно вышла в коридор, где меня уже ожидала Инес в компании сундука с вещами. Охранник у двери стоял уже другой, начальник стражи ушел, а этот, судя по взгляду, не считал меня достойной уважения особой.

— Инес…

— Не разговаривать, — оборвал меня стражник. — Не положено. Идите, вейра, портал вас заждался.

Инес кинула на стражника разъяренный взгляд и совсем было собралась его отчитать, но я молча взяла ее под руку и послушно двинулась вперед. Хочу убраться отсюда поскорее. Остаться одной. Забиться в угол, как раненное животное, и выплакать все свои слезы, мне сейчас не до ссор со слугами.

Меня провели в портативную комнату, где уже тлело телепортационное марево, простреливая пространство синевой мелких разрядов. В руки Инес спихнули саквояж, а четверо стражников, отправленных с нами, подхватили сундук.

— В Верцене вас встретят, — сказал провожающий нас стражник. Взгляд у него был внимательный и какой-то… пристрастный. Не по себе мне было от его глаз, но я заставила себя вытерпеть. — Ждите в вокзальной комнате, если сопровождение задержится.

Он без нежности подпихнул меня к мареву, и я шагнула.

Дорогие читатели, большое спасибо за ваши звезды и комментарии! Это очень меня поддерживает :)

4.Ленхард

Из портала нормальные драконы вышагивают на антимагическую плитку, которая скрадывает эффект телепортационной тряски.

А меня выкинуло. Швырнуло, как котенка, в придорожную грязь. Пошатываясь, я встала с колен, попутно оценивая ущерб: ободранные ладони, ноющие ступни, кажется, растяжение в щиколотке. Так вот как живут простые смертные. Ни тебе мгновенной регенерации, ни драконьей чуйки, даже драконьи рефлексы словно притупились.

Встала, даже не пытаясь отряхнуть платье, и огляделась.

Пусто.

Ни Инес, ни стражников с сундуком, ни хоть сундука без стражников. Везде, насколько хватало взгляда, лежала выжженная земля. Черное полотно с редкими кустиками неведомой растительности уходило за горизонт, в отдалении слышался жутковатый, бьющий по ушам гул. На Верцен — зеленый, изукрашенный клумбами, храмами в мозаичных стеклах и тихий городок — это место не походило. Оно вообще не походило на город.

Куда я вообще попала?

— Инес? — позвала автоматически, но мне никто не откликнулся.

Посекундно оглядываясь, я побрела вдоль глубокой колеи, пробитой в земле тяжело груженной повозкой. Такое чувство, что тут дома перевозили, если провалюсь в такую колею, то сразу по колено. Как меня вообще могло выкинуть здесь? Я своими глазами видела координаты портационной комнаты и даже сверила их с документами, не говоря уже о том, что я шагнула в портал вместе с Инес и стражей.

С другой стороны, эта колея куда же ведет! Если не ныть и идти, то рано или поздно куда-то я доберусь, и уж на месте все выясню.

Моего вдохновения хватила часа на два. Я не достигла возраста первого оборота и единения со своим драконом, но всегда была сильнее и выносливее большинства высокопоставленных дракониц. А теперь? Всего два часа, и хочется умереть от усталости и боли в растянутой щиколотке. Глаза слезятся, горло першит, кожу стянуло от ветра, в животе колет…

У одного из кустов не выдержала и уселась прямо на землю, давая отдых измученному телу. Украдкой оглядевшись, вытянула гудящие от усталости ноги. Ладно, все равно тут нет свидетелей моего позора. Сижу на земле, как вея, только что нос рукой не вытираю.

Мать-драконица, как же хочется пить!

А ведь в комнате графин стоял с водой, и нет бы мне выпить стаканчик-другой, а я вообще про него забыла. С воды мысли перетекли обратно к Тео, словно были синонимами. Моя жажда, мой принц. Не он ли отправил меня сюда? Ротокан ведь сказал, что у браслета есть еще какая-то функция помимо слежения. Может там и были забиты координаты другого портала.

