Екатерина Белецкая – Адонай и Альтея (страница 16)

Стены тренировочного зала пришли в движение, они сошлись, остановившись в четырех метрах друг от друга, и замерли. По полу словно прошла волна, и он перестроился – теперь пол выглядел, как шахматная доска, клетки на которой были выкрашены в зеленый и белый цвет.

– Поехали, – вздохнул Скрипач. – Вход.

Пол в одном месте слабо засветился. Ит и Скрипач встали на это место, и замерли.

– Готовность, – произнесла Альтея. – Начали.

В следующий момент пол снова пришел в движение, все плитки вдруг повернулись на девяносто градусов, и замерли в таком положении. Ит и Скрипач синхронно шагнули в стороны, сделали какое-то быстрое, неуловимое движение, и встали на ребра плиток, находившихся от места входа примерно в трех метрах. Внезапно часть плиток пошла вниз, рыжий допрыгнул до стены, но тут же, оттолкнувшись от неё, перескочил на следующую плитку.

– Стена под током, – невозмутимо пояснил Ит, не оборачиваясь. – Здесь он слабее, чем в локации, но тоже ощутимо.

Плитка, на которой он стоял, вдруг обрела подвижность, но, против ожидания, она не провернулась – Пятый почему-то подумал, что она может именно провернуться, словно внутри её спрятана ось. Нет, плитка скользнула вниз, однако Ита на этот момент на ней уже не было, он перепрыгнул на следующую, находившуюся в двух метрах от этой. И замер. И Скрипач тоже замер, сейчас они словно чего-то ждали.

И дождались. В тот момент, когда Пятый уже хотел спросить, почему они не идут дальше, в середине зала выросла вдруг огненная стена, от пола до потолка – и одновременно с её появлением Ит и Скрипач с невероятной скоростью рванули вперед, прямо в огонь – по крайней мере, так в тот миг показалось Пятому. Но нет, они, кажется, знали, что делали – потому что проскочили огненную стену в момент, когда огонь на долю секунды стал ниже.

– У них какой-то баг в системе, – пояснил Скрипач. – Сбой. Мы этот сбой неделю вычисляли. До этого считалось, что зал пройти невозможно.

Они снова стояли на плитках, внимательно глядя перед собой – Пятый про себя подумал, что так балансировать он, наверное, никогда не сумеет. Он присмотрелся – толщина плиток была миллиметров по пять, не больше. Это больно, наверное. Хотя… канатоходцы же ходят как-то по проволоке.

Додумать он не успел – все плитки в зале вдруг одновременно пришли в движение, причем уже не синхронно, теперь каждая плитка вращалась хаотично, и скорость вращения была разная. Пятый невольно вжался спиной в стену – он чувствовал, что от этого зрелища у него начинает кружиться голова. Но смотреть было нужно, потому что эти двое продолжали бороться, они каким-то непостижимым образом перемахивали с плитки на плитку, и спустя всего минуту уже стояли на противоположном конце зала.

– Имитация стоп, зал пройден, – произнесла Альтея. – Результат – четыре с половиной минуты.

– Могла бы мясорубку и побыстрее сделать, – проворчал Скрипач. Пол зала снова стал полом, стены поехали в стороны, возвращаясь в исходное положение.

– Мясорубку? – переспросил Пятый.

– Да, когда они в асинхронном режиме вертятся, – кивнул Ит. – Да не стой ты там, всё уже, выходи.

Пятый понял, что до сих пор стоит, прижавшись к стене спиной, и что зал, возвращаясь к исходным размерам, оставил этот сегмент стены на прежнем месте. Он отошел в сторону – сегмент тут же поехал к остальным.

– А что будет, если упасть? – спросил он.

– Вариантов несколько, – пожал плечами Скрипач. – Может изрубить в капусту, можно попасть между плитками, и быть раздавленным, можно сгореть. Внизу что-то типа кислоты. Кир, кстати, падал. Неплохой фарш получился, меня до сих пор потряхивает, как вспомню.

– А потолок? Может быть, можно как-то…

– Слизь. Что-то типа геля, там форсунки. Не удержишься. Тут, понимаешь, еще момент, – Скрипач вытащил из ниши в стене бутылку с водой, сделал хороший глоток, и протянул бутылку Иту. – Идти надо быстро. А ловушки типа этой тормозят. Поэтому мы тренируемся, чтобы проходить их за минимальное время. Сколько мы в первые разы тут торчали? – спросил он Ита.

– Чуть не пятнадцать минут, – ответил тот. – Ну, сперва мы еще и дохли в этом зале через раз. Потом Фэб поймал фишку с огнём, а мы с асинхронном, и теперь четырнадцатый зал мы проскакиваем не то что запросто, но хотя бы быстро.

– Нам сейчас надо сделать так, чтобы у нас уходило в среднем три минуты на ловушку, – добавил Скрипач. – Цель – пройти локацию за десять часов. Насквозь.

– Но там не только ловушки, там же засады ещё, и много всего вкусного, – Ит потянулся. – Сколько лет прошло, а эти чертовы фантомки в спине… задалбывает. Идти надо группой, понимаешь? С боевиками. Потому что ловушки ловушками, но против двойной засады вдвоем, да без потери скорости… это нереально.

