Екатерина Аверина – Сводные. Стану первым (страница 12)
– Он просто очаровашка, правда? – раздаётся за моей спиной.
– Есть такое, – смеётся Южная. – Привет. Меня Лиза зовут. Мы вроде пересекались, когда маленькими были. А ты Полина. Будем считать, что ещё раз познакомились, – блондинка тянет ладошку моей сводной.
– Привет, – Поля немного неуверенно пожимает тонкие пальцы Лизы.
Девчонки удивительно быстро находят общий язык, и Лизка даже зовёт Полину на каток. Как раз на тот самый, где у меня должно быть свидание с победительницей розыгрыша.
– Вань, ты же не против? – подруга толкает меня в плечо. – Праздники скоро. Сидеть дома – преступление. Тем более в выходные.
– Если ты сама будешь за ней смотреть, – допиваю свой чай, стреляя взглядом в Полину. Её серые глаза возмущённо темнеют, я отворачиваюсь во избежание вчерашних спецэффектов.
– Ей же не три года, Коптель. Хорош быть таким вредным, – высказывает мне Лиза.
– А что, бывает как-то иначе? – скептически хмыкает Полина.
– Я тебе потом расскажу, – громким шёпотом обещает Лиза и подмигивает… мне.
Закатываю глаза. Начинается!
В дверь звонят. Пока девчонки болтают, иду открывать.
– Ты даже не представляешь, Димон, как я рад тебя видеть, – пожимаю ладонь Беркута.
Ухмыльнувшись, он снимает ботинки и идёт за мной на кухню. Тут же обнимает Лизу со спины и прижимается губами к её щеке. Она млеет, прикрывая веки. У них очень крутой тандем. Беркут – тёмная сущность, Лиза – светлая, а вместе они создают нечто дикое и прекрасное.
Для нас нормально. Мы что-то вроде семьи, только, наверное, крепче. А Поля опускает взгляд в свою чашку и кусает губы от неловкости.
Перекидываемся с Димой парой слов, и они уезжают. Проводив друзей, возвращаюсь на кухню. Полина моет чашки, а я снова пялюсь на её ноги.
– Чтобы дома была не позже десяти, – говорю ей.
– Одиннадцати, – торгуется.
– И где ты собралась мотаться до одиннадцати? – опираюсь плечом о стену и засовываю руки в карманы.
– А вдруг у меня будет свидание? – разворачивается ко мне, прислоняется ягодицами к тумбе.
– Никаких свиданий, пока ты живёшь в моей квартире и я за тебя отвечаю. В десять ты должна быть дома! Я всё сказал!
Глава 13
– Вань, – секретарша ректора рисует ногтями по моему животу, – а может, мне развестись? – переворачивается, садится на меня сверху. – Коптель! – шлёпает по щеке.
– Чего? – расфокусировано смотрю на красивое женское тело, без стеснения возвышающееся надо мной. От возмущённого дыхания тяжёлая грудь покачивается, соски торчат, а горячие ладони прижимаются ко мне.
– Ты где летаешь? Я с тобой разговариваю.
– Я сюда не разговаривать приехал. Голову мне выключи, как ты умеешь, – закрываю глаза и пытаюсь расслабиться. – Где тумблер, ты знаешь.
– Что же такого страшного в твоей голове? – она ёрзает по мне влажной плотью, наклоняется, целует в скулу, тянется к губам, но меня внезапно клинит, и я отворачиваюсь.
– Эй, – любовница мягко касается пальцами моей щеки и всё же ловит губы своими.
Я вроде как даже отвечаю на поцелуй, а в голове моей несусветная дичь: «А может, у меня свидание?»
В моём сознании почему-то никак не укладывается сама мысль, что моя персональная заноза в пятой точке может ходить на свидания. Мысль эта, мягко говоря, бесячая и никак не даёт мне выключиться, чтобы получить свою порцию кайфа.
– Вань, – горячие губы касаются моей шеи. – На вопрос мне ответь.
– На какой из? – уперевшись затылком в подушку, поднимаю подбородок, открываясь для поцелуев. Вся инициатива пока на ней.
– Может, мне развестись? – проводит языком по моим губам.
– Зачем? У твоего мужа бабки, влияние какое-то. Кто ты без него? Секретарша и моя любовница, – смотрю ей в глаза.
– Вань, а ты не охренел? – резко садится.
– Я предупреждал, – сжимаю обеими ладонями её упругие ягодицы и пересаживаю прямиком на член, – что разговаривать со мной сегодня плохая идея.
– Какой же ты… Засранец! – бьёт кулаком мне в грудь.
– А ты сосёшь мне в университетском сортире и аудиториях. Я приехал сюда, чтобы ты трахала мой член, а не мои мозги. Займись им, я тебя умоляю, – дёргаю бёдрами, скользя стояком по её горячей плоти.
