Екатерина Белецкая – Дорога из пепла и стекла (страница 44)

— Люк не вижу, — покачал головой Скрипач. — Где он?

— В передней части кабины, — Рифат прищурился. — Видишь, там выступ?

— Вижу. Как подняться? — Скрипач нахмурился. Высота кабины была не меньше трех метров, плюс ещё два метра — двигатель. И это от земли, если посадить песчаник на брюхо. Вот только совсем не факт, что он сядет.

— По лапе, — ответил Рифат. — Если он сядет, он сложит переднюю лапу. Получится лестница.

— А если не сядет? — спросил Скрипач.

— Эммм… — Рифат пожал плечами. — Тогда придется лезть, наверное.

— Я так и понял, — кивнул Скрипач. — Интересно, он довольно тихий для такого размера. Почему-то казалось, что будет грохотать сильнее, чем тот, на котором мы едем.

— Там, где работала эта машина, строгие ограничения по шуму, — ответил Рифат. — Потом расскажу, если у нас будет «потом». Итта, останавливай их, времени больше нет. Скорее!

Против ожидания, песчаник всё-таки сел, но складывать лапу в нужное для подъема в кабину положение не стал. Скрипач, впрочем, на такую удачу не рассчитывал — как только обе машины оказались на земле, он выскочил из шагохода, и бросился к песчанику. Подтягиваться на одной руке, с учетом неработающей второй, и боли, которую вызвало движение, оказалось сложно, но страх, что ничего не получится, и они останутся тут, в холмах, придал ему силы — Скрипач взобрался на крышу кабины песчаника за считанные секунды. И вовремя. Как только он оказался на крыше, машина начала подниматься, а Ит по связи крикнул:

— Рыжий, я его больше не удержу! Залезай скорее внутрь, чтобы не скинул!

Дважды ему повторять не пришлось — Скрипач как раз в этот момент увидел люк, овальный, небольшой, немного выступающий над уровнем крыши кабины. Судя по всему, люк этот был механическим, с кольцевым замком, поэтому раздумывал Скрипач недолго: он подошел к люку, присел на корточки, присмотрелся, а затем провел указательным пальцем по едва заметной выемке в правой части люка, там, где он примыкал к крыше кабины.

— Ну, давай, — шепотом сказал Скрипач. — Давай, Люся, не упрямься.

Раздался тихий свист, люк опустился вниз, и поехал в сторону, уходя в крышу кабины полностью.

— Открыл, — сообщил Скрипач по связи. — Ит, не отставай, постараюсь побыстрее.

Вниз вела короткая лесенка, всего шесть ступенек, причем ступеньки эти оказались мягкими на ощупь; Скрипач спустился вниз, и огляделся. Он находился сейчас в узком коридорчике, длиной не больше двух метров, слабо освещенном, и с низким потолком. В коридорчик выходили три шлюзовых двери, первая вела в кабину управления, вторая, входная — располагалась на правой стене, и третья дверь, для входа в кузов, виднелась в конце коридора. Скрипач кивнул, и прошел к первой двери. Замок поддался в этот раз вообще без уговоров, и Скрипач очутился в кабине.

— А неплохо, — пробормотал он, осматриваясь. — Угу, вот так, значит… Ладно, сейчас мы это попробуем.

В кабине оказалось светло, Скрипач подумал, что здесь отлично сделан обзор — снаружи кабина выглядела непрозрачной, неотличимой от корпуса, а изнутри позволяла видеть практически всё, в том числе и то, что находилось под машиной. Лапы обзору не мешали, кабина выступала чуть вперед, а траектория движения передних лап была такой, что в обзорное поле лапы практически не попадали.

— Лихо, — пробормотал Скрипач, садясь в левое кресло. — А ну-ка…

Как он и ожидал, управление было заблокировано — но, к счастью, программно. Больше всего Скрипач боялся, что управление будет разрушено физически, однако тот, кто забросил эту машину в холмы, явно не собирался тратить силы и время на то, чтобы лезть в кабину, и что-то ломать. Скрипач снял блокировку — на это ушло не больше минуты — и стал читать то, что ему показывала машина. Основные узлы — сохранность около семидесяти процентов, аккумулятор — больше половины заряда, запас хода примерно три тысячи километров, боковой вход — заблокирован физически, ограничители скорости хода — физические, вход в кузов — заблокирован физически, защита — деактивирована.

— Рыжий, что там? — спросил Ит по связи. — Сделал?

— А? Да, сделал, — опомнился Скрипач. — Сейчас буду тормозить. Ит, прости, придется лезть через верх.

— Почему? — спросил Ит.

— Одной рукой я боковую дверь не открою, — с огорчением сказал Скрипач. — С ней что-то сделали, машина пишет про физическую блокировку.

— Ясно, — Ит вздохнул. — Так, всё. Сажай, давай. За нами уже охотники выехали, через пятнадцать минут будут здесь.

— Понял, — коротко ответил Скрипач.

Вещи пока что покидали на пол в коридоре, заниматься ими было некогда. Кое-как втиснулись в кабину вчетвером, причем во второе кресло села Лийга, Рифат же остался стоять за её спиной. Ит огляделся — и заметил у стенки неширокий уступ, что-то вроде лавочки.

