Екатерина Азарова – Мои шальные звезды (СИ) (страница 35)

— Не отпущу.

— Не всегда наши желания совпадают с возможностями, — заметила я, а затем осторожно добавила: — Рик, мне кажется, тебе надо к врачу.

— Так плохо выгляжу? — Он приподнял бровь. — Карин, поверь, я знаю свое тело, и оно в порядке. Могу доказать.

— Все бы тебе шутить, — буркнула я. — Рик, я беспокоюсь о тебе.

— Расслабься, рыжик.

— Рик!

— Хорошо, клятвенно обещаю, что загляну к ним. Но не сегодня! И закроем эту тему. А теперь, как бы мне ни хотелось этого говорить, но нам пора.

Вот ведь упрямый! Но он же взрослый мальчик, должен соображать… Хотя это ведь Рик. Если сам не примет решения, я ничего сделать не смогу. Но хоть выпросила обещание, уже хорошо.

Кивнув, я поднялась и вышла из кабины, закуталась в полотенце. Через какое-то время то же самое сделал и Рик, а еще через полчаса мы покинули бунгало.

Начать леранец решил с завтрака. Или с обеда, что было бы более верным определением, учитывая время суток. Наверное, он прав. А учитывая, что вчера мы оба так и не поели, это было необходимо. Практически сутки без еды, не считая пары сэндвичей, это перебор. И если я порой проворачивала подобный финт со своим организмом, увлекшись работой, то Рик меня снова удивил. Обычно мужики вели себя иначе, требуя немедленно пожрать, но леранец схомячил последний снек, еще когда мы летели с Лим-Дима, и словно забыл о том, что надо поесть.

Правда, сейчас он полностью отрывался за вынужденную голодовку. Нет, вовсе не запихивал в себя еду, но позавтракал обстоятельно. Порцией раза в четыре большей, чем у меня, а я плохим аппетитом не страдала. Успев закончить со своей едой и ожидая, пока Рик разберется со своей, я от нечего делать смотрела местные новости.

Насколько я понимала, показывали пресс-конференцию вместе с каким-то шоу. Или одно продолжало другое? Не важно. Смысл был в том, что на сцене сидели гости, которым ведущий задавал вопросы, а внизу расположились журналисты, тоже задающие вопросы.

К тому же я уже видела блондинку, которая то и дело подносила к глазам платочек, стирая несуществующие слезы. Ее показывали в недавних новостях. Кажется, она была невестой того мецената, который разбился над океаном.

Несмотря на то что я окрестила ее воблой, девица была красива. Светлые волосы уложены в затейливую прическу, искусный макияж. Облегающее коричневое платье, довольно броские украшения, я сама такие любила, но привлекло меня в этой передаче другое. Девица была в каких-то невероятно странных туфлях. Если представить себе босоножки, украшенные стразами, к подошвам которых прилипли осьминоги, растопырив щупальца в разные стороны, это будет близко к истине. И тот факт, что это просто был такой каблук и часть платформы, а каждую присоску щупальца тоже украшали стразы, ничего не менял. В общем, мой разум отказывался понимать, как можно надеть вполне классическое платье, удачно подобрать к нему украшения и натянуть на ноги такое убожество. Рядом с блондинкой расположился довольно симпатичный брюнет, который то и дело приобнимал ее за плечи, будто пытаясь успокоить.

По смыслу, дева все убивалась о своем женихе, а ее успокаивали. Какое-то время она всхлипывала, а затем заявила, что специально сочинила песню и хочет ее спеть. Вроде как плач по потерянной и единственной любви. Как говорится, к микрофону ее сопроводили аплодисментами. Голос у блондинки был довольно милым и вполне чистым, но она меня все равно бесила. Под конец я уже не видела красоты, а видела расчетливую стерву и лицемерную дрянь.

— Ты так внимательно наблюдаешь за конференцией, — заметил Рик. — О чем думаешь?

— У меня три вопроса, — задумчиво сообщила я.

— Назовешь? — прищурился Рик.

— Легко! — Я пожала плечами. — Первый, чисто эстетический, — зачем она нацепила на ноги дохлых осьминогов? Второй — пытаюсь понять, когда она успела сочинить песню, подобрать музыку, сделать аранжировку, да еще и снять клип? Или она гений — но, учитывая третий вопрос, возникает ощущение, что заранее готовилась. Вроде как ее жених всего несколько дней назад пропал. И если она все эти дни проплакала, как утверждает, то где опухший нос, глаза-щелочки и все остальное. Ну и когда она сочинительством-то занималась?

— А третий? — хмуро спросил леранец.

— Самое для меня непонятное — какого черта она убивается, причем довольно паршиво играет, надо сказать, если спит с ним?

Кажется, я ошарашила Рика.

— С кем? — с удивлением спросил он.

— А вот с тем щеголем, который тоже изображает страдальца. — Я показала рукой на брюнета. Довольно смазливого, нельзя отрицать, но такого слащавого, что у меня случился переизбыток сахара в организме.

— Ты уверена?