Гул, стоявший фоном все время моего похода, нарастал, и скоро стал так близок, что я поспешно поднялась с земли. Встряхнула платье и даже поправила волосы, в которых еще лежала забытая нитка жемчуга. Вдали я заметила точку, которая с приближением прекратилась в жутковатого вида повозку. Некрашеное дерево, решетки на окна, колеса вихляют в разные стороны. Даже непонятно, как она едет.

Около меня повозка остановилась и с козел спрыгнул неопрятного вида детина в помятой военной форме. Кажется, он был удивлен мне ничуть не меньше, чем я ему.

— Лишняя баба, — сказал он удивленно. — Нежто я просчитался?

Он торопливо сунулся в крытую повозку, а я подавила желание бежать от нее со скоростью драконьего воздушного флота. Куда я побегу, у меня платье до пят, а тут даже скрыться негде. На все поле один этот куст, величиной с бутоньерку.

К тому моменту, как военный вернулся, сердце у меня прыгало от беспокойства, как детский мяч по садовой дорожке.

— Вот что, баба, садись со мной на козлы, я ж товаром все забил, там больше сесть негде. Полезай, говорят, ну!

С немым удивлением я увидела, как он замахивается рукой, но даже не подумала защититься. Это был дурной сон. Еще утром я выбирала между малахитовым и черепаховым гребнем и капризничала, брать ли с собой жемчуг, и где я теперь?

Мужик опустил руку, глаза у него налились темной злобой.

— Глухая, что ль? Лезь, говорят, а не то…

Он сжал руку в кулак у меня под носом, и я, брезгливо поджав губы, прошла к козлам. Насколько я знала, в солдаты брали всех, даже простых веев, хоть и талантливых. Каждый из них имел военное образование, пусть не академическое, но достаточно серьезное, да и антов с драконирами на военной службе было больше. И каждый из них имел понятие о чести. Этот же… солдат даже речь коверкал.

Мужик запрыгнул на козлы и лихо влепил лошади кнутом по спине.

— Шевели копытами, детка! — заорал он.

Повозка загрохотала, мотаясь по колее, словно пьяная, а военный повернулся ко мне.

— Че-то ты на простую не шибко похожа, а? Иль теперь в низовые арестантки и таких берут? Иль натворила чего страшного? А то ишь, в платье, в камушках каких-то, драгоценные, поди, камушки-то?

— Можно сказать, арестантка, — повернулась к этому хамлу полубоком, демонстрируя переговорную степень искренности. Больше всего на свете мне хотелось убежать, да только бежать было некуда. — Мне бы хотелось задать пару вопросов.

Мужик выкатил на меня карие глаза, подернутые беловатой мутью, словно пруд тиной. Может, пьян? Военных за пьяное дело могут и сжечь на месте, в армии с этим на редкость строго.

— Можно сказать, могу ли я… — повторил он с недоумением. — Ты пьяная, что ль? Ну моги, ну задай мне вопрос…

Бровь у меня дергалась, но я боялась даже пошевелиться. Странно он смотрит на меня, вон как выпучился. Надо перестать трястись и взять себя в руки. Не убьет же он меня, если задам парочку вопросов?

— Я… немного замешкалась в пункте распределения и не поняла, куда меня отправили. Скажи, вейр, где мы?

Военный весело заржал, привалившись спиной к стене повозки.

— А тебя куды отправить-то должны были?

— В Верцен, — сказала, чуть помедлив, вызвав у военного новый приступ веселья.

— Не повезло тебе, детка, видать, подгадил тебе распорядитель за красивую моську и камушки, потому что отправили тебя в Ленхард. Умирать тебя отправили, детка…

Сердце у меня отчетливо остановилось, а и то вовсе в обморок рухнуло, перед глазами потемнело.

Только центр Вальтарты жил в счастливом убеждении, что у нас мирная страна, а ритуалисты, помешанные на темной магии, что-то вроде заблудших детей, которых добрая порка наставит на пусть истинный. Ну что может сделать кучка сектантов? Только плакать, молиться и подорвать храм отца-дракона где-нибудь в заброшенной деревне, откуда удобно драпать на ездовых кайранах.