Екатерина Барсова – Титаник и всё связанное с ним. Компиляция. Книги 1-17 (страница 709)

Я воображала, что мужчины из компании Джейми будут, ну, больше мужчинами, с проседью в волосах и мрачными лицами, вроде Фонга. И определенно не настолько молодыми. В письмах Джейми редко упоминал своих товарищей. И все же теперь, когда я вижу их воочию, меня не покидает мысль, что они не просто товарищи. Они ведут себя как братья. Так зачем скрывать их от меня, а меня от них? Я же не только его двойняшка, но и лучший друг. По крайней мере, была когда-то.

— А этот шикарный парень — Чоу Бо Ва. — Джейми шлепает Бо по спине. — Он кочегар, как и я, а с лопатой управляется вдвое быстрее. Но его мускулы — сплошная показуха. Внутри он мил, как котенок.

Бо хмурится.

— Ты идиот.

Джейми смеется.

— Но хватит об этом. Почему ты здесь, а не у Слоанов?

Я выдавливаю улыбку несмотря на то, что Джейми пропустил мимо ушей мой вопрос. Это я из него выбью позже.

— Миссис Слоан умерла, и ее сын с невесткой повезли ее прах в Шотландию.

— Почему они не взяли тебя с собой?

— Они хотели, но…

Мои мысли улетают к тому моменту, когда невестка миссис Слоан запустила в меня горшком с комнатным папоротником, после того как я вручила ей уведомление об уходе. Не говоря уже о том, что моей главной обязанностью было присматривать за миссис Слоан, а ей это больше не требовалось. Я никогда не рассказывала Джейми о том, как меня там унижали.

— Но? — Он прислушивается, словно пытаясь поторопить с ответом.

— Но я ушла. Они больше не нуждались во мне. Понимаешь, я прочитала в твоем письме, что ты отбываешь на «Титанике», так что с уходом миссис Слоан и твоим отъездом я решила, что так нужно.

— Что? — Он трясет головой, как будто вытряхивает воду из ушей, а взгляд становится цепким, как бывало, когда он думал, что я стащила одну из его печенюшек. — Что нужно?

— Что пришло время нам с тобой отправиться в Нью- Йорк.

Он выдавливает смешок.

— Я не могу поехать в Нью-Йорк. Нас всех ждут на Кубе, и у меня нет времени на увеселительные прогулки.

— А я и не о прогулке. — Я игнорирую изумление, затопившее его лицо. — Помнишь, Ба называл Америку прекрасной страной, где небо всегда голубое, а фруктовые деревья растут повсюду, как сорняки? И вот мы собираемся туда вместе. Ты же не станешь утверждать, что лучше будешь тратить время… — вспомнив о его товарищах, я понижаю голос, — швыряя уголь в топку, чем прокладывая себе путь в Нью-Йорке.

— Швыряние угля в топку — это тяжелая, но честная работа. И она достаточно хороша для меня.

— Значит, мы найдем тебе тяжелую, но хорошую работу в Америке, такую, где тебе не придется каждый день совать голову в топку печи.

— Мы не суем головы в печи.

— Тогда почему у тебя шея как у грифа?

Джейми вытягивается в струнку.

— Хочешь стать таким же, как тот старик из E-16, беспалым брюзгой?

Бо прячет улыбку. И тут же отталкивается от перил.

— Эй, мартышки, пойдем смотреть на винт.

Схватив упирающихся Олли и Винка за руки, он тащит их прочь.

Мы видим, как мальчишки останавливаются перед двумя парнями в клетчатых куртках, перекидывающими друг другу странный овальный мяч. Тот летает взад-вперед. Олли что-то говорит, на что один из клетчатых качает головой и крепче перехватывает мяч. Бо подталкивает мальчишек вперед, в последний раз кидая на меня взгляд.

Джейми опускается на скамью, обхватив голову руками.

— Америке мы не нужны. Там издали закон, чтобы не пускать в страну китайцев.

— Но мы не из Китая. Мы британцы. Мы пишем буквы лучше, чем иероглифы.

