Екатерина Аверина – Сводные. Стану первым (страница 15)
Пока идём к прокату коньков, я с детским восторгом, прямо как маленький Савушка, смотрю по сторонам. Огромный каток, а в центре гигантская ёлка упирается макушкой в прозрачный свод потолка. Через него видно серое небо и кружащийся над нами снег. В разные стороны эхом разлетается смех, голоса, детский визг и шорох коньков, разрезающих лёд.
Мы переобуваемся и смело шагаем на испещрённое полотно, засыпанное ледяной крошкой. Савушка забавно шлёпается на попку, хохочет и пытается самостоятельно подняться. Я делаю шаг и едва не падаю рядом с ним.
Меня ловит Ульяна, хорошенькая, светленькая девочка. Такая контрастная в сравнении со своим татуированным парнем.
– К ёлке? – предлагают девочки.
Кивая в разнобой, аккуратно катимся к пушистому праздничному дереву. Ко мне приходит ощущение надвигающегося праздника. Цветные шары, огоньки, мишура. В первый раз за неделю… Да что там. Впервые за последние пару лет я испытываю что-то очень яркое и тёплое, как в детстве.
Накатавшись до гудящих ног, садимся на скамейку.
– Может, по стакану какао с корицей? – предлагает Аиша. – Горячего хочется.
– Мам, купи пирожок, – просит Савушка.
– Пончик, – поправляет его Тася.
– Купишь? – хлопает ресничками малыш.
– Вот чёрт… – Лиза вдруг начинает звонко смеяться, хлопнув себя по коленке. Толкает меня в бок и показывает наискосок, на противоположный борт катка.
Сверху, с трибун, раздаётся дружный громкий ржач парней. Все взгляды прикованы к тому, как Ваня с каменным выражением лица и обречённым взглядом помогает выйти на лёд «жертве» своего розыгрыша.
– Бедняжка, – хихикает Лиза. – Такой несчастный котик. Аж пожалеть захотелось.
– Обойдётся, – фыркаю я, даже не пытаясь скрыть улыбку.
Глава 16
Была крохотная надежда хапнуть сегодня чего-то интересного и приятного, наполниться эмоциями для следующей недели, обещающей быть ещё более насыщенной, чем предыдущая, но мне кажется одна сероглазая Зараза меня прокляла. Я обычно везучий на слепые свидания, поэтому к подобным розыгрышам относился с азартом и предвкушением. До сегодняшнего дня.
Я прямо чувствую, как ко мне подкрадывается временная импотенция. Может, я сволочь, но я даже не за красоту, она слишком субъективна. Я за эстетику, за ухоженность, за стиль. Есть офигенно красивые полненькие девочки, если без перебора, конечно. Есть интересные худенькие. С большой грудью, с маленькой. А есть вот такие, как Инна, пришедшая ко мне на свидание.
Меня немного пугает её чрезмерная уверенность в себе. Полинка, чтоб ей икалось сегодня весь день, офигенная, но она смущается, когда я зависаю на отдельных частях её тела. Да любую из наших взять. Лиза, Аиша, Ульяшка. В каждой из них есть что-то такое, чисто женское в реакциях на комплименты, подарки. И это очень круто ловить. В Инне и близко ничего такого нет.
Сожжённые осветлителем длинные волосы с чёрной полосой по пробору явно выпрямлены, свисают вперёд, делая и без того круглое лицо девушки лунообразным. Слишком сильно накрашенные ресницы, губы, в которые не надо было ничего вкачивать, но она за каким-то хреном это сделала! Лоб покрыт мелкими прыщиками, замазанными тоналкой. Взгляд в панике падает ниже, надеясь, что большая грудь станет тем самым спасением. Но нет, там тоже прыщики и тоналка.
У меня, блядь, вопрос: почему нельзя было надеть водолазку?!
Выдыхаю. Я же хорошо воспитан, правда? Где-то там остались зачатки вежливости. Это свидание ни к чему не обязывает. Мы просто покатаемся на коньках. Но, мне кажется, наши с ней мысли здесь не совпадают, судя по тому, как Инна на меня смотрит, кокетливо облизывая губы. И у неё с собой тот самый леденец, с которым была сделана фотка для розыгрыша. Становится как-то очень тоскливо. Тут ещё наши где-то недалеко…
Ищу знакомые лица, пока меня держат за руку мёртвой хваткой.
– Ты армрестлингом случайно не занималась? – каюсь, не удержался.
