Екатерина Баженова – Незапланированная покупка (страница 23)
Нет, она, конечно, вырастила его. Можно сказать, имеет право отчитывать. Но это и правда не её дело.
Хотя Алёна решила, что сама дала маху. Как ей в голову пришло явиться к нему в спальню? Ладно явиться, в чём проблема была после разговора к себе уйти. Зачем он позвал её обниматься? А она тоже хороша, с радостью прыгнула к нему в объятия и уснула.
'Надо бежать. А то, не ровён час, ещё понравится. И как я жить с этим буду, когда он невесту в дом притащит? Буду горничной у него работать? На побегушках и иногда в постель по дороге забегать?..
Да что вообще за чушь мне в голову лезет? Идиотка!' — мысли съедали её изнутри.
День прошёл как в тумане. Алёна помогала по дому, делала уроки, исправляла ошибки. Даже нашла время заняться почерком, а вечером ещё и рисовать села.
Сегодня это были мрачные картинки — машины, взрывы, а потом она не заметила, как начала рисовать тело Олега, выводя каждый его шрам. Они врезались в подсознание и просились на бумагу.
В дверь постучали.
Зашла Алевтина и пожелала спокойной ночи. Посоветовала закрыться. Но ей это показалось странным, замок-то легко открывался снаружи, а вот второй, на который её запирал Олег — совсем другое дело.
Алёне даже интересно стало, как он объяснил, что она сидит под замком в спальне…
Но сильно раздумывать не стала. Приняла тёплый душ, надела любимую чёрную майку из подвала, очередные пресловуто-розовые трусы и завалилась спать, даже не расчёсываясь, с мокрыми волосами.
Сон пришёл быстро, но оказался мимолётным.
Дверь скрипнула, и Алёна вздрогнула, но быстро успокоилась. Алевтина Вениаминовна ушла. Значит, остаётся только Олег.
И зачем, позвольте спросить, он явился? Алёна и виду не подала, что проснулась, даже не шелохнулась.
Он наклонился — она ощутила аромат его цитрусовых духов очень близко.
«Что он делает?» — вспыхнуло у неё в голове.
— Алён, — раздался шёпот.
«Делаю вид, что сплю, делаю вид. Пожалуйста, отодвинься…» — шептал её внутренний голос.
А он будто услышал, сел на кровать, матрас сразу прогнулся в его сторону. Предательски мягкий, она ощутила, что немного съехала к краю.
— Что ты делаешь со мной? — прошептал Олег.
Алёна приоткрыла глаза, он сидел и смотрел в окно, в черноту ночи, сегодня было пасмурно, и луна совсем не светила. Он опирался на руки и явно о чём-то думал, а потом повернулся.
Она только и успела, что закрыть глаза. А следом ощутила нежное прикосновение к щеке. Стало немного щекотно, и Алёна улыбнулась. Но быстро взяла себя в руки и придала лицу максимально нейтральное выражение.
— Зачем ты появилась в моей жизни? — его рука опустилась на её плечо, и в этот раз она не шелохнулась. — Что мне с тобой делать? — он сдвинул одеяло, раскрывая её. Хмыкнул. — Розовые… — судя по голосу, Олег широко улыбался.
«Да уж… трусы мне Алевтина накупила как десятилетней. Розовенькие такие. Мне совсем не нравится этот цвет… Но как там говорят, дарёному коню в зубы не смотрят…» — подумала Алёна.
А ощутив прикосновение к талии, поняла, что за долю секунды покрылась мурашками.
«Ну что ты со мной делаешь? Сволочь! Зачем заставляешь хотеть тебя… Я же тоже человек. Так и влюбиться недолго, если ласкать будешь… Я же как собака, которую избили и выкинули на улицу, а ты добрый прохожий, что обогрел, приютил, кормишь и гладишь… Гладишь… Зачем ты меня гладишь?» — под ресницами выступили слёзы, и Алёне захотелось шмыгнуть.
Еле сдержавшись, повернулась на другой бок, пройдясь по полушке лицом, чтобы утереть непрошеные слёзы.
«Так-то лучше…»
Снова хмыкнул.
— Розовые… — похоже, не одной Алёне не по нраву этот цвет. — Надо нормальные купить… а то как десятилетка…
Широко открыла глаза и безумно захотела возразить, что никакая она не десятилетка. И вообще, после всех ужасов, что она пережила, ей можно лет двадцать пять дать. Не на вид, а по жизненному опыту, а то и больше.
Уж точно поумнее тепличных школьных заучек будет, которые к двадцати оканчивают институт и в розовых очках идут по жизни, пока кто-нибудь не разобьёт им стёкла.
Учёба. Здесь, спору нет. Два года в школе она пропустила. Сейчас бы уже окончила школу или второй курс техникума. Летом бы на практику пошла или просто подрабатывать.
Но это не беда. Подтянет. Вернётся в школу, а потом поступит в художку, как когда-то хотела.
Это её большая мечта. Она только говорит, что рисует плохо. На самом деле, в школе сразу сказали, что талант у неё к этому. Но дома высмеяли, сказали, что художник от слова «хуй», который она сосать будет, когда без денег останется.
