Екатерина Белецкая – Санитарный день (страница 44)

Ит посмотрел на неё с благодарностью, Лийга улыбнулась.

— Давайте, — сказал Ит. — Вернемся от макро-задач к микро-задачам. И первая из них — надо придумать что-то, чтобы рыжий не чесал ногу. Как по мне, задача в самый раз, нам по силам.

Следующие двое суток занимались расчетами, пытаясь определить возможные сценарии того, что могло происходить — и расчеты эти получились неутешительными. Три месяца, мрачно сказал Скрипач, максимум три месяца до уверенной горизонтали, и это при всех сценариях. Да, даже если мы будем пытаться каким-то образом затормозить этот процесс — а пытаться мы, конечно, будем. Кожа? Кожа — это ерунда, коже мы сегодня отсыплем глюкокортикоидов, и участки с дерматитом больше не побеспокоят. Не про кожу надо думать, а про надпочечники, в первую очередь, сказал тогда Ит, и Скрипач с ним согласился. Да, надпочечники будут первыми, и понять бы еще, по какой схеме пойдет сбой. Пока он не начнется, угадать не получится.

Этот разговор на кухне происходил вечером третьего дня после начала расчетов, кроме того, пришлось параллельно заниматься разработкой проверки шамана в перьях, потому что если он действительно Эрсай — это тоже вариант что-то изменить, или хотя бы узнать планы Ари. Который, кстати, снова куда-то улетел в компании Веты, и на связь не выходил.

— Интересно, где его носит, — ворчал Скрипач. — Блин, как же хочется взять его за грудки, хорошенько встряхнуть, и спросить — что, блин, происходит, что ты делаешь, зачем, и что будет в итоге?

— Ага, встряхнул один такой, — говорила в ответ Лийга. — Как же, дожидайся, скажет он тебе что-то. Но, если серьезно, встретиться с ним надо. Обязательно. В моем присутствии.

— Зачем? — нахмурился Скрипач.

— Хочу кое-что посмотреть, — ушла от прямого ответа Лийга. — У меня есть несколько предположений, и мне нужно их подтвердить, либо опровергнуть. Вообще, как мне кажется, у него должны быть какие-то слабые места, нужно их поискать.

— А смысл? — спросил Скрипач.

— Нужно хвататься за любую возможность, — объяснила Лийга. — Что угодно.

— Если честно, я даже не знаю, зачем мы это всё делаем, — признался Ит. — Потому что у нас на самом деле даже нет конкретной задачи. Цели нет, понимаете? Это не борьба добра со злом, потому что мы не добро, а он не зло, согласитесь. В сигнатуре Стрелка добра и зла вообще не существует, разве что эпизодически, не более того. Он не злой и не добрый, Стрелок. Он — как двигатель в машине. Сел в машину, а дальше уже по обстоятельствам. Можно ехать за город, нюхать цветочки, а можно сбивать бродячих собак, для развлечения.

— Что ты говоришь такое, — возмутилась Дана.

— Правду, — пожал плечами Ит. — Просто все мы так устроены, что поневоле пытаемся искать добро и зло там, где их не может быть.

— Мне кажется, что он ведет себя, как зло, — сказала Дана решительно.

— Он себя ведет не как зло, а как трамвайное хамло, — поморщился Скрипач. — Да, просто хам и наглец, берегов не зрящий, но хамство и лицемерие не есть зло в чистом виде.

— Но то, что он хочет с вами сделать… — начала Дана, но Скрипач перебил её:

— Дана, опомнись, он ничего с нами не делает! Он пальцем нас не трогал, и не тронет, поверь!

— А создать кому-то невыносимые условия — это не равно троганью пальцем? — с возмущением спросила Дана. — Это как замучить кого-нибудь до полусмерти, потом подождать, чтобы он умер, и сказать — он умер сам, я тут ни при чем.

— Спасибо за краткое описание религии и действий шрика, — мрачно сказала Лийга. — Именно так они и поступали. Но вообще-то ты права, Дана, так это и выглядит.

— Господи… ты это видела? — с ужасом спросила Дана. Лийга кивнула.

— Да, и не один раз. Так что тут я полностью с тобой солидарна. Если кто-то и есть зло в этой ситуации, так это Ари. Я пока что не проверяла свои предположения, так что не скажу точно, но… сперва надо посмотреть, что тут есть поблизости. Если я права, а я уверена, что права, то он действительно зло.

— Это какой-то особый талант, говорить загадками, — заметил Ит. — Можешь конкретнее?

— Я уже про это говорила, — сердито ответила ему Лийга. — Поблизости должен быть Контроль. Какой — точно не знаю, делаю ставку на Бардов.

— И ты думаешь, они будут ему содействовать? — спросил Скрипач.

— Да, именно так я и думаю. Судя по всему, у него прекрасный дар убеждения, — Лийга отпила чаю, и поставила чашку на стол. — Вообще, я, конечно, понимаю, что это чистой воды фантазия, но мне кажется, что он моделировал подобную ситуацию. Может быть, с какими-то ремарками или вариантами, но моделировал. Именно поэтому он действует столь уверенно, и даже порой нагло.

— Возможно, что-то моделировал Адонай, — предположил Скрипач. — Один из возможных сценариев. Хотя черт его знает на самом деле. Но… ммм… откуда ему было знать, что мы тут окажемся в молодом виде, к примеру? Или какие-то другие подробности?

