Екатерина Белецкая – Адонай и Альтея (страница 9)

– А дальше ничего нет. Вообще.

– В смысле – вообще? – не понял Лин.

– Пошли, пошли, сейчас сами увидите.

…Дошли быстро, минут за десять – идти действительно оказалось всего ничего. Пятый заметил, что между деревьями появился просвет, словно там, дальше, была поляна, или озеро, но когда подошли поближе, понял, что никакой поляны, там, конечно, нет. А есть…

Деревья кончились, земля тоже. Просто кончились, разом, словно отрезанные ножом. А перед ними сейчас висела – пустота. Светло-серая, полупрозрачная, неподвижная.

– Вот, – с гордостью сказал Скрипач, словно эта пустота была в некоторой степени его заслугой. – Просто окончание визуализации. Ничего нет.

– Хм, – Лин подошел к самому краю, глянул вниз. Там, внизу, можно было, пусть и смутно, различить тонкую полоску ленты, на которой они стояли. – А если спрыгнуть? – с интересом спросил он.

– Думаю, Альтея засчитает это как смерть, и выкинет обратно, – предположил Ит. – Давайте сегодня без экспериментов.

– Вы не прыгали? – Пятый тоже подошел, глянул вниз. – Похоже на обрыв над рекой. Только очень ровно это всё выглядит.

Похоже было не на обрыв, а на срез – действительно, очень ровный срез, словно кто-то провел огромным ножом по лесу, и вырезал из него… вот это всё.

– Забавно, – тихо произнес Ит. – Забавно ведь, да?

– Что? – не понял Пятый.

– Это всё выглядит забавно, – пояснил Ит. – И напрочь лишено смысла.

– Не знаю, – Пятый снова посмотрел вниз. – Если это пространство сформировано, в нём должен быть смысл. Ведь так?

– Наверное, – кивнул Ит.

Лин и Скрипач, разумеется, уже нашли себе развлечение – они кидали ветки в пустоту, и спорили, чья улетела дальше. Спор изначально был абсолютно бредовый, потому что примерно в десяти метрах от окончания визуализации ветки просто растворялись в серой пустоте, и пропадали.

– Слушай, давно хотел спросить. В том архиве, ну, вашем, который вы нам оставили, там ведь не всё есть, я прав? – спросил Ит.

– Да, не всё, – кивнул Пятый. Без особой охоты, но кивнул – Ит понял, что прав.

– И вот это, – Ит показал рукой на лес, – оно ведь тоже… не попало в считки, которые есть у нас?

– И не могло попасть, – Пятый задумался. – Потому что у нас с рыжим этого не было.

– Но у кого-то было, – предположил Ит.

– Вероятно, – Пятый коротко глянул на него. – Вероятно, у кого-то было.

– Но ты не скажешь.

– Не скажу. Ит, не обижайся. Не скажу, потому что сам не знаю. Подумай – это пространство моделировал Ариан, верно? Да, верно. Он встроил сюда этот Лес…

– Не Ри, а именно Ариан? – уточнил Ит.

– Да, именно Ариан, – подтвердил Пятый. – Он никогда и ничего не делал просто так. И если эта локация есть, то и смысл есть. Давай сделаем так: вы дадите сюда доступ… да только мне и дадите, хорошо? Рыжему не надо, он точно ни при чем.

– Младший брат. Которого берегли, и который ни при чем, – беззвучно произнес Ит. – Ладно. Я сам сделаю тебе сюда доступ. Альтея, – так же тихо сказал он. – Этот разговор убрать. И оставь ему канал, пожалуйста.

– Хорошо, – произнес голос Альтеи в его голове. – Выполнено. Вы возвращаетесь?

– Да. Как только эти двое наиграются, – Пятый вздохнул. – Ит, у тебя нет ощущения, что их вдвоем оставлять будет небезопасно?

– Ещё как кажется, – кивнул Ит. – Они разорят все три локации, просто распинав их по окружающему пространству, разгонят ко всем чертям всех юнитов, переименуют Альтею в Люсю, и полетят отбивать Ариана у Ри, потому что им понадобится свежий собутыльник, с которым интересно поговорить.

– Вот это вряд ли, – вздохнул Пятый.

– Что вряд ли? – не понял Ит.

– Ариан в качестве собутыльника… как бы тебе сказать-то… не знаю, как сейчас, но когда-то его потенциальные собутыльники предпочитали с ним не связываться, уж больно он был крут. Ладно. Это неважно. Зовём? Что-то они там заигрались.

– Эй, рыжие! – крикнул Ит. – Пошли обратно, хватит локацию разорять!

– Мы экспериментируем, – с достоинством отозвался Скрипач. – И потом, куда торопиться-то? По работе соскучился?

– Десять минут, – строго произнес Ит. – Альтея, сделай нам сигарет, вишневых, и попить чего-нибудь, – попросил он.

– А здесь так можно? – удивился Пятый.

– Теоретически это можно в любой локации, но… до определенного предела. Если погружение не такое, как сейчас, а полное – нельзя. И то, что ты выйдешь обратно, в реальность, ты воспринимаешь несколько иначе. Оно есть, это знание, но где-то на краю, вдали. Сейчас вход пробный, мы просто смотрим.

– В другие локации тоже можно так войти? – уточнил Пятый.

