Екатерина Бакулина – Четвертый принц (страница 16)
– Что-то не так, да? – тихо спросила Хена.
– Да нет, все так. – Он пожал плечами. – А ты нашла что-нибудь интересное?
Взял бокал, отпил немного.
Ох, Хене это не нравилось. Впрочем, в последнее время ей не нравилось абсолютно все.
– Сейчас ночь, ворота закрыты, но днем я еще схожу туда, посмотрю, можно ли мне пройти. Стена, выходящая к городу, хорошо охраняется, там постоянные патрули, даже сейчас. А вот на стену со стороны моря можно выйти свободно. Дозор на башнях есть, заметить могут, но я ходила там, никто мешать не стал. Стены не слишком высокие, если скинуть веревку, то можно спуститься, особенно если попасть в правильное время смены караула или чем-то отвлечь. Сейчас тихо, войны нет, следят за стеной вполглаза. Не уверена только, что мне удастся незамеченной забраться обратно этим путем…
– И не надо обратно, – хмуро сказал Рейнардо. Взял бокал, выпил до половины, покрутил. – Не возвращайся.
Допил оставшееся одним глотком.
– Ты опять за свое? – сказала Хена. Что-то ему уже наговорили? Нехорошие предчувствия клубком ворочались внутри.
Рейнардо кивнул.
– Она показала мне свою служанку.
Налил себе второй бокал до краев и выпил разом, словно воду.
Вот же шушачье дерьмо…
– И что с ней не так? – спросила Хена осторожно. Хотя, глядя на Рейнардо, она уже и сама понимала. Видела, как он сосредоточенно сопит, поджав губы, как смотрит в сторону, не может сейчас Хене в глаза, как пытается сохранить хоть немного хладнокровия.
– Наро? – позвала Хена, не дождавшись ответа.
Рейнардо вздрогнул. Глянул на нее.
– С нашей последней встречи два года назад… – Он облизал губы. – В общем, я могу сказать, опыты Аристидеса пошли куда удачнее.
– И? – Хене важно было понять все до конца, не додумывая самой.
– Они хотят сделать то же с тобой.
– Она мертвая? – Хене нужно было точно знать.
– Да. Она ходит, разговаривает, но… глаза пустые. Мертвая.
Рейнардо потер ладонью лицо.
Хена уже понимала, что услышит это, но клубок внутри сжался до боли. Страшно.
– Да брось, – сказала она как можно более беспечно. – Они просто пугают тебя. Они могут сделать это с каждым. Зачем им я?
– Меня пока не тронут, – сказал Рейнардо, налил себе еще, но пить не стал, отодвинул. – Я им нужен, мало ли как повернется. Пока наш мирный договор в силе, со мной ничего серьезного не сделают. Но припугнуть случая не упустят. Показать свои возможности на том, кого я знаю. Это всегда производит впечатление.
Тут главное – не паниковать раньше времени.
– Это принцесса тебе такое рассказала?
– А ты в чем-то сомневаешься?
Он смотрел на Хену, и под его взглядом ей становилось совсем нехорошо.
– Нам надо бежать вместе, – тихо сказала Хена.
Он покачал головой.
– Я не могу. Если попытаюсь бежать – это спровоцирует войну, Фазил только и ждет повода. Мой отец не успеет собрать войска. Мне нужно продержаться хотя бы месяц.
Руки еще чуть заметно дрожат, но голос очень спокойный… скорее бесцветный: ни страха, ни надежды – ничего нет.
Месяц.
– А потом? Тебя убьют?
– Если поторопиться, умрут тысячи людей. Причем зря умрут. И Тартахена проиграет. Я не могу.
Тихо и ровно… до озноба.
Благородный придурок.
Хена взяла свой бокал, отпила глоток, покосилась на кувшинчик.
– Но я все равно не могу бросить тебя, – сказала она. – Должна быть хоть какая-то надежда. Всегда есть. Поверь. Со мной чего только не бывало… Мы выберемся.
Он кивнул.
– Конечно, должна. – Потянулся к кувшинчику. – Давай допьем, что ли? На трезвую голову я сегодня не усну.
Глава 8. Вся правда как есть
Хена проснулась, прижавшись щекой к его плечу. Вздрогнула, поспешила отодвинуться немного и поняла, что Рейнардо на нее смотрит.
– Прости, – сказала тихо.
Не то чтобы это ее смущало, они все равно спят в одной постели, так что естественно, но просто… не стоит, наверное.
– Ничего страшного, – сказал он, улыбнулся.
У него глаза серые… темный ободок по краю радужки, черные длинные ресницы… и темные круги под глазами. Но он смотрит на нее и улыбается, словно все хорошо…
И вчерашний разговор встает в памяти так отчетливо.
– Знаешь что, – сказала Хена, – я тут подумала… Если они так с ходу пытаются прижать тебя, то, значит, сами чего-то боятся? Они за тобой следят, не выпускают из вида, запугивают с первого дня. Зачем пытаться запугать того, в ком не видишь угрозы? Они ведь не дети и делают это не для развлечения.
– Не для развлечения, – согласился Рейнардо. – Я все же сын своего отца… что бы там ни говорили. Ты очень красивая… знаешь? – И улыбнулся снова. – Пойдем, что ли, прогуляемся в саду.
Красивая? Шушак тебя… нет, он ведь это не просто так. И у стен могут быть уши? Здесь не следует говорить ничего такого, что могут использовать против них. Не выдавать себя даже в спальне.
– Пойдем, – согласилась Хена. – Я еще не успела рассмотреть дворцовый сад.
В тени апельсиновых деревьев, прямо на травке, они нашли такое место, что незаметно подойти и подслушать нельзя. Парочка на травке в глубине сада…
– Садись ближе, – сказал Рейнардо. – Пусть издалека выглядит, что мы тут не о ходячих покойниках говорить будем, а о чем-то более приятном. Садись, можешь даже мне голову на плечо положить.
– Для убедительности?
Хене было немного смешно, потому что по его глазам отлично видно, как он смущается, но старается не показывать этого.
– Исключительно для убедительности, – согласился Рейнардо.
Надо отдать должное, руки куда не надо он не тянул, обнимал ее за талию, но очень деликатно.
– А краснеть больше не будешь?
– Постараюсь, – он весело фыркнул. – Думаю, я уже привык, что ты спишь, закидывая на меня ноги, так что твою голову на моем плече как-нибудь потерплю.
– Я закидываю ноги?
– Ты не знала? – Его это забавляло.
– Никто раньше не жаловался.
– Так я тоже не жалуюсь. – Он пожал плечами. – Если уж совсем честно, Хена… – замолчал на мгновение, втянул носом воздух, словно собираясь с духом. – Мне нравится чувствовать, что я не один, что рядом есть кто-то. Я не хотел, чтобы ты ехала, но Эстебано очень настаивал, и теперь я вижу, что он прав. Понимать, что есть кто-то, кто готов помочь мне. И что я сам не имею права опустить руки, сдаться, потому что речь не только о моей жизни. Я должен защитить тебя.
Вот только не надо…