Екатерина Белецкая – Атман. Книга 1 (страница 21)

— Злой ты какой, — с отвращением сказал Скрипач. — Ладно, идём…

Воду они наши в сумерках, когда уже потеряли всякую надежду на то, что она отыщется. Крошечный родник, но всё-таки лучше, чем вообще ничего. Пить им после длительного перехода хотелось очень сильно, и пили они в результате по очереди, потому что приходилось ждать, пока можно будет набрать очередную горсть воды, подставив ладони под тонюсенькую струйку, едва заметную между влажный, замшелых камней.

— Хреново, — мрачно сказал Скрипач, когда они, наконец, напились. — А если дальше воды вообще не будет? Что тогда?

— Тогда придется менять маршрут, и её искать, — Ит покачал головой. — Запросто может так получиться, кстати. Мне кажется, что мы выходим из зоны, в которой были ручьи. Даже лес, и тот изменился, ты заметил?

— Не очень, — признался Скрипач. — Я не следил. Нога, сволочь такая, опять дурит. Видимо, ей не понравилось, что мы слишком долго бегали.

— Давай разбинтуем, надо посмотреть, — предложил Ит.

— Ну, давай, — нехотя согласился Скрипач. — Только я сам кроссовок сниму. Это… будет быстрее.

Больно, тут же понял Ит. Скрипач старается не подавать вида, само собой, но сейчас ему действительно больно, а это плохо. Он весь день шел, почти не хромая, но сейчас, видимо, нога разболелась уже всерьез.

— Сиди, — приказал Ит. — Тебе неудобно будет самому. Я осторожно.

— Ладно, — кивнул Скрипач.

Нога, разумеется, отекла, а ещё Скрипач сбил из-за этого отека пятку, потому что сползла повязка, а из-за спешки они не остановились, чтобы её поправить. Точнее, Скрипач просто не сказал об этом, потому что, видимо, решил, что вода в данном случае важнее.

— Рыжий, про сбитую пятку нужно было сказать, — заметил Ит. — Сейчас промою.

— Холод бы приложить, — вздохнул Скрипач. — Отек быстрее спадет. Ит, там нет никакого камушка холодного поблизости?

— Дай-ка подумать. Есть примерно целая гора холодных камушков, — сообщил Ит. — Но лучше, как мне кажется, взять мокрый, вон тот.

— Давай его сюда, — обрадовался Скрипач. Приложил камень к лодыжке, и блаженно зажмурился. — Ой, хорошо-то как… ещё бы пожрать чего-нибудь, и стало бы вообще отлично.

— Сейчас, — Ит вытащил из кармана худи корни топинамбура, выбрал два, ополоснул, и протянул один Скрипачу. — Что-то мне подсказывает, что долго они не протянут.

— Почему? — спросил Скрипач.

— Потому что подвяли уже порядочно, и сохнут, — Ит покачал головой. — А ещё их осталось восемь штук. На двое суток.

— Класс, — хмыкнул Скрипач. — На самом деле грех нам жаловаться. Вспомни, как Пятый с Лином голодали на третьем предприятии. Да еще и в каких условиях это всё было. А у нас тут чистая вода, воздух, горы, хвойники. Красота.

— Ну да, есть такое дело, — согласился Ит. — Сейчас будем наслаждаться, только сперва поедим.

— Если это можно так назвать — поедим, — Скрипач с сожалением посмотрел на топинамбур. — Хоть соли бы к нему. И майонеза.

— И зайца, — добавил Ит. — Тушеного.

— Зайцы заняты, они писают в ручьи, — строго произнес Скрипач.

— Здесь нет ручьев, — вздохнул Ит. Откусил от своего топинамбура кусочек. — Ты же видишь.

— Значит, зайцам приходится непросто, но они не сдаются, — Скрипач усмехнулся. — Знаешь, у меня возникла дурацкая идея, — вдруг сказал он. — Там, в этой каменной усыпальницы, были чашки игрушечные. Помнишь? На столике стояли, недалеко от кровати.

— Ну, помню, и что? — не понял Ит.

— Да то, что можно взять парочку, и в них набрать воды, — объяснил Скрипач.

— Чушь полная, — покачал головой Ит. — Во-первых, мы уже оттуда ушли. Не переться же обратно? Во-вторых, нести воду в такой чашке было бы чертовски неудобно. И, в-третьих, этическая сторона вопроса. Мне эта твоя идея хорошей не кажется. Смахивает на разорение могилы.

— Могила под стелой, — напомнил Скрипач. — А это всё просто декорации. Так что я принимаю единственный аргумент: идти назад совершенно не хочется.

— Давай доедать, и ложиться, — решил Ит. — Это тебе от усталости всякая чушь в голову лезет, как мне кажется.

— Не исключено, — согласился Скрипач. — Просто на жаре пить очень хочется, а это какая-никакая, но всё-таки посуда. К тому же никому не нужная.

— Понимаю, — покивал согласно Ит. — Но всё идея дурная. И вообще, мне до сих пор от одного воспоминания про этот комплекс не по себе делается.

— О, это да, — согласился Скрипач. — Мерзкое какое-то чувство. Кстати, — он оживился. — На Терре-ноль, ну, когда это всё случилось с Киром… там ведь тоже были недалеко от входа богатые могилы. И ощущения от тех, и от этой, они очень похожи. Камни огромные, диабаз, мрамор, цветники, скульптуры, ограды… зачем? Для кого? Покойнику это всё уж точно не нужно, а чтобы вспомнить того, кого нет, достаточно небольшого памятника, ну и лавочки, чтобы посидеть и помолчать. Согласен?

