Екатерина Барсова – Титаник и всё связанное с ним. Компиляция. Книги 1-17 (страница 367)
Факты, казавшиеся бесспорными, теперь ставились под сомнение – по мере того, как воспоминания стирались из памяти. Показания изменялись в угоду пожеланиям заинтересованных лиц. Сомнения возникали даже относительно команд, отданных в момент столкновения. Действительно ли приказ Мердока «право на борт» был неправильно понят Хиченсом, стоявшим у штурвала? А может быть, приказ и вовсе был ошибочным?
Время шло, и выжившие члены экипажа становились все более раздражительными и все менее охотно шли на сотрудничество, не в силах отвечать на бесконечные вопросы о том, что они делали или чего не делали в момент, когда их жизнь висела на волоске. Нет, они не знали, кто из офицеров отдал тот или иной приказ. Они не могли сказать, сколько женщин отказалось садиться в шлюпки. Они не могли ответить, что делал капитан, потому что не видели его.
Лорд Мерси, величественно сидевший на возвышении, казалось, не замечал, что предстающие перед ним свидетели испытывают моральные и физические мучения. Гарри видел такое поведение у своих солдат после боя. Разум способен выдержать лишь определенное количество ужаса, после чего начинает возводить защитные стены вокруг самых страшных воспоминаний. Через год после произошедшего Гарри понимал, что уже не все помнит о той охоте, что стоила ему военной карьеры. Что же до воспоминаний о рождении генеральского сына, то тут стена становилась выше и толще с каждым днем. Он больше не мог представить себе Элоизу, какой впервые увидел ее, – английской розой под индийским солнцем. В памяти осталась лишь выцветающая акварель с изображением женщины, чьи глаза закрылись навеки.
Гарри взял в руки утреннюю газету, чтобы посмотреть, какие вопросы уже задает Интеррогантум. Бигем читал «Дейли мейл», лорд Мерси – «Таймс». Гарри же предпочитал «Дейли инкуайрер» из-за Интеррогантума. Он уже знал, что один из двоих репортеров, которых он подслушал в Плимуте, передавал информацию анонимному журналисту, и не раз задавался вопросом, сколько еще начинающих репортеров питают фабрику слухов Интеррогантума.
Он увидел заголовок: «Офицеры “Уайт стар” спасаются бегством от повестки». Он испытал сочувствие к людям, которым уже прошлось пройти через американское расследование. Он понимал всю тяжесть командования. Гарри стал изучать новые вопросы Интеррогантума. Сегодня в центре внимания был капитан Лорд с лайнера «Калифорниан» компании «Лейланд». Американцы уже собрали достаточно доказательств, чтобы утверждать, что «Калифорниан» был ближе всех к «Титанику». Он был так близко, что его огни были видны с палубы тонущего корабля, и было доподлинно известно, что экипаж «Калифорниана» видел огни «Титаника» и докладывал о них капитану Лорду. Капитан, очевидно, в ответ ушел спать и благополучно проспал всю ночь. Теперь Интеррогантум спрашивал, не было ли капитану Лорду приказано держаться в стороне. Не были ли ему даны указания сделать все, чтобы после гибели «Титаника» не осталось выживших?
Гарри улыбнулся. Это был один из тех вопросов, которые Дэн задавал за завтраком в «Дюк оф Корнуолл».
–
–
–
Интеррогантум идеально выбрал время. Завтра капитан Стэнли Лорд предстанет перед лордом Мерси, чтобы объяснить, почему «Калифорниан» не пришел на помощь «Титанику». Американские газеты его уже уничтожили, а теперь и британские газеты дождались своей очереди, и «Дейли инкуайрер» положил этому начало.
Гарри оторвался от чтения, когда открылась дверь и в кабинет вошел Клайв Бигем.
– Доброе утро, Хейзелтон. Что Интеррогантум предлагает нам сегодня?
– Я думал, ты читаешь только «Дейли мейл».
– Покупаю только «Дейли мейл». Я не хочу, чтобы меня застали за покупкой «Инкуайрера», но не пренебрегаю его чтением.
– Ничего нового, – ответил Гарри. – Слухи о капитане Лорде с «Калифорниана».
– Этот человек – паршивый трус, который боится плавать во льдах, – фыркнул Бигем. – Но я не затем пришел. К тебе посетитель – мужчина с дуэльным шрамом на лице. Говорит, его зовут Салливан.
– Салливан? – уточнил Гарри. – Австралиец?
– Да.
– Он был кочегаром на «Титанике», – сказал Гарри.
– Да, я знаю. Более того, я его искал. Он не давал показания в Плимуте и не явился за жалованьем. Мы потеряли его след в Саутгемптоне и…
– Хочешь сказать, вы выслеживали его?
– Да.
– Зачем?
– Он был в котельной рядом с местом, куда пришелся удар. Мы хотели бы выяснить, что он видел.
– А он не захотел вам рассказывать? – спросил Гарри.
– Нет, не захотел, но он, возможно, рассказал кому-то еще, – ответил Бигем. – А сейчас он где-то нашел деньги и выглядит как джентльмен.
