Екатерина Барсова – Титаник и всё связанное с ним. Компиляция. Книги 1-17 (страница 175)

И хорошо. Многие хотят забыть войну и тяжелые утраты. Но, как говорят, горе – это постоянный жилец, который заслоняет собой очаг, не пропуская тепло, так что хозяева просто привыкают носить лишние свитеры. Элла так и не приступила к поискам своих настоящих родителей, хотя обещала себе сделать это сразу после войны, – постоянно мешала то работа, то что-то еще. Время находится лишь для того, чем хочешь заниматься, с грустью подумала она. Почему-то поиск сведений о родителях всегда находился на последнем месте, да и вообще уже слишком поздно.

Жизнь – это все, что происходит сейчас, в настоящем, и то, что ждет в будущем. Какой смысл оглядываться в прошлое, которое нельзя изменить? И все же… Эллу не отпускало смутное чувство вины – она ведь даже не попыталась.

Селеста только что вернулась из Штатов, куда ездила посмотреть на внуков и поздравить одного из них с днем рождения. Она до сих пор не свыклась, что Родди женился на полуитальянке-полуирландке, перешел в католическую веру и открыл сеть закусочных вдоль центральных дорог Америки. Бизнес Родди приносит огромную прибыль, после войны у него все сложилось как нельзя лучше. Разумеется, Элла и Клэр были приглашены на его пышное бракосочетание, однако не поехали, сославшись на то, что путешествие займет чересчур много времени. Да, отговорка весьма неубедительная. Что до Селесты и Арчи, впечатлений им хватило не на один месяц. Денег на свадьбу не пожалели. Патти в роскошном кружевном платье и вуали, выписанных из Италии, выглядела, как Морин О’Хара[52]. Танцы длились до утра, угощения было вдоволь, и после британского аскетизма военных лет у Селесты при виде каждого блюда текли слюнки. Родди уговаривал мать переехать в Штаты насовсем, однако Селеста знала, что Арчи никогда не покинет Англию.

Как странно обернулась жизнь: если бы Родди не познакомился с капелланом, чьи родственники помогли ему бежать, то не встретил бы Патти.

Элла забыла о фильме, однако несколько месяцев спустя вдруг получила необычное приглашение от Мел Рассел-Кук, которая устраивала закрытый ужин по случаю премьеры на Лестер-сквер[53] «Незабываемой ночи». В июле хозяйка рассчитывает видеть Эллу и ее семью, включая Селесту, в качестве гостей кинокомпании.

– Ты должна там быть! – прыгая от восторга, заявила Клэр. – Просто обязана. Везет тебе, встретишься со звездами кино, а я, увы, еще буду в школе.

– Вообще-то я не считаю развлечением смотреть, как тонут люди, – передернула плечами Элла, но, обсудив вопрос с Селестой, поняла, что ответить отказом вряд ли удастся.

– Дорогая, интересно взглянуть, что сценаристы накрутят с сюжетом. Мы должны выступить от имени тех, кто не выжил в катастрофе. Я слыхала, киношники построили на озере половину лайнера, а потом взяли другой пароход, списанный, и разрезали его пополам, чтобы правильно воспроизвести геометрию. Впервые после войны публика проявила интерес к «Титанику». Может быть, даже мелькнет упоминание о тебе или о том, как капитан Смит спас из воды младенца и передал его в шлюпку. Кто знает, вдруг картина тебе понравится?

Эллу аргументы Селесты не убедили.

– Не хочу, чтобы моя история попала в газеты. Нет, я не пойду.

– Отказываешься, когда нам с тобой оплачивают поездку в Лондон, прекрасный ужин и лучшие места в кинотеатре Вест-Энда? – не отставала Селеста. – Подумай как следует. По-моему, очень заманчиво.

– Заманчиво? Как ты можешь так говорить? Ты же была на том пароходе, своими глазами все видела! – Легкомыслие Селесты шокировало Эллу.

– Теперь это уже история, события давних дней. Катастрофа «Титаника» стала одной из самых известных трагедий века. У нас будет возможность поговорить с другими выжившими. Элла, пойми, я не могу поехать одна, без тебя!

Жаркая мольба заставила Эллу изменить свое решение. Она многим обязана Селесте. Отказать ей в этой просьбе значило бы проявить черную неблагодарность.

– Хорошо, едем – при одном условии. Я появлюсь под именем Эллы Смит, Эллы Смит-Харкорт, а не Элен-Бог-знает-как-фамилия. Из уважения к матери моя история должна остаться семейной тайной.

– Она очень хотела, чтобы ты докопалась до истины, это было ее последнее желание. – Подчеркивая важность своих слов, Селеста взяла в руки фотографию Мэй. – Последнее желание! Поэтому она и открылась мне перед смертью.

– Допустим, но я не желаю переписывать историю, не желаю сенсаций. Так и вижу газетные заголовки: «Мать британской художницы и скульптора украла младенца на «Титанике»!», «Пропавшая с «Титаника» девочка наконец найдена!». Я этого не допущу.