— Совершенно верно, — Ит вздохнул. — Тоже никогда этого не понимал. Деньги девать некуда? Но у нас в семье деньги были практически всегда, причем немалые, и никто никому таких памятников не ставил. Давным-давно, когда умер Фэб, мы что сделали? Похоронили, причем самостоятельно, и положили самый простой камень с надписью. И не надо говорить ничего, рыжий, меня по сей день от этих воспоминаний трясёт. Сколько тогда у нас был денег? До фига, и больше. Плюс счёт самого Фэба, который до того был какое-то время замом куратора кластера, и, мягко говоря, не бедствовал.

— В голове у этих людей насрано, — зло сказал Скрипач. — И здесь такие же отметились, судя по всему.

— Я о другом подумал. Знаешь, мне кажется, это был кто-то не здешний, — сказал Ит задумчиво. — Привозные камни, захоронение вне кладбища, никакой религиозной символики, к тому же всё сейчас основательно заброшено. Странно это всё.

— Вот, кстати, да, — согласился Скрипач. — Нелогично. Абсолютно нелогично.

— И очень неприятно. Ладно, хватит об этом, — Ит поднялся на ноги, потянулся. — Пойду, веток наломаю, а ты камень другой возьми, и ещё подержи. Вроде бы отёк поменьше стал.

— Нога отдыхает, вот и стал, — Скрипач тяжело вздохнул. — Видимо, придется завтра идти помедленнее. Сам видишь, если так быстро, то получается такая фигня.

— Вижу. Будем идти медленнее, — пообещал Ит.

В путь отправились с рассветом — ночь выдалась холодная, и они замёрзли, а движение худо-бедно, но всё-таки согревало. За ночь отёк спал, повязку сделали более плотную, поэтому двигаться Скрипачу стало гораздо легче. Идти предстояло по склону, постепенно спускаясь вниз, чтобы не выходить из леса — выше лес заканчивался, и начинались скалы.

О странном захоронении они больше не говорили — тема была неприятной, и о ней решили поскорее забыть. Своих проблем хватает, заметил Скрипач, и чужие нам сейчас совершенно ни к чему.

— Жалко, что мы в такой хреновой форме, — заметил Ит, когда они после часового примерно перехода присели отдохнуть. — Если бы можно было подняться, и пройти хотя бы часть дороги через плато, получилось бы проще. К тому же на плато полно воды, — добавил он. — А здесь её искать приходится каждый раз.

— Найдем, — Скрипач зевнул. — Что-то я совсем не выспался, — пожаловался он. — Всю ночь трясся, да и ты тоже. Слушай, может, стоит идти ночью, а спать днём, когда тепло?

— Ноги переломаем, — возразил Ит.

— Мы же не люди, в темноте нормально видим.

— Не до такой степени, к сожалению, — Ит вздохнул. — К тому же, днём повышается вероятность кого-нибудь увидеть.

— Пока что мы никого не видели, — справедливо заметил Скрипач. — Может быть, мне кажется, но раньше тут летали чаще.

— Из-за часовни, — пожал плечами Ит. — Вот чего я совсем не понимаю, так это что случилось с часовней. Не из-за пожара же её замуровали.

— Ага, я тоже не понял, — признался Скрипач. — Допустим, гипотетически пока, что наши с кем-то поссорились по какой-то непонятной причине, и получилось то, что получилось. Их тут нет. Но часовня-то при чем? Во-первых, она в стороне от дома, до неё от нас идти и идти, почти полчаса. Во-вторых, туда летали тысячи лет, и из Саприи, и из местных поселков. Это было одно из мест для главных свиданий. Если парень девушку приглашал слетать к часовне, считай, предложение сделал, можно свадьбу ждать. Гадание, опять же. Коптские свечи. И на тебе, никого нет, свечей нет, поляна заросла травой, да еще и вход замурован. Чертовщина какая-то.

— У меня есть предположение. Возможно, это из-за того, что часовня связана с нашей семьей, — осторожно сказал Ит.

— Кто про это знал? — справедливо возразил Скрипач. — Откуда тут появились Лин и Пятый, в курсе были только священники и мистики. Ну и руководство, которое давало мощности, потому что энергии было нужно больше, чем много. Для всех прочих, если ты помнишь, делалась легенда, что они иммигранты. Прилетели, и остались. Причем прилетели с Тингла, откуда Рэд лодку свою привез. У Рэда с локализацией всё было в полном порядке, и никаких вопросов ни у кого не возникло.

— Помню, конечно, — Ит задумался. — Может быть, кто-то выдал. Те же мистики вполне могли это сделать.

— Но зачем? — удивился Скрипач.

— Понятия не имею, — развел руками Ит. — Пока не дойдем до Саприи, ничего не узнаем. Мы пока что гадаем на кофейной гуще, потому что не знаем совсем ничего. Понимаешь, рыжий, ты сейчас говоришь очевидные вещи, но, сдается мне, всё не настолько просто, как хотелось бы. Ответы, которые лежат на поверхности, тут явно не годятся, к тому же мы не знаем главного — исходной причины того, что случилось. Двести с лишним лет всё-таки стали для Окиста большим сроком. Раньше мне казалось, что жизнь здесь гораздо более медленная. Но чтобы столько изменений и событий за такой период… ммм… это необычно.