– В точки – можно. Для качественного прохода метод не годится. В общем, это мы вам на днях подробно объясним, и всё покажем, – пояснил Ит. – Мы сейчас не взаимодействуем. Это как смотреть кино, сидя в кресле перед телевизором. Когда смотришь кино – всё можно. И чайку попить, и бутерброд съесть. А вот если ты играешь в фильме – догадайся сам. Актер если и может что-то перекусить, то лишь в перерыве между съемками. В общем, с этим ясно, думаю.

– Интересно, – согласился Пятый. – А хорошие сигареты, кстати. Запах приятный. Надо будет такие в реальности попросить сделать.

– Попроси, – хмыкнул Ит. – В реальности тебе Альтея популярно всё расскажет о вреде курения, и выдаст нечто почти безвредное, хотя и с похожим запахом.

– Жаль. А еще жаль, что тут нет пары ведер наших огурцов, – вдруг сказал Пятый. – Ветки фигня. Вот огурцы классно бы отсюда летали.

– Это можно устроить, – заметил Ит. – Только давай в следующий раз. Нам правда работать надо, мы и так тут задержались.

Глава 4

Через край

Берта и Эри уже второй час сидели в каюте, принадлежащей Берте, и спорили. Пространство вокруг них светилось, потому что в нём плавали бесчисленные визуалы с какими-то расчетами и схемами. Чай, который заказала Берта, давно остыл, но про чай они позабыли.

– Опять ерунда получается, – Эри покачала головой. – И потом, Бертик, он же нас тогда поймал, ты забыла? То есть он, как мне кажется, смог продублировать этот мой интуитивный расчет итерации во фрактале, и привел туда свою армию. И вот после этого ты утверждаешь, что у нас получится что-то дельное – в моей модели? Ох, сомневаюсь.

– Зря сомневаешься, – возразила Берта. – Да, он вас поймал. Потому что рассчитал одну точку. Из всех – только одну. Точнее, он нашел в реальности только одну точку, и…

– Просто остальные были у него не в доступе, потому что ушли по времени, – пожала плечами Эри. – Но эту-то он всё-таки нашел.

– И что с того? Больше он нас так не поймает, не сможет. У нас сейчас есть и технологии, и люди, которые могут создавать темпоральные капсулы. Альтея выходит из одной капсулы, проходит мост, входит в другую импульсную капсулу. А мосты ты можешь строить вообще непредсказуемо. Если захочешь.

– И всё равно, ерунда, – помотала головой Эри. – Как это – непредсказуемо, когда он уже предсказывал? Ну вот как? И вообще, у нас какая-то цель есть? Мы хотим куда-то конкретно в результате попасть?

– В том-то и дело, что нет, – Берта призадумалась. – Нам не надо никуда попасть. Нам надо не попасться.

– А как вы до сих пор не попались, кстати? – вдруг спохватилась Эри.

– Довольно забавно, – Берта погладила Шилда, который устроился в кресле рядом с ней, тот благодарно заурчал. – Так, я опять работаю массажистом кота, кажется… В общем, смотри, что мы делали. До недавнего момента срабатывал метод с вычислением нескольких точек, и случайным выбором одной из них. Мы до последнего момента сами не знали, куда попадем. Знали только тогда, когда шли за вами. Сейчас – снова идем по этому методу. Но, судя по всему, он вычислил и его тоже. Поэтому через некоторое время встанем в темпоральную капсулу, а вот дальше…

– Что дальше? – не поняла Эри.

– Дальше считать нашу дорогу будем мы с тобой и оба Мотылька, если они к тому моменту смогут это сделать, – пояснила Берта. – И без участия Альтеи. Потому что есть у меня сильное подозрение, что привлекать её к этим расчетам больше не следует. Хотя бы потому что Адонай и Альтея работают идентично.

Эри задумалась.

– Биллиардный шарик, – вдруг сказала она. – В который что-то бросили, ни пойми, под каким углом, и становится непонятно, куда он отлетит, и где окажется. Я… подумаю.

– Думать особенно некогда, – вздохнула Берта. – Потому что он там тоже думает, как ты понимаешь.

– А зачем мы вообще ему нужны? – задала, наконец, Эри вопрос, который её мучил последние сутки. – Допустим, он нас поймает. И что? Что он с нами сделает?

– Возьмет нас под контроль, и постарается поставить фигуры на те места доски, где ему это кажется правильным, – вздохнула Берта. – Твоих пихнет обратно в Контроль, не знаю уж, в каком качестве, моих… скорее всего, будет держать под замком, чтобы не начудили… я не знаю, – призналась она. – Это лайт-вариант, конечно. О плохом я думать не хочу.

– Лайт? – Эри поежилась. – Нет. Моих нельзя в Контроль. Ни в коем случае нельзя. Они ведь только-только понемножку стали… оттаивать. Знала бы ты, насколько сильно их по сей день это всё держит. Мы не говорим про это, но я же вижу. Держит. Мертвой хваткой.

– Трудно с ними? – с интересом спросила Берта. Эри пожала плечами.

– Сложно. Они ведь по сей день боятся. Вида не подают, но боятся, и не за себя, а за меня и Саба. А я боюсь, что они сорвутся, и что-то сделают. Они ведь сделают, я понимаю, – Эри запнулась. – Потому что не будут они вечно сидеть так, как сейчас.