– Поэтому Кирушка и Фэб гоняют боевиков, которые самые лучшие, а мы пока что бегаем на разведку. Ну что, как тебе такая работа? – ехидно спросил Скрипач.

– Интересно, – кивнул Пятый. – Можно разок сходить с вами?

Скрипач недоверчиво глянул на Ита. Тот пожал плечами.

– До восьмого зала мы, возможно, тебя доведем, – без особой уверенности сказал тот. – Но… я не уверен, что тебе это нужно.

– Я хотел просто посмотреть.

– Вы оба, или только ты? – уточнил Скрипач.

– Наверное, оба, – Пятый задумался. – Если это возможно.

– Не боишься? Убьют же, – Скрипач разом утратил веселость. – Хоть и в локации, но это чертовски больно, учти.

– Убивали уже, – Пятый слабо улыбнулся. – Возьмите нас с собой один раз, всего один. Мне нужно это увидеть.

– Ладно. Вечером сходим тогда, – решил Ит. – Пробно. Только уговор. Во всем слушаться нас, никакой отсебятины. Там… неважно, в общем, надо слушаться нас, и всё. И перед выходом заходим к Илюхе, пусть дополнительную защиту воткнет.

– Защиту от чего? – не понял Пятый.

– Увидишь.

Косой солнечный луч падал из высокого стрельчатого окна, рисуя на дорогом, пахнущем воском паркете силуэт резной, богато украшенной рамы. Пятый подошел к окну, глянул вниз, затем вверх. Внизу – узкий колодец, образованный сдвинутыми стенами построек Замка, вверху – клочок яркого летнего неба, солнце бьет прямо в глаза, слепит.

– Разгулялась тут погодка, – хмыкнул Скрипач. – Лето включили, что ли?

– А тут бывает иначе? – спросил Лин. Он тоже подошел к окну.

– Всякое тут бывает. И дождь, и ночь, но последнее время часто солнечно. Может, и правда лето.

– А вы не пробовали открыть это окно? – спросил Пятый.

Ит усмехнулся, Скрипач тоже.

– Нет, конечно, мы же вовсе даже и не любопытные, – ответил Скрипач. – Пробовали. Угу. Тут рвануло всё, и мы тут же все легли, даже испугаться не успели, и понять, что же случилось. Эта комната безопасна только внутри, и только если ничего не трогать. Заминировано снаружи. Так что не стоит трогать это окно, лучше отойдите от него, и встаньте по центру.

– Ясно, – кивнул Пятый. – Можно посмотреть?

– Да смотри на здоровье, только ничего не трогай, повторяю, – разрешил Скрипач. – И к двери пока не подходи, на всякий случай.

– Хорошо…

Комната была не очень большой, особенно с учетом масштабов Замка. Метров двадцать, а то и меньше. У стены – маленький чайный столик, и два стула, резных, обитых полинявшим синим бархатом. На стенах – деревянные, кажется, дубовые, панели, под потолком – не особенно богатая люстра, хрусталь пыльный, кажется, его давно не протирали. Но пол чистый, и от одной двери к другой ведет едва заметная вытоптанная дорожка. Словно здесь кто-то часто ходит. По каким-то своим делам. Может быть, иногда присаживается отдохнуть подле чайного столика, за которым, конечно, никто и никогда не пил никакого чаю.

– А что за другой дверью? – спросил Лин. – Вы только через эту ходите?

– Там коридор, а потом лестница вниз, – Скрипач, кажется, разом поскучнел. – Коридор можно пройти. Лестницу нет.

– Почему? – Лин с интересом посмотрел на Скрипача.

– Что такое «тяга» ты знаешь? А обратная тяга? Эта винтовая лестница идет внутри трубы, которой является башня, в которую она встроена. Сгореть заживо я ещё раз не хочу. И Кир не хочет. Поэтому данная дверь отпадает. Лин, поверь, мы пробовали. И не один раз. Нереально. Никому.

– Ясно. А за второй дверью?

– Сейчас покажем. До нашего сигнала – стоите здесь. Вот здесь, в центре комнаты. Ничего не делать и не трогать. Там… разрядить это дело надо. Не сказать, что опасно, но муторно.

Ловушка в «комнате номер два» оказалась весьма тривиальной – множество устройств, стреляющих дротиками, смазанными каким-то токсином. Не смертельно, объяснил Скрипач, но если поймать такой дротик в руку или в ногу, они онемеют, и онемение это не пройдет с полчаса. То есть идти ты не сможешь, нужно ждать. Проблема только в том, что за это время тут обязательно появится охрана, а вот уж она церемониться точно не будет. Убьёт? Разумеется. Но сперва может сделать что похуже. Лучше бы сразу убивали.

Разрядили ловушку просто, на всё про всё ушло три минуты. Для этого понадобилась та самая скорость, о которой говорили Пятый с Итом, и некоторая доля проворства – потому дротики Ит и Скрипач просто переловили. Пойманные дротики они не выбросили, против ожидания, а сунули в один-единственный небольшой рюкзак, который пока что нёс Ит.

– Пригодятся, – сказал он, заметив, что Лин с интересом смотрит за тем, что они делают. – Нам брать своё оружие сюда бессмысленно, а вот такие штуки… в общем, увидите. Может быть. Хотя в этот раз – вряд ли.