— Нет, конечно, я же не умею читать мысли. Хотя вру, про туфли уверена полностью.

— Чтобы обвинять в таком, нужны веские доказательства.

— Разве я кого-то обвиняю? — Я поморщилась. — Называй это чутьем, хотя язык их тел говорит сам за себя, если ты о том, что они любовники. Смотри, он постоянно ее трогает, а она даже не вздрагивает, значит, привыкла к его прикосновениям. Они сидят, повернувшись друг к другу, он смотрит на нее как кот на сметану и в то же время уверенно. У него выражение лица, какое бывает у мужика, который получил свое, но не прочь и повторить. Так что они точно спят. Ну а песня… Тут просто логика. И вообще, что ты так взвился? Или тоже с этой белобрысой успел погулять? — Во мне опять проснулась собственница.

Рик ничего не ответил, лишь смерил парочку в студии внимательным взглядом, а потом извинился и отошел, оставив меня одну. А я поймала себя на мысли, что начала ненавидеть всех блондинок в мире. Настроение испортилось окончательно.

Когда же Рик вернулся, по пути что-то запивая водой, и кивнул мне, показывая на выход, я бросила последний взгляд на экран, поднялась и пошла к нему.

Все же когда есть человек, которому ты можешь полностью довериться, пусть вы и знакомы всего несколько дней, — это бесценно. А когда это твой любимый мужчина, это бесценно вдвойне. Но… Осторожность гудела в уши, что нельзя так поступать и можно надеяться только на себя. Вот только сейчас, учитывая раздрай, в котором я находилась, впервые за долгие годы хотелось побыть маленькой девочкой, чьи проблемы решает кто-то другой. Опыт говорил, что я могу пожалеть о своем решении, но я не хотела его слушать. А романтичная девочка и вовсе не желала затыкаться, отчаянно споря со здравомыслием и утверждая, что настоящая любовь способна свернуть горы. И от них всех у меня просто-напросто болела голова. Наверное, я плохая подруга, но, вместо того чтобы пытаться придумать, как искать Алиску, я не только думала о леранце и перспективах наших отношений, но и снова доверилась словам Рика, который заметил, что каждый должен заниматься своим делом. Алису ищут профессионалы, и лучшее, что я могу сделать, это не мешать им, не путаться под ногами, отвлекая расспросами. Как только будут новости, нам сразу сообщат, а пока следует съездить в бар, забрать мои вещи. Я кивнула, соглашаясь с его словами, и уставилась в панель передо мной.

До «Корсара» мы добрались довольно быстро. Из флаера я выходила с опаской. Когда в дверях показался какой-то татуированный громила в цветастой рубашке и шортах, а при виде нас широко улыбнулся и бросился ко мне, то невольно взвизгнула и спряталась за спиной Рика.

— Куколка!

— Дорах, стоп, — спокойно сказал мой леранец, и громила резко остановился, словно наткнулся на невидимую стену.

— Иди ты в черную дыру, Ортемис, — скривился он. — Дай потискаю вторую в моей жизни красотку, которая меня вырубила.

Застонав, я поняла, что, судя по всему, это моя жертва. Но вроде он настроен вполне миролюбиво.

— Не лезь, — так же спокойно заметил Рик, и я рискнула осторожно выглянуть из-за его спины.

— Слушай, куколка, ты просто пупсик. И я бы за тобой приударил, но мужик у тебя — во! — заявил бугай, подняв большой палец.

— Спасибо, — запнувшись, сказала я. — Но не надо за мной приударять. И это… наверное, я должна извиниться.

Громила заржал, а затем хлопнул по плечу Рика и пошел дальше.

— Что все это значит? — жалобно спросила я.

— На Леране у тебя появился горячий поклонник, — скрипнул зубами Рик. — И не только на Леране. Дорах постоянно пари заключает насчет крепости своего черепа. Денег нормально уже поднял. А тут появляется маленькая и слабая землянка и одним ударом бутылки отправляет его в нокаут. Так что, можно сказать, он в тебя влюбился.

— Я не хотела, — прошептала я. — Кстати, а зачем я его ударила?

— Он помешал нам целоваться, — хмыкнул Рик.

— О боже, — простонала я.

Захотелось развернуться и броситься прочь. Останавливало только то, что мне нужны были мои вещи. А еще, наверное, я как никогда была благодарна моей памяти, которая исключила эти воспоминания.

— Здесь ты первый раз сказала, что любишь меня, — добил меня Рик.

Я не выдержала взгляда и отвернулась. И правда, что у трезвого на уме…

— Больше не пью, — решительно заявила я.

— Дело не в алкоголе. — Рик запнулся и помрачнел. — Ладно, пошли.

Внутри было уютно, чисто, а что самое главное, никаких следов разрушений. Может, не все так плохо, как говорил леранец, но, скорее всего, просто все привели в порядок. Ладно, так даже лучше, что нет следов драки.

Народу было мало, всего несколько человек, и они тихо что-то пили, посматривая на экран. Я тоже перевела на него взгляд. Конференция с участием белобрысой воблы все еще продолжалась.