Екатерина Белецкая – SOD. Проект Фрактал (страница 19)

«Она всего лишь на тридцать пять лет старше Дашки, – вдруг подумал Ит. – А к Фэбу я ходил с „синей смертью“ в кармане, когда мне было сто. А работать по сложным программам мы с рыжим начали, когда были на два года старше, чем она сейчас. А с Бертой мы поженились, когда ей было чуть за восемьдесят. А… черт бы подрал эти цивилизации детей, которые так любят считать себя умудренными стариками. Ведь на самом деле она совсем еще молодая женщина, которая только-только входит в самое начало зрелости, причем очень долгой зрелости – по нормальным, не местным меркам. Никогда я к этому не привыкну. И нигде. Ни на Терре-ноль, ни тут, ни где бы то ни было еще. Особенно, когда сталкиваешься с вот такими случаями, как этот».

– Все, приехали, – сообщил Скрипач. Стенки модуля мутнели, а перед ними возникла, и стала стремительно расширяться зона выхода. – Видишь, ничего страшного.

– Это как лифт? – сообразила, наконец, Эри.

– Примерно, – кивнул Скрипач. – Разве что с помощью корабля этот лифт тебя до стратосферы дотащить способен, а то и выше. Пошли, чего ты стоишь? Да идем, говорю, никто тебя не укусит.

«Горизонт» внутри был довольно таки компактным, зато имел совершенно чумовой запас хода, и нес на себе три комплекта вооружения, делавших его эквивалентом полноценного боевого саппорта. Ри над этими двумя кораблями, «Горизонтом» и «Рассветом», поработал на славу. До его собственного «Ветра» они, разумеется, не дотягивали, были классом пониже, и конструктивно они тоже оказались попроще (трехлинейка Мосина, ворчал Ри, дорабатывая проекты, за эти деньги получается только трехлинейка Мосина), но Ита и Скрипача «Горизонт» более чем устраивал.

– Так, раздеваемся, и пошли, – приказал Ит, стаскивая куртку. – Можно прямо на пол бросить. Эри, бросай, он сам уберет.

– Кто уберет? – не поняла она.

– Корабль уберет. Бросай, бросай. Ну что, сначала на экскурсию, а потом обследоваться?

Эри кивнула, правда, без особой уверенности.

– Ит, иди, блок готовь, а мы пока прогуляемся, – предложил Скрипач. – И скажи корыту, чтобы чая сварганило. Разбаловали мы эту Люсю, сил нет. Эй, Люся! – позвал он. – Активируй рубку, гостинку, и спальню одну, для примера. И медблок.

– Уже сделано, – отозвался из ниоткуда мягкий степенный баритон. – Прошу вас.

– А почему корабль Люся? – удивилась Эри. – Голос вроде бы мужской.

– У рыжего вся техника – это одна большая глобальная Люся, – развел руками Ит. – Идите, но чтобы недолго. Времени не так много.

***

Корабль Эри понравился. Она, видимо, ожидала увидеть что-то техногенное и брутальное, а вместо этого она увидела тесные коридорчики с мягко и неброско оформленными стенам; небольшую, человек на шесть, гостиную, она же кают-компания, и спальню с двухъярусными неширокими кроватями. Все помещения были исполнены в одном стиле: от пола к потолку поднимался плавный градиент цвета, от темного оттенка к светлому. Везде цвета были разными, но неяркими, приглушенными.

Пока рыжий и Эри гуляли по кораблю, Ит спешно приводил медблок в «пристойный вид» – он справедливо рассудил, что Эри и так боится, незачем пугать ее еще больше. Реанимационную зону он закрыл, выведя часть стены, «карусель» с шестью капсулами для гибера тоже спрятал, потом велел «Горизонту» поставить на сканер кресло. Сканер в «Горизонте» стоял знатный, по верхней границе шестого уровня. Это вам не полевой набор. Это уже серьезно.

Закончил он вовремя – вернулись Эри и Скрипач.

– …думала, что тут всё… ну, несколько больше. А оно маленькое такое. И каюты, и рубка.

– Рубка – это чисто номинально, управлять кораблем можно из любой точки, – объяснял Скрипач. – А маленькое… он на шесть человек рассчитан, и на долгосрочные забросы. Сам он тоже не очень большой, двести пятьдесят метров.

– Ничего себе, небольшой! – Эри удивилась. – Двести пятьдесят, это же много.

– Ох, не скажи. Тут одной воды двадцать тонн, запас. Не считая горючки для разных двигателей, систем защиты, и кое-каких еще мелких поручений, – Скрипач, конечно, не стал уточнять, что под мелкими поручениями он имел в виду «оборудование двойного назначения»… проще говоря, вооружение «Горизонта», которое было весьма серьезное. Планету, конечно, не сожжешь, но пару континентов можно выжечь запросто. И не только выжечь.

– Все равно, очень тесно, – покачала головой Эри. – Мне казалось, что будет просторнее.

– Просторнее не нужно, этого вполне хватит. При долгих маршрутах никто не бодрствует, все в гибер ложатся, – объяснил Ит. – Так, Эри, смотри. Нужно будет сесть вот сюда, и… да и всё. Заниматься можешь, чем душа пожелает. Чай пить, читать, кино смотреть – что угодно. Главное, просиди в этом кресле где-то около часа. Ну, может, чуть больше.