– Нет, а что? – её ноги дрожат на льду, и я морально готовлюсь, что падать мы будем вместе. По классике жанра Инна должна рухнуть на меня. В фильмах в этот момент обычно случается первый романтический поцелуй. В реальности мы, скорее всего, поедем в травмпункт.
Мысленно прооравшись, стараюсь сохранять невозмутимый вид.
– Да так, ничего. Держись крепче, – усмехнувшись, плавно качусь вперёд.
В центре катка стоит огромная, очень красивая ёлка. А возле неё наши девочки, Илюхин волчонок и Поля в своих любимых варежках и капюшоне с пушистым мехом, едва касающимся розовых щёк. Со счастливой, детской улыбкой трогает пышные еловые лапы. Смеётся, чуть запрокинув голову. Капюшон падает, блестящие русые волосы рассыпаются по плечам. Она видит меня, Инну, и её улыбка становится триумфальной.
Стянув зубами варежку, сводная машет мне пальчиками, издевательски поднимает большой палец вверх и тут же наклоняется, чтобы поймать вновь шлёпнувшегося Савушку. Он пытается обнять Полинку за шею. Они падают вместе, смеются, а меня вдруг дёргает рвануть к ним и поднять эту дурочку со льда. Заболеет ещё…
Не могу. Меня прочно удерживает якорь по имени Инна.
– Бывшая? – вдруг спрашивает она, вторгаясь в моё личное пространство.
– Сестра, – отвечаю на автомате.
– Давай сфотографируемся у ёлки, – предлагает Инна.
– Может, лучше у надувного снеговика? – он стоит чуть в стороне от праздничного дерева.
– Нет, я хочу у ёлки, – капризничает девушка.
– Ладно, поехали, – сдаюсь.
Для отчёта всё равно нужно будет выгрузить несколько фоток на канал. Только это ничуть не успокаивает.
Подкатываемся в ёлке, Инна прижимается ко мне и пытается сделать годное селфи.
– А давайте я вас сфотографирую? – невыносимо довольно улыбаясь, предлагает Полина.
– О, супер! – Инна подхватывает эту идею.
– Ванечка, улыбнись, – сводная наводит на нас камеру. – Ну же, братик, у тебя свидание, – дразнит эта жестокая, бессердечная девочка.
Показываю ей кулак, она в ответ высовывает кончик языка и смеётся, делая несколько кадров на мобильник Инны и ещё пару на свой.
– Ой, – стреляет глазками мимо меня, – Дамир. Дамир! – кричит громче, едва не выпрыгивает из коньков от радости и машет ладошкой чуваку из фитнес-центра.
– Стоять! – рявкаю на неё.
– Не отвлекайся, Ванечка, – подмигивает Зараза и едет к своему новому знакомому.
Оглядываюсь. Они уже мило улыбаются друг другу, парень хватает Полину за покрасневшие от холода пальцы.
Озверел, что ли?!
Надо бы забрать мелочь оттуда и объяснить этому… Дамиру политику партии, раз утром я проспал из-за дебильного борща. Но меня снова отвлекают.
– Поехали за какао? – Инна тянет меня за руку в сторону киосков.
Малая там кокетничать продолжает, а у нас какао со сливками и пакет горячих пончиков.
– Ты чего не ешь? – едва прожевав, спрашивает мой ночной кошмар.
– Не хочу, – морщусь, глянув на её губы, блестящие от масла и наверняка липкие от сахарной пудры.
– Ну хоть один, – девушка подносит пончик к моим губам. Шарахаюсь в сторону, пока и меня не перемазала.
– Не ем я такое, понимаешь? И тебе не советую. Тесто, тонна масла и сахара. Ни один спортзал не спасёт.
– Зато вкусно, – она быстро уплетает всё из пакета.
Спасибо, пальцы не облизывает, меня бы точно вывернуло.
– Какие у нас планы на вечер? – снова пытается быть кокетливой.
– Мне сестру надо будет домой отвезти, – быстро придумываю отмазку. – Потом к зачётам готовиться.
– А как же… мы?
– Мы? – давлюсь глотком морозного воздуха. – Мы сейчас на обещанном свидании, гуляем, – подбираю слова. – Потом по домам.
И пока Инна не начала развивать эту тему, сам беру её за руку и тяну за собой к центру катка. Мы же кататься приехали? Будем кататься, пока ноги не начнут гудеть. На трибунах пацаны снимают нас с победительницей на свои телефоны и лыбятся, гады. Показываю им фак. Ржут. По хрен, не до них, я Полину из вида потерял.