Гарри вспомнил момент в поезде, когда Салливан дал Поппи свой адрес.
«Это адрес его банка».
– Не думаю, что он нуждается в чьих-то деньгах, – отметил Гарри.
– Ну, это мы скоро выясним, – произнес Бигем. – Он ждет в вестибюле, – с этими словами Бигем повернулся к двери, застыл на месте и со смехом добавил: – Точнее, похоже, не ждет. Он уже здесь.
В дверях показался Эрни Салливан. Его ладони больше не были забинтованы. Одет он был в темный костюм, рубашку с высоким накрахмаленным воротничком и узорчатый жилет. Аккуратно подстриженные борода и усы почти не скрывали его самую заметную примету – шрам. Теперь, когда об этом упомянул Бигем, Гарри был уверен, что эту отметину австралиец мог получить на дуэли или от сабельного удара, а не в пьяной драке. Действительно, Салливан теперь походил на джентльмена, но все равно выглядел зловеще.
Гарри встал и уже собирался протянуть австралийцу руку, когда тот положил на стол экземпляр «Дейли инкуайрера».
– Вы это видели?
Гарри кивнул.
– Я читаю ее каждый день и кое-что знаю о том, где он добывает информацию.
– Кто?
– Интеррогантум.
Салливан нетерпеливо схватил газету.
– Я не об этом склочном болване, – он перевернул страницу и ткнул пальцем в фотографию. – Я о ней!
Гарри уставился на фотографию Дейзи Мелвилл, позировавшей возле Даличского клуба.
Салливан посмотрел на Гарри, потом на Бигема, потом снова на фотографию.
– Эта барышня попала в куда большие неприятности, чем думает. Я знаю, что вам от меня что-то нужно, а я хочу кое-что от вас. Я хочу гарантий, что Дейзи возьмут под защиту, а взамен дам показания.
– Это так не работает, – покачал головой Бигем. – Сначала вы расскажете нам, что знаете. Потом скажете, почему ей нужна защита, а потом я скажу вам, будут ли ее защищать.
Салливан нахмурился.
– Отзовите своих псов, и я буду защищать ее сам.
Гарри внимательно изучал обоих мужчин, скалившихся друг на друга, словно две бойцовые собаки. Он шагнул вперед и протянул Салливану руку.
– Моего слова будет достаточно?
Глава четырнадцатая
Когда Салливан начал свой рассказ, выражение его лица стало отстраненным, а глаза словно подернулись дымкой. Гарри даже представить себе не мог, какие ужасные воспоминания всплывают с каждым новым словом, произнесенным австралийцем.
И рассказ этот оказался совсем не таким, как ожидал Гарри. Глядя на раскрытую газету с фотографией Дейзи Мелвилл, Гарри начал понимать, почему девушке действительно нужна защита.
Салливан описал увиденное в курительном салоне первого класса: кто-то пил, кто-то молился, а четверо устроили пьяную драку за карточным столом. Гарри было бы трудно поверить этому рассказу, если бы он собственными глазами не видел импульсивность Дейзи. «Нет, не просто импульсивность. Безрассудство и жадность». Он сам видел ветшающее великолепие Риддлсдаун-Корта и был свидетелем графского пренебрежения благополучием дочерей, поэтому, наверное, не стоило удивляться, что Дейзи была готова ухватиться за любую возможность, которая поможет ей сбежать из дома.
Нужно было обладать хладнокровием и решительностью, чтобы обокрасть пьяных и злых мужчин, зашедших в своем азарте так далеко, что им было плевать даже на то, что их корабль тонет.
– Она схватила выигрыш и бросилась наутек, – сказал Салливан. – Человек с пистолетом – это был маузер – побежал за ней. Остальные были пьяны, а он, кажется, нет. Он был достаточно трезв, чтобы понимать, что она делает.
– Вот же смелая бестия! – воскликнул Бигем, сверкнув улыбкой. – Так и думал, что она любит искать приключения!
Салливан бросил в его сторону недобрый взгляд и продолжил:
– Я потерял Дейзи и картежника из виду, как только оказался на шлюпочной палубе. Я решил, что Дейзи побежала искать шлюпку, но не знаю, что случилось с мужчиной, который ее преследовал.
Гарри покосился на стопку показаний.
– Что ж, это кое-что объясняет, – сказал он. – Очевидно, что Дейзи в своих показаниях говорила неправду. Теперь я знаю почему.
– Ты знал, что она воровка? – спросил Бигем.
– Нет, конечно, – покачал головой Гарри. – Для меня новость все то, что поведал нам мистер Салливан, но всегда чувствовал, что Дейзи постоянно лжет в своих показаниях. Она утверждает, что была в четвертой шлюпке с миссис Астор, но там ее никто не помнит. Разумеется, было темно, светили только звезды…
– Знаю, – буркнул Салливан. – Можете мне не напоминать. Я там был.
– И вы не видели, как она садилась в шлюпку? – спросил Бигем.
– Я уже говорил – не знаю, куда она направилась. Когда стало ясно, что шлюпок на всех не хватит, начался хаос. Капитан приказал: «Спасайся кто может!», и каждый был сам за себя.