– Ты слишком много просишь. Насколько я понимаю, ты так и не рассказала Клэр правды о себе? Она вылитая ты, такая же упрямая, особенно когда ей в голову что-нибудь втемяшится.

– Вот как? И что же она тебе сказала? – полюбопытствовала Элла.

– Дала мне альбом, в который я должна собирать автографы знаменитостей. Рассчитывает продавать их по фунту за штуку, чтобы накопить денег на какое-нибудь путешествие. Хочешь не хочешь, а нам придется посетить премьеру.

Глава 121

На премьере «Незабываемой ночи» Родди и Патти предусмотрительно усадили Кэтлин между собой. Анджело посоветовали остаться дома во избежание проблем с сердцем. В американской прессе эта низкобюджетная попытка британцев воссоздать события прошлого вызвала неоднозначную реакцию. Уильям Маккуитти, продюсер, подготовился к премьере и пригласил на нее кое-кого из выживших пассажиров и членов экипажа судна – подкрепить художественную картину реальными историями. В обращении, сделанном по радио, продюсер призвал американцев, уцелевших в катастрофе, поделиться своими воспоминаниями. На его обращение откликнулось немало дам, переселившихся в Америку, ныне почтенных матерей семейств. Кэтлин, чья сестра в числе других ирландцев стала жертвой катастрофы, также получила приглашение на премьеру.

Патти, используя связи на Бродвее, достала билеты на лучшие места и устроила так, что они смогли увидеть многих знаменитостей. Родди, в свою очередь, приложил все усилия, чтобы обеспечить чудесный уик-энд в Нью-Йорке: они навестили друзей и родственников, накупили в универмаге «Мэйси» подарков для Фрэнки-младшего и малышки Тины, которые остались дома с няней.

Внешне казалось, что богатство дается Родди легко, однако он много трудился над процветанием «Экспресс дайнер», тогда как Уиллу Моргану отошло управление перевозками «Фрахт экспресс». При помощи Патти, имевшей страсть к дизайну интерьеров и различным театральным эффектам, Родди удалось занять свою нишу в рыночной сфере заведений быстрого питания и организовать сеть недорогих придорожных кафе в двух стилях: закусочные «Мама Джо» предлагали итальянские блюда, а «Кухня Мерфи» – ирландские.

Родди выкупал старые вагоны и ставил их вдоль автомобильных дорог вблизи заправок либо просто в выгодных точках. Внутреннее убранство копировало обстановку домашней столовой; шторы и милые безделушки создавали уют.

Как и многим другим ветеранам, Родди не верилось, что он прошел войну практически без единой царапины. Шрамы, которые он получил, были невидимы глазу, зато проявлялись в снах.

Когда киносеанс закончился, Родди почувствовал непреодолимое желание позвонить матери в Англию. Как, пережив этот кошмар, ей удается сохранять такое спокойствие? Музыка к фильму продолжала звучать в голове Родди, накатывая волнами. Сюжет прост и хорошо подан: в картине показаны несколько семей из разных слоев общества, вынужденных спасаться, когда разразилась катастрофа. Зрители следили за судьбой морского офицера, оказавшегося в лодке среди женщин, и их попытками не падать духом; видели стоицизм крупных промышленников, которые проводили жен и детей в шлюпки, а сами не покинули тонущий пароход; вместе с героями фильма ощущали отчаяние и безысходность из-за недостатка спасательных средств, задавали те же вопросы, что уже давно оставались без ответов…

Фильм глубоко тронул публику. Он не походил на крупномасштабные голливудские картины, в которых звезды позируют перед камерами. Родди увидел другое: простые лица, хорошую актерскую игру и качественные декорации, позволяющие представить гигантские размеры судна.

Зрители выходили из зала в молчании, пораженные размахом трагедии. Совершенно ясно, что картина будет иметь кассовый успех.

– Что скажете? – обратился Родди к жене и теще, поддерживая Кэтлин под локоть.

– Хочу пойти в церковь и поставить свечку за упокой души несчастной Луизы и первой жены Анджело. А вдруг его версия насчет маленькой дочки – правда? Как вы думаете, могла ли она, уже взрослая, находиться в зале среди нас и смотреть фильм, не подозревая, кем является на самом деле? Все эти годы мы просто отмахивались от предположений Анджело и поступали неправильно. Не стоит ли обратиться к репортерам, рассказать им обо всем? Они проведут расследование, и…

– Для этого мы должны быть уверены в фактах. Папа уже смирился с мыслью, что пинетка принадлежала какому-то другому ребенку. Не нужно зря обнадеживать его, – высказалась Патти. – Я все вспоминаю ту молодую мать и ее детей, особенно мальчугана, который проспал всю ночь, а еще выражение на лице его отца, махавшего семье рукой. После такого не хочется подниматься на борт корабля с детьми. Как смогли эти мужчины отпустить своих близких, зная, что уже никогда их не увидят?