Екатерина Белецкая – Санитарный день (страница 23)

— На воздействии? — Скрипач нахмурился.

— Да, — решительно ответил Ит. — Не хотелось бы делать это в квартире, но я другого выхода пока не вижу.

— А я вижу, — возразил Скрипач. — Надо подождать. Хотя бы немного, но подождать. Ит, квартира может быть провешена, а мы с тобой, как ты понимаешь, далеко не в лучшем виде для…

— Знаю, — Ит отвернулся. — Хорошо, давай поймаем его за пределами квартиры. Но не в подъезде, конечно, предлагаю попробовать машину.

— Согласен. И по времени у него всё совпадет, пустых окон не будет. Значит, заодно снимем вопрос тайминга, — Скрипач задумался. — Давай попробуем загнать его в пробку, — предложил он. — А мигалку сломаем. И шофера устраним, это-то как раз просто. Конечно, получится смешно, если они были не у него, а у кто-то ещё, но…

— Ничего, ему это только на пользу пойдет, — с неприязнью сказал Ит. — Они там все слегка оборзевшие и обнаглевшие, так почему бы и нет?

Ждать пришлось до вечера, за это время они несколько раз звонили Лийге, потом поговорили с Даной, еще позже наведались на подземный паркинг к нужной машине, и попутно разобрались с шофером, он же охранник. Скрипач, ни секунды не раскаиваясь, взял того на воздействие, сперва заставив его напиться до беспамятства, а затем велел позвонить шефу, и кое-чего высказать. Полчаса спустя на паркинг спустился крайне рассерженный Дрежнов, который с кем-то говорил по телефону, сел в машину, раздраженно хлопнув дверью, и поехал к выезду из паркинга. Всё шло по плану — Скрипач удовлетворенно кивнул, и побежал на улицу, где его ждал в «Жулане» Ит.

— Поехали, — велел Ит, как только Скрипач оказался на водительском сиденье. — Вставай к нему плотнее, и…

— Сам знаю, — ответил Скрипач. — Слышал бы ты, как он орал сейчас.

— Ну, ещё бы, — Ит усмехнулся. — Догадываюсь. Рыжий, держи правее, как только закончим, из пробки нужно будет быстро уйти.

— Логично, — кивнул Скрипач. — Так, как только нормально замедлимся, переходи. И не тяни, давай побыстрее.

— Как получится, — пожал плечами Ит.

Разумеется, ездил Дрежнов на «Марлине», вот только не синей серии, и не черной. У него был argentum — модель так и называлась, «Ag». Эти машины делались под заказ, и вполне логичным было то, что заместитель министра культурного развития выбрал себе именно такой вариант — прийти в салон, и сходу купить такую машину было невозможно, они делались ограничено, под заказ, не более шести десятков в год. И продавали их далеко не всем подряд, равно как и серии «Au» и «Pt». Не сказать, что «Ag» был каким-то сверх-эксклюзивом, но и Дрежнов, мордастый, бородатый, дородный, сверх-человеком в политбюро тоже не был. Но и последним он не был тоже. Про Дрежнова, равно как и про всех остальных, уже почитали. Мутная личность, заметила Лийга, и с ней согласились и Ит, и Скрипач. Именно так и есть. Мутная, и не особо приятная личность. Вроде бы ни в чем этаком не замечен, но в то же время — человек этот производил впечатление тихого омута, в котором чертей больше, чем лягушек.

…Ит без проблем проскочил между едва движущимися машинами, открыл переднюю дверь темно-серого «Марлина», и сел на пассажирское сиденье рядом с Дрежновым.

— Анатолий, вам это кажется, — тихо сказал он. — Вы одни в машине.

— Я один в машине, — повторил Дрежнов.

— Славно, — кивнул Ит. — Камера в салоне работает?

— Работает, — кивнул Дрежнов.

— Сейчас вы её выключите, а когда я скажу, сотрете три последних часа, — сказал Ит. — О нашем разговоре вы ничего помнить не будете.

— Не буду, — согласился Дрежнов. Протянул руку к сенсору, что-то нажал. — Камера не работает, — сообщил он.

— Славно, — кивнул Ит. — Анатолий, скажите, у вас сегодня были гости?

— Были гости, — кивнул зам министра. — Сегодня были гости.

— Кто они такие? — спросил Ит.

— Я не знаю, — равнодушно пожал плечами Дрежнов.

— Как — не знаете? — Ит опешил. — Вы не помните, кто был у вас в гостях?

— Кто-то был у меня в гостях, — без выражения произнес Дрежнов. — Мы немного выпили. Шофер меня подвел, я его уволил уже. Паршивый птичий хвост, курица вонючая, из-за него пришлось сесть за руль. Мне нужно на совещание, а он подвел меня. Важное внеочередное совещание, мне необходимо быть, а курица поганая…

— Почему курица поганая? — с недоумение спросил Ит.

— Потому что у него фамилия Курицын, — так же равнодушно сказал Дрежнов.

