Екатерина Балобанова – Рейнские легенды (страница 9)
Остановился он узнать, в чем дело, и узнав предложил себя в посредники. Отлично поделил Эппо земли великана! Каждому крестьянину нарезал он кусок земли какой пришелся, но каждому шепнул на ухо: «тебе дал я лучший участок, только смотри, не говори этого твоему соседу!»
Дня в два весь дележ был окончен, и самая лучшая часть владений великана нечаянно перешла к самому Эппо. И это тоже часто так бывает!
Да никто на него и не сердился: «надо же, чтобы добрый человек получил за свой труд какую-нибудь безделицу и на свою долю!» — говорили крестьяне. И это тоже не редкость!
Кончив дележ, созвал Эппо соседей на совещание.
— Выберем же теперь кого-нибудь из среды нашей и поручим ему охранять нас от нападений врагов и особенно от великана, если он вздумает вернуться.
Переглянулись крестьяне, поежились, испуганно поглядывая на Эппо и друг на друга, и не знали, что сказать.
— Пожалуй, я охотно предложил бы себя вам в защитники, — заговорил Эппо, — не боюсь я не только великана, но даже самого черта, да дело-то в том, что нужен мне для этого высокий укрепленный замок, и надо построить его на самой высокой горе, чтобы можно было видеть оттуда весь Рейн. Но сам я построить такого замка не могу, без крепости же бороться мне с великаном все равно, что бороться мухе с птицей!
— Будь нашим защитником, храбрый Эппо! — закричали крестьяне, — замок же мы тебе построим — не давай только нас в обиду великану!
И действительно, принялись они строить для Эппо великолепнейший замок, а он ходил себе вокруг да около, да покрикивал на рабочих:
— С этим народом иначе нельзя! — говорил он.
И так часто бывает на свете!
Едва окончили нижнюю часть замка, Эппо сейчас же перебрался туда: никогда еще от роду не бывало у него не только собственного замка, но даже и собственной конуры, и казалось ему это недостроенное здание целым дворцом.
Но вот в одну прекрасную ночь Эппо опрометью вскочил с постели, как от сильнейшего раската грома: казалось, земля колебалась и сотрясались стены замка. Эппо вылез в окно и взглянул на небо — небо было ясно, и звезды горели, как бриллианты; над замком же стояла какая-то гигантская тень. Но не туча была то, а сам рейнский великан, вернувшийся с Роны.
Испугался Эппо и пополз на четвереньках, чтобы как-нибудь ненароком не увидал его великан; дополз до соседнего леса, да там и скрылся. Замок же его рухнул от дуновения чудовища, как рассыпаются в наши дни карточные домики детей.
По-прежнему зажил великан в своих владениях, по-прежнему стал он мучить народ. Отдохнули было без него крестьяне и казалось им теперь еще хуже жить, чем прежде. Да и великан был не в духе: не пошла за него великанша с берегов Одера, да, отказав, сказала: «Кто же пойдет за такого дурака!» Это ли не обида? А кроме того, нашалили без него его подданные — выстроили на его любимой горе домик из камешков; положим, он на него только дунул, и домик в ту же минуту рассыпался, но камешки остались лежать грудами, и ходить по горе неудобно. Сильно не в духе был великан!
Эппо же исчез, словно сквозь землю провалился.
— Надул нас и сбежал наш Эппо! — говорили скептики; такие и тогда бывали.
— Схоронил великан бедного Эппо под развалинами замка! — говорили другие.
Все знали, что теперь без Эппо приходится им пропадать.
Но вот раз ночью объявился Эппо с пятью товарищами. Вшестером едва тащили они тяжелую сеть из толстой железной проволоки: каждое звено ее было тяжелее и шире рукоятки меча. Приковали они один конец сети к скале и, тихонько растянув ее над спавшим на скале великаном, спустили другой конец сети в Рейн, к русалкам. Не вытянуть ее великану, да и не догадаться дураку, что сеть имеет свой конец, как и все на свете.
Заревел великан, когда проснулся и почувствовал себя в плену, а Эппо стал на скале среди обломков своего замка и ну хохотать!
Проснулись жители от рева великана и со страхом побежали посмотреть, какая еще новая беда приключилась над ними, да как увидали, что сделал Эппо, так обрадовались и до того хохотали, что чуть не заболели от смеху. Долго хохотал весь серебряный Рейн со всеми своими прибрежными жителями, со всеми лесами, полями и пашнями. Хохотали даже русалки на рейнском дне — они ведь думали, что штуку-то эту сочинили они: недаром же держали они в своих руках конец сети!