Кресло, стоящее посреди небольшой комнаты, выглядело вполне мирно.

– А раздеваться надо? – с подозрением спросила Эри.

– Если под комбезом есть штаны и майка, то комбез можешь снять. Просто чтобы не было жарко, – пожал плечами Ит. – Как хочешь. Можешь не снимать, это не имеет значения. Корабль под тебя подстроится, так что, думаю, можно оставить.

– Я сниму, я же джинсы надела. А вы будете тут?

Этого вопроса Ит ждал.

– Нет, мы будем в соседнем помещении, – ответил он. – Просто чтобы наши разговоры тебя не смущали. И чтобы ты не пыталась сказанное нами трактовать по-своему, не пугалась, не выдумывала лишнего. Если что-то надо спросить – спрашивай, мы тебя услышим и ответим.

– А делать точно можно все, что угодно?

– Разумеется. Даже лечь спать, если спать хочется, – улыбнулся Ит. – Располагайся, а мы пошли. Зови, если что.

***

Через час они сидели, уставившись друг на друга, и пытались привести в порядок разбегающиеся мысли. И как-то уложить информацию в голове. Потому что информации было – через край. Совершенно невообразимой информации. Невозможной.

– Вот смотри. Это геронто, и оно идет со сбоем, видишь? – Скрипач тыкал пальцем в строки данных, которые система снимала в живом времени. – Вот он, этот скачущий возраст, который мы тогда заметили. Причем, что интересно – скелетных возрастных изменений нет в принципе, только тканевые, и то как-то странно. Я обратил внимание, что у нее и внешность погуливает – сначала ей можно дать хороший полтинник с хвостиком, а через полчаса – тридцатник.

– Скелетных нет, а хрящевые – есть, – Ит вывел несколько строк. – В разных участках тела возраст разный, в одной клеточной группе – несколько сотен разных показателей. Черти что… И ни одного своего зуба. Причем уже давно. Между прочим, для двойки у нее отлично отреставрированы зубы, заметил?

– Помню я, как тебе после Колымы зубы вставляли, – вздохнул Скрипач. – Результат был поначалу хуже, чем у нее. Это ведь импланты, весьма недурные… а зубы – это всегда большие деньги. Значит, где-то она эти деньги сумела достать. А до этого каким-то образом потеряла зубы. Сильно подозреваю, что это следствие онкологии, той, давней. Надо будет уточнить…

– Рыжий, мы тут имеем три конфликтующих, взаимоисключающих системы, – Ит задумался. – Первая – геронто. Вторая – та херня, с которой нам еще разбираться и разбираться. Третья…

– Ее собственное тело, которое конфликтует с пунктами один и два.

– Верно. Но хуже всего другое. Хуже всего то, что помочь ей мы не сможем. Сам видишь.

Скрипач кивнул. Задумался.

– Нет, ну по мелочи сможем, я думаю.

– Ага, по мелочи. Сделаем ровно то, что обещали Карину. Ей ведь больно. Заметил? Постоянно больно. Но она на эту боль просто не обращает внимания. Ладно, с этим поработаем, – Ит задумался. – А вот остальное… прионные группы, которые косят под герпес, конечно, никакой не герпес. Вообще не понимаю, что это за система, и как она устроена. И, главное, зачем встраивать в организм агрессивную среду?

– Вопросов больше, чем ответов, – покивал Скрипач. – Вот, например, рак. Точнее, три вида рака, три очага. Маленькая проблема, что эти три рака – взаимоисключающие. Ими нельзя болеть одновременно.

– Видимо, это следствие конфликта геронто и этой системы. Геронто увеличивает цикл деления клетки, в первую очередь. Перепрограммирует ДНК. Очень избирательно. За счет этого происходит увеличение продолжительности жизни. Все остальное – косметика чистой воды, если вдуматься. Ну, не совсем, конечно, но близко к тому. А тут что? Рыжий, надо посчитать, но, как мне кажется, рак ей дало как раз это самое сбитое геронто. Как оно вообще у нее оказалось?

– Так же, как эта странная среда, сожравшая биощуп, – пожал плечами Скрипач. – Источник, видимо, один. Но пока она сама ничего не объяснит, мы ничего не узнаем.

– Значит, придется спрашивать, – подтвердил Ит. – Так, теперь к делу. Давай отработаем то, что обещали Карину. Но для начала… Эри! – позвал он. – Ты там как?

– Нормально, – тут же ответила она.

– Чего делаешь?

– Читаю.

– А что читаешь? – с интересом спросил Скрипач.

– Я попросила дать мне почитать что-нибудь легкое, и появилась такая штука… – Эри задумалась. – Как блокнот из одного листа. Почему-то в клеточку. Я так поняла, что это книжка.

– И какая? – с интересом спросил Ит.

– «Насмешники» какие-то. Забавно, – Ит открыл было рот, но Скрипач тут же показал ему кулак. – Я такое не очень люблю, но читать вполне можно.

– Ясно, – Ит вздохнул. – Эри, скажи, у тебя когда-нибудь брали кровь? Из пальца, из вены – не важно.