Екатерина Барсова – Титаник и всё связанное с ним. Компиляция. Книги 1-17 (страница 153)

Анджело забрался в горы, чтобы сверху посмотреть на сельские крыши и увидеть дальние холмы. Здесь он впервые поцеловал Марию. С тех пор прошла целая вечность. Сейчас тут зябко и сыро, все окутано дымкой серого тумана, а весной бушует зелень, цветут цветы и благоухает сосна. Всему свое время, вздохнул Анджело. Мария навсегда осталась в весне, тогда как для него наступила осень жизни. Пора возвращаться домой.

Глава 96

Май 1928 г

Облокотившись на перила парома, курсирующего через Ла-Манш, Элла с наслаждением вдыхала бодрящий морской воздух. С бирмингемского вокзала Нью-Стрит она приехала в Лондон, затем – в Дувр, и – вперед, во Францию. Закончились бесконечные препирательства с Форестерами, наконец-то долгожданная свобода! Элла и сама понимает, что доставила им много неприятностей, но они хороши: скрывали от нее такую тайну.

На помощь неожиданно пришла жена архидьякона, которая спросила, не хочет ли Элла провести лето в Париже, присматривая за детьми одной ее подруги.

Хейзел, позеленев от зависти, наблюдала, как Элла укладывает в сумочку новый паспорт, билеты и деньги. Элла чувствовала себя совсем взрослой: она ведь едет одна… ну или почти одна. Селеста настояла, чтобы Элла примкнула к группе личфилдских студентов художественного колледжа, которые отправлялись на экскурсию по парижским музеям. Правда, Селеста не знает, что Элла распрощалась с ними еще в Лондоне.

Это ее приключение, возможность пожить взрослой жизнью без вмешательства опекунов. Селвин презентовал ей элегантный кожаный чемодан, а Селеста свозила в Бирмингем прикупить летних нарядов. Арчи раздобыл карту Парижа. «Тебе просто необходимо увидеть шедевры Родена. Обещаю, разочарована не будешь». Как будто Элла сама не знает!

Преподобный отец Берджесс – один из викариев англиканской церкви Святого Георгия на рю Огюст-Вакери, и Элле вменяется в обязанность присматривать за двумя его дочурками, при том что в семье скоро ожидается появление третьего ребенка. У нее будет время посещать художественные классы, а что касается денег… Элла уже не испытывает угрызений совести за то, что обратилась в фонд «Титаника» и получила грант на поездку во Францию «с целью дальнейшего образования».

По этому поводу сперва было много споров, но в конце концов Арчи удалось ее убедить. Кем бы она ни была, в катастрофе «Титаника» Элла пострадала не меньше Мэй. Бедняга Селвин даже сумел выбить у компании «Уайт стар лайн» копию списка пассажиров, однако Элла пока не готова изучить его, ведь тем самым она признает ошибку, совершенную Мэй, осквернит память матери и превратит саму себя в фальшивку. Нет, лучше пока оставаться Элен Смит. Зачем лишние сложности?

Чайки с криками носились над волнами. С замиранием сердца Элла увидела на горизонте французский берег. Больше не будет плохих воспоминаний, сплетен и пересуд маленького городка. Элла на пути к новой стране, новым людям, которые не знают о ее печалях. Скорее бы началась эта новая жизнь.

Часть 4

Связующие звенья

1928–1946

Глава 97

Открытки из Парижа, 1928 г

Дорогие мои!

Добралась благополучно. Преподобный и его жена встретили меня на вокзале Гар-дю-Нор. Гермиона и Розалинда – прелестные маленькие ангелочки. Даже не верится, что я живу в самом сердце Парижа. Дом викария расположен в центре города; в двух шагах от нас – Триумфальная арка, от нее я могу пешком пройти через Елисейские Поля к саду Тюильри. Пожалуйста, еще раз поблагодарите от моего имени миссис Симонс за то, что порекомендовала меня этим людям.

Париж – лучшее лекарство от хандры. Англия кажется мне очень далекой. Здесь есть все, о чем только можно мечтать. Девочки вместе со мной ходят в музеи и парки. Я часто забываю, что они мои подопечные, поэтому иногда приходится их приструнять. Мой французский улучшается с каждым днем, а от витрин магазинов просто невозможно отвести глаз. Не беспокойтесь, парижский шик мне не по карману. Уроки скульптуры чрезвычайно интересны; кроме того, на них я перезнакомилась с кучей других иностранных студентов. Летние каникулы мы проведем на юге Франции. Жду не дождусь, когда увижу Средиземное море.

С любовью,

Элла

Дорогой Родди!

Конечно, ты не заслужил этого письма, так как сам почти не пишешь, но мне захотелось похвастаться парижским адресом и местами, где я побывала. Уроки скульптуры, которые я посещаю, – это что-то невероятное. Другие студенты в миллион раз талантливее меня, мне еще многому нужно учиться.

Я коллекционирую соборы: Нотр-Дам, Руан, Шартр, Тур, Орлеан, Париж – все эти здания словно один огромный учебник.