«Да, мамочка, сосать, конечно, не довелось, но то, что со мной делали… никому не пожелаю. Лучше уж бомжевать на маленькую зарплату художника, чем пережить такое», — Алёна ощутила, что мысли потекли совсем не туда.
А Олег перестал её трогать. Просто сидел и, наверное, смотрел. Потому что она не слышала, чтобы он шевелился.
Почувствовала, что он одним только пальцем приподнял её майку, обнажая поясницу, и снова хмыкнул.
— Ты с ума сошёл… Ей же всего восемнадцать, ещё дитя. Что ты творишь? Идиот, — раздался шёпот.
«Увлекательный разговор с самим собой» — подумала Алёна. А Олег продолжил:
— Так нельзя. Отвези её к матери. Обеспечь лечение. Оставь в покое… — он отдёрнул руку и встал. — Это неправильно, — кинул он и пошёл в сторону двери.
— Не уходи, — вдруг прошептала Алёна.
Олег застыл на месте. До него, похоже, медленно доходило, что она не спала и слышала весь его монолог.
Глава 25
«Ты слишком юна, а я слишком голоден»
Он обернулся и уставился на Алёну, она повернула к нему голову и тоже смотрела. Олег сомневался. Даже в полной темноте можно было по одному только дыханию понять, что он в смешанных чувствах.
Учащённое, иногда прерывистое, потом глубокое, будто пытается взять себя в руки. Но судя по тому, что снова быстро дышит — не вышло.
Тучи рассеялись, и в комнате ненадолго появился слабый лунный свет. Алёна увидела, как пристально смотрит Олег и как сильно борется со своим желанием — кулаки сжаты, ноздри раздуты, глаза бегают по всему её телу.
Но Алёна довольно быстро помогла принять решение. Она ногой отпихнула одеяло подальше, села и… скинула с себя майку. Та еле слышно приземлилась на пол, около кровати. А потом и трусики отправились следом.
Она сидела, прижав к себе колени, ноги скрещены. Вроде и обнажённая, но вся закрытая.
И смотрела. Прямо. Без стыда и с диким желанием в тёмных глазах.
Олег сделал глубокий вдох и будто перестал дышать. Стало совсем тихо.
А потом он сорвался с места. Скинул единственное, что на нём было — пижамные штаны и повалил Алёну на кровать.
Он жадно впился в её губы и притянул к себе. Олег уже был сильно возбуждён и сразу вошёл в неё. Алёна хотела этого не меньше. В тот самый момент, когда он шёл к ней, снимая пижаму, она ощутила, что загорелась внутри. Её возбуждение было моментальным и куда сильнее любого из тех, что она уже испытывала.
Их стоны разрывали ночную тишину. Алёна то и дело упиралась рукой в мягкое изголовье, ощущая приятное прикосновение бархатной обивки.
Олег был страстным, но в то же время и нежным, он не выпускал Алёну из своих рук, постоянно целовал.
Она в очередной раз упёрлась в изголовье, обеими руками. На лице Олега проскочила ухмылка, и он быстро перевернул её на живот.
Откинул её волосы, открывая спину и шею. Обхватил её бёдра своими, плотно сдвигая ноги. И нежно провёл губами вдоль позвоночника снизу вверх, в конце целуя в шею, и мягко погрузился внутрь. Алёна приподняла таз ему навстречу и вцепилась в подушку, заглушая слишком громкий стон.
А Олег же несколько раз повторил это. Алёна запрокинула голову, прижимаясь к горячей груди Олега. Его рука скользнула на её шею. Следом он обхватил пальцами подбородок и повернул к себе, снова и снова страстно целуя, ни на секунду не прекращая сладкие толчки на всю длину медленно и резко в конце. Каждый раз заставляя Алёну вздрагивать, стонать и извиваться.
Она напряглась, испытывая сильный оргазм. Олег сбавил темп, а потом, как и в самый первый раз, ещё в подвале, ей показалось, что всё стало слишком чувствительным, и она немного отстранилась. Тогда Олег отодвинул её правую ногу и закинул её себе на бедро. Сменил угол входа и стал двигаться очень-очень медленно, снова разжигая в ней желание.
Через пару минут Алёна стала громко стонать. А Олег сменил позу. Сел на край кровати и усадил её сверху. Ласкал грудь, целовал влажную шею, сладкие губы. А Алёна извивалась в сильных руках.
Ощутив, как он внутри становится всё твёрже и давит на её мышцы, она запрокинула голову и выгнулась, полностью опираясь на его руки на своей спине.
Громкий стон вырвался из её груди, пальцы впились в его плечи, голова закружилась, в ушах зазвенело.
Она пылала. Олег присоединился к нирване чуть позже, но не менее ярко, впиваясь в её шею крепким поцелуем…
Олег откинулся на спину и утянул Алёну за собой. Он не выходил, всё ещё пульсируя у неё внутри. А она рухнула на его грудь, длинные растрёпанные волосы закрыли всю спину и упали на его тело. Ноги не слушались, их сводила приятная судорога.
После недолгого молчания Олег задал единственный вопрос:
— И что мы будем делать дальше?