— Ясно, — кивнул Ит. — Так что было до того, как вы поругались с поганой курицей?

— У меня были гости, мы немного выпили, — снова сказал Дрежнов.

— Кто они были?

— Не знаю.

— О чем вы говорили с ними?

— Не знаю.

Ит задумался.

— У вас мужчины были в гостях? — спросил он.

— Не знаю.

— Или женщины?

— Не знаю.

— Что вы пили? — спросил Ит.

— Не помню, — пожал плечами Дрежнов. Кажется, этот вопрос вызвал у него хоть какой-то эмоциональный отклик — в отличие от вопроса про гостей. — Вкусное что-то.

— Хорошо, — кивнул Ит. — Последний вопрос. На какое совещание вас так срочно вызвали?

— Пересмотр значений культурного кода, — голос Дрежнова чуть изменился, в нем сейчас явственно прозвучало одобрение. — Расширение дозволенных рамок и запретов, для населения.

— Каких именно рамок? — спросил Ит.

— Исторических, религиозных, культурных. Не за веру нужно наказывать, а за отсутствие веры, — Дрежнов улыбнулся. — Уж если верят, то пусть верят. Но чтобы правильно. А если неправильно, мы их… — он сделал в воздухе правой рукой какое-то закручивающее и одновременно раздавливающее движение. — Ишь моду развели…

— Спасибо, — кивнул Ит. — Сейчас я выйду, вы сотрете запись, и поедете на совещание. Меня здесь не было. Никого не было.

— Не было, — кивнул Дрежнов. — Никого не было.

Ит вышел из машины, посмотрел, как Дрежнов стирает запись, и пошел обратно, к «Жулану».

— Ну, чего там? — спросил Скрипач.

— Хреново там, — мрачно сказал Ит. — Сворачивай, поехали отсюда.

— Подожди, — попросила Лийга. — То есть, получается, этого деятеля взяли на воздействие? И стерли ему память?

— Да, именно так, получается, — кивнул Ит. — Думаю, если мы будем проверять остальных, увидим ровно то же самое. Никто не будет помнить о том, что у них в гостях побывала Штерц с неким Андреем, и разговоров они не будут помнить тоже.

— Вот даже как? — Лийга нахмурилась. — То есть ты хочешь сказать, что это делает он?

— А кто? — Ит повернулся к ней. — Да, Лий. Это делает он. И, подозреваю, он делает не только это. А еще очень много всего другого. И мы не знаем — ничего. Потому что мы просто позорно на нём прокололись. И упустили ситуацию.

— Не нагнетай, — поморщился Скрипач. — Ты чего-то сразу того… сгущаешь краски. Он только-только сошелся с этой Штерц, а такими делами занялся и вовсе недавно. Подумай сам…

— Я-то как раз подумал, — сказал Ит. — Пока мы ехали, я очень хорошо подумал. И понял, что мы два придурка. Мы купились, рыжий. На его якобы самоотверженный поступок — пойти за нами сюда. На его молоденькую внешность и невинный вид. На то, что в старых считках мы его видели, как Барда, причем очень печального, и очень несчастного. И как-то нечувствительно мы с тобой позабыли, что проект «Ри Торк» — это было его рук дело, что Пятый с Лином себя прятали в том числе и от него, что он просидел на Тингле много лет, предоставленный самому себе, и чем он там занимался, мы понятия не имеем.

— Наукой он там занимался, — без особой уверенности сказал Скрипач.

— Угу. И учился по агентским программам, — едко парировал Ит. — А может быть, и не только по ним. Официалки там было сам знаешь, сколько. И учителей он себе мог брать любых. В любом количестве, и в любое время. Далее. Здесь мы видели только то, что он нам милостиво показывал — например, незначительные моменты с посещениями собраний… а что было ещё? Что мы с тобой не видели, потому что не следили за ним?

— Ребята, постойте, — взмолилась Лийга. — Ит, ты хочешь сказать, что он сейчас разыгрывает какую-то свою игру, и…

— Да, именно это я и хочу сказать, — кивнул Ит. — И мы понятия не имеем, какую. И сколько времени он это делает. И сколько он уже успел сделать, мы тоже не знаем.

— Но что это может быть за игра? — Лийга нахмурилась. — Для чего ему нужно? Что он задумал?

— Не знаю, — Ит вздохнул. — Что-то совершенно непонятное. Сейчас он, если мы правильно поняли, зачем-то стал контактировать с сильными мира сего, используя для этого Штерц, потому что её знают, и с ней идут на диалог. К тому же Штерц — «принцесса», то есть я рискну предположить, что до неё он вел какую-то подготовку, а после её появления начал новую фазу… чего-то. Знать бы ещё, чего именно. Надо думать.

— Ну, давайте подумаем, — предложил Скрипач. — Штерц и всякие сильные, в данном случае, это средства. Для достижения цели. У него должна быть цель, но эту цель мы не знаем.

— Можно методом исключения, — предложил Ит. — Обратно в Контроль он точно не хочет.

— Почему ты так решил? — нахмурилась Лийга.