Великан же от отчаяния разбил себе голову о скалу, на которой лежал, и остался на месте.
В благодарность за освобождение выстроили крестьяне для Эппо самый красивый замок на свете и назвали его Эппштейн. А чтобы не забыли потомки о том, что сделал для них Эппо, над воротами замка был высечен из мрамора великан, покрытый сетью.
Но сколько ни расспрашивали мы, никто не умел нам сказать, выиграли ли крестьяне от перемены владельца, меньше ли их обирали и лучше ли жилось им при Эппо, чем при великане. Одно только знаем мы наверное: Эппштейны стали богаты, могущественны и знатны. Род этот угас в XVI веке.
Теперь замок стоит в развалинах, но все же интересно посмотреть на него.
Башня Эльфов
Близ Ахена в старом Лимберге до сих пор сохранились остатки замка Эммабурга. Стоит этот замок на остроконечной скале, изрытой подземными ходами и галереями. Некоторые из этих подземелий сохранились и до настоящего времени, хотя большинство или уничтожено обвалившимися сводами, или засыпано по распоряжению владетелей замка.
Но триста-четыреста лет тому назад в этих подземельях, как рассказывает предание, жили маленькие духи, не то домовые, не то эльфы:
Как только церковный колокол возвещал о наступлении полуночи, эльфы с криком и свистом выскакивали из своих подземных галерей, и начиналась потеха: маленькие духи окружали какую-нибудь соседнюю деревушку или даже просто какой-нибудь дом и задавали там то кошачий концерт, то свиное представление, а иногда занимались штуками и еще злее: связывали, напр., хвостами лошадей и выпускали испуганных животных в поле; привязывали к рогам быков зажженные пуки соломы; втаскивали на крыши домов обезумевших от страха собак и проделывали еще множество подобных же проказ.
Обитатели осажденных деревень не смели выглянуть за двери своих жилищ и дрожали в своих постелях. Но как только наступал первый час нового дня, поднимался страшный топот бесчисленного количества маленьких ножек — это эльфы мчались, летели, толкались, сбивая друг друга и спеша назад в свои подземелья. Тогда выходили из своих домов перепуганные поселяне, чтобы ловить и освобождать свой домашний скот, заливать свои загоревшиеся сараи и приводить в порядок разоренное хозяйство.
Тем временем эльфы пировали в своих подземных жилищах и яркий свет проникал оттуда через узкие отдушины и отверстия в скале, проникал он на землю и возбуждал любопытство пастухов и запоздавших прохожих. Рассказывают, что один смелый охотник решился спуститься в подземелье и посидеть за столом эльфов: в отдушины можно было свободно наблюдать, как пировали они, но охотнику показалось этого мало, и он смело вошел в подземную галерею, благо дверь туда стояла открытая настежь. За большим, прекрасно убранным столом увидал охотник бесчисленное множество маленьких духов в человеческом образе — вся подземная галерея была освещена каким-то необыкновенным синеватым светом. Вокруг стола ходила большая золотая чаша и эльфы, не обращая никакого внимания на охотника, передавая ее друг другу, пели хором:
Но не успел охотник поместиться на углу стола — стол исчез, и маленькие духи, взявшись за руки и составя цепь вокруг охотника, стали мерно двигаться под звуки песни:
При последнем звуке пропел петух, и все исчезло. Охотник остался в полнейшей темноте и с трудом выбрался из подземелья. Но с тех пор он постоянно ходил вокруг Эммабурга, желая проникнуть в подземные галереи, но не находил той двери, через которую вошел ночью: в скале снаружи не было заметно никакого хода. Однако вскоре охотник совсем пропал и с тех пор никто никогда не видал его: видно, нашел-таки он таинственную дверь в скале и вошел туда, но не вернулся на земную поверхность — по доброй или по недоброй воле, кто знает?
Однако шум и шалости эльфов так надоели окрестным жителям, что они решили во что бы то ни стало избавиться от их соседства; после же исчезновения охотника и окрестное духовенство взялось помогать поселянам. Сначала окропили святой водой все дома и дворы соседних жителей, а потом приступили к постройке церкви у самого Эммабурга. Эльфы немного присмирели, но как только ударил колокол нового храма, призывая верных на молитву, они исчезли из Лимберга и на этот раз исчезли уже навсегда.