Екатерина Барсова – Титаник и всё связанное с ним. Компиляция. Книги 1-17 (страница 47)
– Врешь! – заорал Егошин.
Ульяна посмотрела на него. Его лицо побелело, он резко вскинул голову, дернулся кадык.
– Врешь! Витя! – Его крик разнесся по всему дому.
– Я здесь. – Бандит вырос сзади. В руке он сжимал пистолет.
– Обоих вниз, живо…
Еще двое выросли рядом с Витьком.
– Теперь тебе уже ничего не поможет. – Егошин опять щелкнул пальцами.
Дальше все напоминало сцену из триллера. В комнату ворвались люди в камуфляжной форме и в масках, в считаные секунды уложили всех на пол. Где-то слышались голоса и приглушенные крики.
«Это конец! – подумала Ульяна. – Мы попали в какую-то переделку, в бандитские разборки». Через несколько секунд она почувствовала, что ее поднимают и куда-то несут. Она открыла глаза и увидела среднего роста молодого мужчину со светло-голубыми глазами и седыми висками, одетого в камуфляжную форму.
– С вами все в порядке? – спросил он.
– Да.
– Сейчас вас отвезут в город.
– А что… это было?
– Поступил сигнал, что похитили молодую девушку, то есть вас. Был звонок, на который мы отреагировали.
Ульяна хотела его поблагодарить, но слова застряли в горле.
– Сейчас вас и вашего друга вывезут. – И тут мужчина неожиданно улыбнулся. – Похоже, мы прибыли вовремя. Еще бы немного и…
– Как вас зовут? – спросила Ульяна.
– А это зачем? – нахмурился он.
– Должна же я знать, кто меня спас.
– Не положено, «наша служба и опасна и трудна». Зовите меня Михаилом. Живите, девушка, и радуйтесь.
– Спасибо. – Ульяна прижала руки к груди. – Большое спасибо.
– Все, идите, – махнул он рукой. – Счастливо!
Их с Андреа довезли в «уазике» до города и высадили недалеко от центра. Всю дорогу Ульяна старалась не смотреть на него, с ужасом ожидая минуты, когда они останутся наедине. И вот этот момент наступил.
– Уля!
– Да.
Он обнял ее, но она оставалась безучастной.
– Ты чего? – Он отстранился от нее. – Уля? – произнес он громче.
– Ничего. – Тон ее был холоден. Или она так много пережила, что уже не могла ни на что реагировать… Смерть Нины Ковалевой на ее глазах, собственное похищение, правда о том, как умер отец, информация, что Андреа когда-то работал на Пейли…
– Давай зайдем в кафе и посидим там, а потом – в отель.
– Ты соображаешь! – внезапно закричала она. Молодая мать с ребенком и старушка с сумкой на колесиках, проходившие мимо, обернулись на них. – Ты мне лгал, ты работал на них…
Он шагнул к ней и тряхнул за плечи.
– Пусти!
Но он не выпускал ее, с ужасом Ульяна почувствовала, что силы покидают ее.
– Ты не имеешь права, – запротестовала она. – Ты меня… – И она сказала, словно выплюнула, черную струю боли: – Ты меня обманул.
Его брови взлетели вверх. Она взглянула в его глаза и, прежде чем он успел что-то ответить, поняла, что это
Но он уже отпустил ее и сделал два шага назад.
– Объясни… – начал Андреа.
– По-моему, это ты должен мне кое-что объяснить. Как ты оказался в Твери три года назад? И не один. А с Егошиным и Мачелли… и скрыл этот факт от меня. Почему? – спросила пересохшими губами Ульяна.
– Почему… – Его голос таял, растворялся в воздухе, Ульяна поняла, что все кончено, что – вот она правда – ясная и беспощадная.
– Это была моя работа. Я тогда работал у Мачелли, выполнял обязанности его помощника.
– Помощника… – Они как болванчики повторяли эхом слова друг друга. Это была невыносимая перекличка, словно сладкоголосые птицы, прощаясь, пели свою последнюю песню.
– Да. Я тогда работал в журналистике, но иногда переключался на другие проекты. Я ушел от Мачелли, когда понял, что наши пути расходятся.
– И когда же ты понял, что они расходятся, эти самые пути? Почему я должна тебе верить? Может быть, ты и сейчас работаешь на Мачелли и всю эту компанию. Или на противоположную сторону… журналисты всегда готовы переметнуться к тем, кто больше заплатит.
Он вздрогнул от ее слов, как будто ему дали пощечину.
– О чем ты?
И она взвилась.
– О т-о-о-о-о-ом!!!! – заорала Ульяна. – Ты убивал людей, занимался рэкетом, шантажом, как эти типы.
Андреа резко выдохнул и выставил вперед ладони, словно защищаясь от нее.
– Я никак с этим не связан, поверь мне.
– А мой отец… – Голос ее осекся.
– Я ничего об этом не знал, клянусь, я ушел от них к тому времени.
– Ушел… – презрительно сказала Ульяна. – Почему я должна тебе верить? Я уже никому не верю. И не поверю никогда.
Они стояли в малюсеньком скверике, выходящем на тротуар, по которому шли прохожие.
– Ульяна! Я хотел сказать… не знаю, как это все… преподнести… сядь, пожалуйста.
Ульяна опустилась на скамейку.
– Короче… сегодня в криминальной хронике было напечатано, что недалеко от Савоны вблизи Генуи нашли тело молодого человека, судя по всему, это Дмитрий. Он был мертв уже несколько дней. Показать?
– Да, – безжизненным голосом попросила Ульяна. – Покажи.
Андреа раскрыл планшетник и вывел на экран крупным планом снимок.
На нем был Дмитрий. Ульяну качнуло, и она вцепилась в край скамейки.
– Это он…
– Местная полиция связалась с российским посольством и сообщила родным в Рязань.
«Димка, – резануло ее. – Значит, все… надежды нет».
Ей казалось, что она предвидела такой конец или подспудно ждала его – как самого худшего. И неотвратимого.
Дима, Димка, наивный дурачок, захотевший внезапно разбогатеть и связавшийся с теми, для кого жизнь пустой звук. Особенно – чужая. И своя-то не очень ценилась, прожигалась в погоне за деньгами, молодыми любовницами, вечным кайфом, которого требовалось все больше и больше. Зачем он только влез в эти крутые разборки. Ульяна вспомнила его уверенный тон во время их последнего разговора, заверения в том, что скоро все будет по-другому и они поедут на Сейшелы или Маврикий. Теперь все уже будет без него. Она подумала, что в смерти самое страшное – ее будничность, миру смерть отдельного человека вообще незаметна. Один миг – и все. Жизнь будет идти дальше своим чередом.