Приятная неожиданность: я побывала в Каннах! Стояла ужасная жара, и я так загорела, что туристы уже принимают меня за местную и подходят с вопросами. В теплую погоду я чувствую себя саламандрой, которая греется на камнях под лучами солнца. Забавно, правда? Я буду грустить, когда наступит осень и придется вернуться в пасмурную Англию. Девочки каждый день играли на пляже, мы все вволю накупались в море. Жена викария родила мальчика, которого назвали Лионелем. У него есть кормилица.

Самостоятельная жизнь пошла мне на пользу. Я научилась справляться с трудностями, узнала, как обращаться с мужчинами, которые слишком тесно прижимаются к девушке в метро и хотят залезть под юбку. В таких случаях я просто пинаю их в голень, и они морщатся от боли (и стыда, надеюсь). Иногда мне хочется быть мальчишкой, который спокойно может бродить где угодно, не опасаясь, что кто-то крадется вслед.

Я теперь отменно ругаюсь на французском – правда, шепотом, когда преподаватель находит недостатки в моих работах. Он научил меня оценивать чужие произведения критическим взглядом. Ох, сколько нового еще предстоит узнать. Я уже ощущаю себя совершенно другим человеком.

Пытаюсь не слишком часто думать о маме. Ужасно, что она умерла молодой – и все из-за того, что вовремя не обратилась к врачу. Она наверняка пыталась лечиться дома, экономила на себе ради дочки, и от этой мысли я мучаюсь совестью. Она не тратила на себя ни пенни, стараясь лишний раз побаловать меня. Ну а я теперь разъезжаю по Франции, как девица из светского общества. Наверное, это несправедливо, но в то же время я уверена, что мама была бы счастлива за меня.

Конечно, ты уже в курсе, что мне все известно про «Титаник» и знакомство наших матерей. Видимо, у моей были свои причины не рассказывать об этом. Порой мне кажется, она стыдилась того, что оказалась в числе спасенных пассажиров. Все, на что она осмелилась претендовать, – это пенсия, которая причиталась ей по праву и пошла на мое образование.

Сейчас уже поздно копаться в прошлом. Думаю, мы все не понимаем родителей, пока не обзаведемся собственным потомством. Возможно, когда-нибудь и мы будем так же волноваться за своих детей, стараться уберечь их и страдать от причиненной ими боли.

Нет, в моей жизни нет Рудольфо Валентино, из мужчин есть только Леон и Фридрих, студенты, которые иногда после уроков приглашают меня посидеть в кафе на берегу Сены. Тем не менее искра страсти пока не вспыхнула. У меня просто нет времени на романы. Ну а как с этим у тебя, мой большой братец? Даже не представляю, как ты сейчас выглядишь.

Соболезную по поводу кончины твоей бабушки. Знаю, ты ее любил. Прости, что болтаю только о себе. Ты много работаешь, и Селеста тобой страшно гордится. Процедура развода почти завершена. Несмотря на то что эта морока тянется не первый год, в Соборном дворе новость определенно наделает шуму. В Англии разводы распространены гораздо меньше, чем у вас в Америке. Люди до сих пор не понимают, что прожить всю жизнь в неудачном браке – сплошное мучение. Лучше уж совсем никакого супружества, по-моему. Уверена, ни ты, ни я не будем торопиться вступать в семейные отношения.

Постарайся написать мне до моего отъезда из Парижа.

С любовью,

Элла

Она не написала Родди всей правды о «Титанике» и предсмертном признании Мэй. Об этом знают только ее опекуны, пусть так и будет. И все же странно, как по-домашнему уютно и легко ей здесь, на континенте, под лучами теплого солнышка среди иностранного разноголосья. Она уже начала привыкать, что торговцы принимают ее за местную жительницу и, обращаясь к ней на французском, тараторят так быстро, что в ответ она вынуждена лишь кивать, улыбаться и пожимать плечами.

Однажды на пляже в Каннах Элла услыхала веселый смех и возгласы какой-то семьи, и на секунду ей показалось, будто она разбирает слова, будто где-то в глубине сознания всплывает правильный перевод. Она хотела послушать еще, но семья прошла мимо нее по пляжу и удалилась. Элла даже не знала, из какой страны эти люди. Она ощутила легкое беспокойство, но вскоре переключила внимание на бедняжку Роз, которую Гермиона уже почти целиком закопала в песок.

Элла точно знает, что это не последняя ее поездка за границу. Она обязательно побывает в Испании, Италии, Швейцарии… везде, где сможет найти работу или брать уроки. Раз она собирается стать профессиональным скульптором, то должна оттачивать мастерство, не боясь трудностей, развивать творческое видение. Пока что из-под ее рук выходят слабые, шаблонные вещи. Необходимо учиться на классических примерах, а значит, много путешествовать. Она по-прежнему будет зваться Элен Смит, чтобы иметь возможность получать деньги от фонда. «Титаник» унес тысячи жизней, так пусть теперь платит уцелевшим.