Екатерина Белецкая – Фрактал. Земля Node (страница 9)

— А где можно помыться? — спросил Ит. — Рыжего я отнесу, или он сам дойдет.

— А, да. Действительно, — Саб на секунду задумался. — Черт, придется всё-таки открыть вам нижний этаж. В свою ванну я вас пускать, конечно, не буду. Ладно, сейчас прогуляемся.

Внизу, куда они втроем спустились по узкой лестнице, оказалась не ванна, а целый комплекс — гранитный овальный бассейн, в котором запросто уместились бы пятеро, «теплая комната», в которой по стенам бежала ручейками соленая морская вода, большая душевая, одну стену которой занимали полки, уставленные каменными и стеклянными флаконами самых разных форм и расцветок, и пара ванн поменьше, стоявших в огороженном пространстве в углу.

— Это для гостей по большей части, — объяснил Фэб. — Иногда сам пользуюсь, под настроение. Ну и помощники. Так, вот сюда ладони приложите… ага, правильно. Пользоваться можно всем, что найдете.

— Здорово тут, — Скрипач огляделся. — Ты, наверное, любишь мыться?

— Да, — кивнул Саб. — Я вообще люблю воду. А вода любит меня.

— У тебя часто бывают гости? — спросил Ит.

— Не очень. Без помощников принимать гостей — такая морока, — Саб поморщился. — Кроме того, я не люблю гостей. Мой дом — это мой дом, а не проходной двор. С мытьем всё ясно? Тогда пошли обратно.

Рыжий, который только-только начал осваиваться с протезом, самостоятельно подняться по лестнице не сумел — Саб, не говоря ни слова, поднял его и сам отнес наверх.

— Вы слишком худые, — констатировал он. — Вес придется набрать.

— Зачем? — удивился Ит.

— Затем, что выглядеть надо соответственно работе. Нет, сильно толстеть вам не нужно, но хотя бы килограмм по пять добавить необходимо. Поэтому в еде себя не ограничивайте. Ничего, черед пару декад я из вас сделаю вполне приличный вариант, — добавил он.

— Саб, прости, у меня вопрос, — осторожно начал Ит. — Ты сказал что-то на счет своей комнаты. Это вон та дверь? — Саб кивнул. — Я уточнил, чтобы не зайти по ошибке. Мы даже близко не подойдем, посмотри потом следилку, и…

— В доме нет следящих систем, — отрезал Саб. — Ни моих, ни чьих бы то ни было.

— Почему? — опешил Скрипач.

— Потому что я предпочитаю честность, а не слежку. И потом, чтобы понять, что кто-то был где-то, где ему быть не положено, мне не нужны следящие системы. Я прожил в этом доме три сотни лет, и, поверь, пойму, если что-то не так, без техники.

— Я не хотел бы, чтобы ты… если тебе что-то покажется… — Ит замялся. — Может быть, ты всё-таки поставишь хоть что-нибудь?

— Боишься оказаться виноватым без вины? — усмехнулся Саб. — Не бойся. Просто так я никого не наказываю. Ясно?

Ит кивнул.

— Ну и отлично, — заключил Саб. — Приводите в порядок комнаты, ешьте, отдыхайте. Вернусь завтра. У меня много дел.

Комнаты, которые Саб приказал привести в порядок, выходили окнами не на море, а на каменистый участок берега, относительно ровный. Дальше начинались скалы, поросшие приземистыми хвойниками неизвестной породы. Окна были грубые, без рам, по сути — просто отверстия, прорубленные в камне, но на каждом окне обнаружилась универсальные экраны, которые часто используют в госпиталях. Если хочешь закрыть окно — просто активируешь экран, а потом подстраиваешь под задачу. В принципе, удобно.

В обеих комнатах царило запустение — вскоре стало понятно, что их обитатели погибли уже больше года назад, и что Саб, по всей видимости, после их смерти в комнаты вообще не заходил. Вещи, лежащие тут и там, покрывал изрядный слой пыли; оба экрана оказались отключены, поэтому по углам ветер набросал старых листьев и мусора.

— Надо собрать как-то, наверное, — предположил Скрипач, оглядывая комнату, в которой ему предстояло жить. — Это же чужое всё.

— Допустим, соберем, и что с этим делать? — уныло отозвался Ит.

— В угол сложим куда-нибудь, а потом Саба спросим, как вернется, — пожал плечами Скрипач. — Ит, давай сначала пожрем, а? — попросил он. — Я голодный. А ты?

— Я тоже. Нога как?

— В принципе, нормально. Но устаю пока что быстро. Ничего, через недельку, думаю, освоюсь, — Скрипач снова сел на лежанку в общей комнате. — Посмотри, что там есть из еды.

Еды, на взгляд Ита, оказалось не так уж и мало. Коробки с рационами, общим числом шесть, похожие на те, что предоставляла своим миссионерам Санкт-Рена, какие-то странные консервы непонятно с чем, которые открыть Ит не рискнул, и местная еда, к сожалению, не первой свежести — тонкие, успевшие засохнуть, лепешки, соленый сыр, вяленое мясо (похоже, что вельшевское), и большой холщевый мешок с жареными орехами.