— Британские подданные, а не граждане. Англия будет просто счастлива избавиться от нас.

Я тщательно расправляю юбки, прежде чем сесть рядом с ним.

— Если все пойдет по моему плану, Нью-Йорк будет встречать нас овациями.

Его глаза сужаются.

— Что ты еще выдумала?

— Мне удалось узнать, что мистер Альберт Энкни Стюарт, совладелец цирка братьев Ринглинг, один из пассажиров первого класса, здесь, на «Титанике».

— Остановись.

Но лавина уже пошла с горы вниз.

— Если бы нам удалось произвести впечатление на мистера Стюарта, он мог бы взять нас на работу в свой цирк. Америка наверняка сделает исключение для такого влиятельного человека, как он. Да мы это с незапамятных времен обсуждали. Доблестный и Честный, китайские акробаты. Да ладно, Джейми, ты же не станешь утверждать, что совсем по этому не скучаешь. Это наш шанс!

Прежде чем он успевает мне возразить, я рвусь вперед, позволив лавине набрать скорость.

— Мы могли бы показать номер «Джамбо» так, чтобы он наверняка увидел его. Было бы в точности как раньше, в Сент-Джеймском парке. Там нас любили.

Сент-Джеймский парк, со своими зелеными лужайками и неиссякаемым потоком людей, был нашей любимой сценой. В летние месяцы мы за день могли заработать столько, что хватало неделю кормить всю семью.

— Любили нас далеко не всегда. Бывало, что и обзывали узкоглазыми дворняжками.

Он крутит свое ненадежное запястье — левое, которое иногда заклинивает в одном положении.

— Камни и палки.

— Да. И их в нас тоже кидали.

Я смотрю, как овальный мяч по низкой дуге летает от одного клетчатого к другому. Всплывает воспоминание: пара учеников колледжа, одетых в синие блейзеры и заметные красно-бело-синие галстуки, указывающие на их принадлежность к студентам Кембриджа. Я только что забралась на плечи Джейми, готовясь жонглировать шестью яйцами в четыре руки. Один из кембриджских ткнул подбородком в нашем направлении.

— Стыдно смотреть, каким мусором заполнены парки в наши дни.

Он наклонился поправить носок. По крайней мере, я так подумала. В следующую секунду шишка ударила меня в ключицу. Я упала, перекатившись, как учил Ба, чтобы земля приняла на себя всю силу удара. Джейми был так зол, что закидал хулиганов яйцами. После того как полицейские арестовали нас, а не кембриджских гадов, Ба пришлось заложить серебряную пряжку от ремня, чтобы нас вызволить.

Я пихаю ногу Джейми коленом.

— Забудь. Теперь мы здесь, а это не так уж плохо, и нам нужно думать о будущем. Семья должна держаться вместе, Джейми. Ты и я.

Он вздыхает.

— Как ты сюда попала?

— На поезде.

— Ты знаешь, о чем я. Билеты стоят недешево, как и твой наряд. — Его взгляд пробегает по моей льняной блузке и шелковому жакету, лежащему на коленях.

— Миссис Слоан купила билеты. Она собиралась навестить брата в Америке, хотя ненавидит — ненавидела — морские путешествия. Но тут услышала о новом корабле и решила, что вряд ли подвернется что-то лучше «Титаника».

— Как тебе позволили взойти на борт без нее?

— Не позволили.

Он скрипит зубами.

— Продолжай.

— Я пробралась тайком.

— Чертовы змеи. Пробралась тайком? Объясни, — рычит он.

Я коротко рассказываю о своем путешествии по грузовой шахте. По мере этого его спина все сильнее горбится, словно каждое слово — удар молота, прибивающий его к скамье. К тому моменту, как я дохожу до эпизода с моим спасением мисс Харт, он снова обхватывает голову руками.

— У тебя вместо мозгов солома? — выдыхает он, выпрямляясь. — Они все выяснят. И отправят тебя назад — либо в Шербург, либо в Квинстаун, скорее всего, на каком-нибудь рыбацком суденышке с кучкой пахучих стариканов.