— Рыжий, ты не думаешь, что он, находясь там, вышел на Метатрона, и сумел что-то узнать? — спросил вдруг Ит. Спросил, и удивился — почему они не догадались об этом раньше? — Помнишь похождения с командой Гарика? Это ведь тоже был Метатрон, как сейчас становится понятно, правда, полноценного контакта с ним тогда не получилось, но увидели мы немало. И то, что он сделал с планетой, сунув её в темпоральную капсулу, и воздействие, примененное к огромному количеству людей, и совершенно безумное моделирование как настоящей, так и фальшивой реальности. От одной только хрени, перепахивающей огород, можно было поседеть. А горы? А девица под чьим-то воздействием? А летающая кофемолка, или чего там летало?

— Ты о чем вообще? — не поняла Дана.

— Будет время, расскажем подробнее, но — это было весело, в некотором смысле, — ответил Скрипач. — Да, Ит, верно. Но там… как бы сказать… знаешь, у тех, кто связан с Метатроном, весьма своеобразное чувство юмора, как я понимаю. Однако последующие пересечения никаким юмором уже не пахли даже близко.

— Или Метатрон себя не обнаруживал, — пожал плечами Ит. — Как это было с Идущими к Луне. Метатрон там появлялся только в записках Ады, и лишь как нечто интуитивно ощутимое. То самое Море Травы, о котором она писала. Возможно, за ними тогда следили отнюдь не только агенты Ри, если судить по запискам, следил ещё кто-то, но Ада не осознавала, кто это был. И выйти на них он действительно мог. Был ведь еще один эпизод.

— Фламма, — сказал Скрипач. — Ты о самолетиках?

— Нет, — покачал головой Ит. — Гибель Амрита. Помнишь заключение о его смерти, которое мы делали? Как ты думаешь, кто тогда убил мальчишку? А ведь Ари об этом знал. У него была вся информация, рыжий, вообще вся, за все эти годы. И у него был Адонай. И возможность выстроить схемы, и сделать выводы. Мы бегали туда-сюда, занимаясь всем подряд, а он сидел, и годами работал над анализом того, что уже было в доступе, и того, что поступало на Тингл. Плюс группы Ри, с которыми он тоже находился в контакте. Плюс осведомленность о том, что Ри делал. И еще много всего, о чём, думаю, мы даже догадаться не сумеем.

— Но какая у него может быть цель? — спросила Дана. — Зачем всё это? Для чего?

— Только предположения, — Ит тяжело вздохнул. — Первый вариант — остановка работы сигнатуры. Второй — сценарий Ри, перезапуск.

— И тебе не нравятся оба варианта, — уверенно сказала Лийга.

— Да, — кивнул Ит. — Потому что должен существовать третий путь.

Глава 15

Кавер-версия

Сентябрьский день выдался по-летнему теплым, поэтому окна в машине они открыли, как только съехали с трассы на нужную дорогу, идущую вдоль каких-то поселков и дачных участков. Сперва пейзажи по обочинам тянулись довольно унылые, но вскоре их сменили леса и перелески, дач стало значительно меньше, а затем они и вовсе пропали, уступив место невозделанным полям и пока еще не тронутым осенью лесным опушкам.

— Неплохое место, — с удивлением констатировал Скрипач. — На карте это всё выглядело не так привлекательно, как на самом деле.

— Да, красиво, — кивнул Ит. Он сидел за рулем «Жулана», и вел сейчас машину медленно, потому что дорогая качеством и новизной не отличалась, а Иту не хотелось разбить подвеску. — Рыжий, я тебя хотел попросить.

— О чём?

— Будь максимально сдержанным, — Ит объехал очередную яму, и увеличил скорость машины. — Ты в последние дни дерганный, как я не знаю кто, поэтому постарайся в этот раз…

— Не делай из меня идиота, — огрызнулся Скрипач. — Разумеется, я буду сдержанным, само собой. Я, знаешь ли, тоже заинтересован…

— Вот и славно, — Ит улыбнулся. — Как нога, не чешется больше?

— Утром же смотрели, уже почти ничего не осталось от пятна, — ответил Скрипач. — О, кстати, надо посмотреть, что там с нашим заказом, — оживился он. — Интересно, тут связь ловит? Надо Дане позвонить, чтобы забрала.

— Думаю, ловит, иначе как бы он к себе клиентов заманивал, этот шаман, — справедливо заметил Ит. — Ты же видел, сколько у него рекламы.

— Это да. Самым смешным будет, если мы к нему не сумеем попасть, — Скрипач покачал головой. — Но идея сама по себе неплоха.

Идея заключалась в том, чтобы пойти ва-банк, то есть к нужному человеку они решили поехать вдвоем, и поговорить напрямую. Никакой слежки, никаких ползаний по кустам, никакой таинственности. Во-первых, с высокой долей вероятности, Ари не ждёт от них ничего подобного, он думает, что они будут использовать старые, проверенные методы работы. Во-вторых, элемент неожиданности — шаман, скорее всего, даже не думает о том, что к нему кто-то может заявиться… если, конечно, он обычный человек, а не тот, кем в данный момент кажется, такая версия у них тоже была. В-третьих, интересно посмотреть, что получится дальше. Последует ли реакция на этот визит от Ари, например. Или еще что-то. А если персонаж в перьях действительно Эрсай… ну, что ж, это тоже будет весьма любопытно. Потому что, как показывала прежняя практика, Эрсай тоже можно в некоторых обстоятельствах припереть к стенке, и спросить то, что требуется. Посмотрим, сказал Скрипач, когда они приняли решение, в любом случае — должно получиться весело.