— Так, теперь бы понять, что из этого любит Саб, чтобы не съесть случайно то, что он отложил для себя, — пробормотал Ит, оглядывая находки.

— Ну, чего там? — поторопил Скрипач.

— Рационы, консервы, сыр, мясо сушеное, и орехи, — отрапортовал Ит. — Думаю, как бы не съесть ненароком то, что Саб захочет съесть сам.

— Рационов много? — спросил Скрипач.

— Шесть штук.

— Вот давай два и съедим. А вечером что-нибудь попроще. Ай, ладно… подожди, сейчас сам приду.

На кухне Скрипач сел за высокий стол, и принялся с интересом оглядываться.

— Ага… — протянул он. — Так… Ит, вон тот шкаф открывал?

— Нет пока.

— Открой. О, отлично! Крупа и масло. Мясо есть, сыр… ладно. Отлежусь, высплюсь, а вечером что-нибудь приготовлю. Тащи рационы.

Рационы на поверку оказались вполне приемлемыми — хороший кусок мяса (разумеется, искусственного), овощи в соусе, и две закусочные пасты, сладкая и соленая. Смолотив рацион, рыжий снова послал Ита рыться в шкафах — на этот раз он вознамерился найти лхус, в чем и преуспел. Заварили — лхус оказался просто бесподобным, и явно местным.

— Жить можно, — удовлетворенно произнес Скрипач. — И плита у него тут хорошая.

— Не спались, а то запишет в придворные повара, — заметил Ит. — Будешь с утра до вечера стоять у этой самой плиты.

— Не буду, — отмахнулся Скрипач. — Я просто соскучился по натуральной еде. Мы с тобой полтора года давились синтетикой, ну сколько можно. Хочу честной каши с честным маслом, мяса хорошего кусок хочу…

— Ты только что съел, — напомнил Ит.

— Так это опять синтетика! Нет, ну правда. Давай что ли хоть по куску сыра, а?

— Ладно, давай, — сдался Ит. — Рыжий, знаешь, мне что-то не по себе, — пожаловался он. — Как-то это всё… комнаты эти — как могилы. Угрозы его, опять же… постоянные слова про наказание… то, что он сделал со мной тогда… туда не ходи, сюда не ходи…

— Ну, вообще да, — согласился Скрипач. — Но ты учти — то, что он с тобой проделал…

— Ты понимаешь, что он в скором времени и с тобой это проделает? — прищурился Ит. — Ты помнишь, что он мне сказал сегодня?

— Про обоюдное согласие? — Ит кивнул. — Помню. Видимо, придется как-то перетерпеть.

— Или смыться от него при первой же возможности, — Ит задумался. — Хотя… нет, я не прав. Судя по тому, что он рассказывал, положение у него и впрямь неплохое.

— Подожди, — попросил Скрипач. — Давай рассуждать логически, как учили.

— Давай, — согласился Ит. — Смотри. Саб работает богом, так? Судя по тому, что он успел рассказать, боги не сидят на одном месте, они общаются друг с другом, с местным населением, воюют, занимаются экспансией, и так далее. Находясь рядом с этим богом, мы получаем мобильность и возможность наблюдать в нужном объеме. Что от нас, собственно, и требуется.

— Верно, — кивнул Скрипач. — Это были плюсы. Теперь давай минусы.

— Минусы — запросто. Секс по принуждению. По сути дела — рабство. Судя по пустым комнатам — опасность. И немалая.

— Ит, давай честно, — Скрипач поднял голову. — Когда нас опасность пугала… дело именно в принуждении, ведь так?

Ит кивнул.

— Я только теперь понимаю, до какой степени Фэб нас берег, и как нам везло, когда мы работали в официалке, — произнес он с горечью в голосе. — Ведь ни разу до такого не доходило. Ни разу!

— Доходило, — возразил Скрипач. — В караване, на Терре-ноль. Со мной. Забыл?

— Не забыл я ничего, но то, о чем ты говоришь, случилось уже после того, как Фэба не стало, — напомнил Ит. — При нем к нам никто и пальцем не прикасался.

— Просто он подбирал нам задания без риска, — возразил Скрипач. — Ит, я понимаю, что ты сейчас чувствуешь, и, поверь, осознаю, насколько это всё хреново.

— Это отвратительно… — Ит запнулся. — Я не смогу… вот так. Никогда не прощу себе, что вообще допустил это. В принципе.

Скрипач нахмурился.

— Придется, — сказал он. — Ты сам отлично понимаешь, что придется.

— Понимаю.

— Ит, это, в конце концов, всего лишь тело, — Скрипач задумался. — Когда он нес меня на руках… знаешь, отвращения он у меня не вызывает. У тебя, кажется, тоже. В общем, закрой глаза, и думай об Англии.

— Спасибо, — сардонически усмехнулся Ит. — Ты умеешь утешить и ободрить. О какой Англии ты говоришь, когда я в своей жизни спал только с Фэбом, и с Киром пару раз? Да и то, чтобы понять, что это — норма, мне пришлось себя переломать так, что… тебе, наверное, было всё-таки проще. Меня ведь люди воспитывали, забыл? Причем не просто люди, а…