— Садись, — велел Рифат. — Итта, сядь, я не хочу, чтобы ты упала.

— Да, хорошо, — кивнул Ит. — Мне просто надо снять привязку, и…

— Быстрее, — нервно произнесла Лийга. — Скиа, быстрее, поднимай, и пошли! Ну⁈ Быстрее, говорю!

— Да делаю я, подожди… Ит, отвязал?

— Почти, одну секунду, — Ит снова вывел визуал. Вот он, нужный сегмент, именно эта часть программы удерживает машину в холмах, не позволяя ей выйти за установленный периметр. — Рыжий, как только я отвяжу, пойдет сигнал к шрика. Наверх. С ним ничего нельзя сделать, к сожалению.

— Уже неважно, — сказал Рифат. — Делай.

— Есть, — через несколько секунд произнес Ит.

— Рифат, куда? — спросил Скрипач.

— Забирай вправо, — приказал Рифат. — Там лес, веди к нему.

— Скорость будет ниже, — возразил Скрипач.

— Она и так низкая, всё заблокировано, — ответил Рифат. — Лийга, бери управление. Она не умеет, как надо, давай ты.

— Угу, — кивнула Лийга. Отстегнула маску, скинула капюшон. — Придется пока руками, что ж такое-то… ладно. Скиа, не трогай ничего, я сама.

Песчаник легко поднялся, и, наращивая скорость, двинулся в сторону недалекого леса, того самого, о котором говорил Рифат. Кабина едва заметно покачивалась, никакой тряски не было вовсе — Ит понял, что про компенсаторную систему он угадал правильно. Песчаник двигался плавно, создавалось ощущение, что кабина плывет над землей. Однако эта идиллия продолжалась недолго, потому что Лийга вдруг сказала:

— Держитесь крепче. Рифат, держи Итту, упадет.

— Что там? — спросил Ит.

— Река. Нам надо перейти через Чали, — объяснил Рифат. — А здесь река не такая, как…

Он не успел договорить, потому что песчаник вдруг увеличил скорость, и кабину ощутимо тряхнуло.

— Охотники, — сказала Лийга. — Хорошо, что не задели. Держитесь, говорю! Крепче!

Песчаник сделал рывок, а потом его вдруг потащило в сторону — Ит не сразу понял, что этот маневр не является следствием того, что в машину кто-то попал. Нет, это Лийга вела сейчас песчаник таким странным образом, заставляя его двигаться какое-то время боком, затем последовал ещё один рывок, и машина снова понеслась вперед уже обычным порядком.

— Хе-хе, — сказала Лийга. — А ну-ка, теперь вот так.

Линия деревьев была уже совсем неподалеку, но деревья Лийгу, судя по всему, не интересовали — она вдруг резко взяла влево, и погнала машину по открытому пространству.

— Камни, — сказал Рифат негромко. — Осторожно.

— Вижу, — ответила Лийга. — Да он и сам не слепой… надеюсь.

Песчаник чуть снизил скорость, внизу действительно показались валуны.

— Сзади, — сказал Рифат. — Лийга, сзади, не замедляй!

Ит уже тоже видел — с двух сторон к песчанику стремительно приближались два шагохода, гораздо меньшего размера, верховых.

— Ничего, успеем, — не поворачиваясь, произнесла в ответ Лийга. — Держитесь крепче, река.

Ит вцепился в руку Рифата — и вовремя, потому что именно в этот момент песчаник прыгнул в воду, подняв вокруг себя тучу брызг. Чали в этом месте была, видимо, глубокой, потому что песчаник ушел под воду почти целиком, но это не помешало ему пройти по дну, и уже через несколько минут машина стала приближаться к противоположному берегу. Кабина ещё раз ощутимо вздрогнула, видимо, в песчаник всё-таки попали, но предусмотрительная Лийга удерживала сейчас машину так, что выстрелы могли задеть только кузов, не причиняя кабине никакого вреда. Если попадут в опоры, нам конец, пронеслось в голове у Ита, странно, почему они не стреляют по длинным паучьим ногам шагохода, почему целятся в кузов?

— Они не будут стрелять по ногам, — словно прочитав его мысли, сказала вдруг Лийга. — Это против самой сути охоты. У них оружие настроено так, что бьет в корпус.

— Зачем? — не понял Скрипач.

— Да затем, что если все будут палить по ногам, шагоходов очень быстро не останется. За кем потом гоняться? Друг за другом? Это же не война, это развлечение. Была бы война, этих трудяг за час бы всех перебили. Причем с земли, даже летать не нужно. Так… кажется, вырвались, — удовлетворенно сказала она. — Скиа, границу зоны мы уже перешли?

— Угу, — кивнул Скрипач. — Надо воду согнать, видишь, какой он тяжелый? Зачерпнул воды, а тут, кажется, половина систем не работает.

— Сама выльется, — махнула рукой Лийга. — Надо побыстрее удирать.

— Если нас захотят достать с воздуха… — начал Рифат, но Лийга его перебила:

— Если бы захотели, уже достали бы, — сказала она. — Не факт, что они вообще поняли, что мы в песчанике, хотя как знать. Сдается мне, ловить нас будут, но севернее. Решили, что мы идём в Игбу. Что мы ремеры. Ну, пусть думают так же дальше.