– Козёл, – усмехается, убирая мои ладони со своей задницы и спускаясь ниже.
– Мне уйти? – дёргаю бровью. Она впивается ногтями мне в ногу и одновременно захватывает губами головку. – Схх, оуч, хорошо. Не останавливайся…
Она реально умеет это делать. Жадно, глубоко, страстно, с неподдельной любовью к моему члену. Только мысли мои всё равно крутятся где-то вне так желанного сейчас удовольствия. Там, где у стены на меня смотрели упрямые серые глаза. Или там, где длинные ноги были обтянуты кожаными штанами с яркими лампасами по покатым бёдрам.
Прибить её хочется! Даже в кровати с другой, сводная умудряется путаться под ногами и сбивать мне настрой. Кажется, я уже вечность не могу кончить. Оргазм ходит рядом, сводя мышцы и яйца. Бёдра дрожат уже, и от частого дыхания кружится голова.
Схватив любовницу за волосы на затылке, сам регулирую глубину и скорость, глядя, как мокрый член скользит между её губ. Тело, наконец, содрогается, и меня отключает на несколько секунд.
Она подтягивается, снова пытается поцеловать. Отворачиваюсь.
– У тебя что-то случилось, Вань? – водит губами по щеке и линии челюсти.
– Случилось… – снимаю её с себя и сажусь, взъерошивая и без того растрёпанные волосы. – Я поеду.
– В смысле? – возмущается мне в затылок. – А я? – её ладони скользят по моим плечам.
– Извини, – обычно я не оставляю женщин неудовлетворёнными, но сегодня явно не тот случай. – Сама.
– Ты серьёзно сейчас? – перестаёт тереться сосками о мои лопатки.
– Пока, – поднимаюсь и натягиваю штаны, валяющиеся у кровати. Подбираю футболку, иду в прихожую обуваться.
– Коптель, я же обижусь, – выходит меня проводить, накинув, но не завязав короткий шёлковый халатик.
Я лишь пожимаю плечами, набрасываю капюшон на голову и выхожу в подъезд. Мне плевать на её обиды, кроме периодического влечения я к ней никогда ничего не испытывал. Да и удобно иметь такие связи в универе. Через неё мы с парнями нередко закрывали некоторые свои вопросы по учёбе. Но нет, значит, нет. Найти другой вариант не составит большого труда.
Спустившись к машине, сажусь в салон и сразу же закуриваю, немного приоткрыв окно для вытяжки. Телу хорошо и приятно, а выключиться так и не получилось. Откинув спинку сиденья, дымлю в потолок, глядя, как по нему стелется дым и выползает наружу. Дотягиваюсь до панели, включаю музыку.
«Onelove» от Blind отлично ложится на настроение, заполняя дорогой салон Феррари качественным звуком. Я даже умудряюсь поймать в её строчках какой-то смысл, пытаясь применить к себе.
Поморщившись, ставлю трек на повтор, выкрутив громкость на максимум, и еду домой. Оставляю машину на своём парковочном месте, поднимаюсь в квартиру. Тихо, прихожая едва уловимо пахнет чужим парфюмом. Сняв верхнюю одежду, сразу ухожу к себе в спальню. Завожу будильник на пять, падаю лицом в подушку и наконец отключаюсь от этого странного вечера, который так и не принёс мне желанного удовлетворения.
С утра долго стою под душем, смывая с себя запах любовницы. Привычно обматываю бёдра полотенцем, с ухмылкой вспоминая, как Полина в прошлый раз на меня смотрела, когда мы случайно столкнулись в коридоре.
За дверью её спальни ещё тихо. У себя меняю полотенце на штаны и отправляюсь на кухню. Душа требует вкусного завтрака и хорошего кофе.
Заправив кофемашину, достаю из холодильника яйца, сметану, сливочное масло и шпинат. Будут запечённые яйца Флорентин от Гордона Рамзи. Так уж и быть, две порции, а то Поля опять сотворит какую-нибудь несъедобную дичь.
– Всё сам, всё сам, – смеюсь, отвлекаясь на пару глотков ароматного двойного эспрессо.
Пока духовка набирает свои двести градусов, топлю на сковороде сливочное масло, бросаю в него шпинат, морскую соль и немного душистого чёрного перца. Буквально несколько секунд перемешиваю.
Дождавшись, когда шпинат завянет, снимаю сковороду с конфорки и перекладываю её содержимое в специальные круглый формы, заранее смазанные маслом, чтобы вся эта прелесть не прилипла. Распределяю, делаю лунки в центре и, накинув куртку на голый торс, ухожу покурить на балкон. Всё равно надо, чтобы шпинат остыл.
Возвращаюсь, вбиваю в центр яйца, сохраняя желтки целыми. По краю очень аккуратно выкладываю немного сметаны, посыпаю щепоткой морской соли, перцем и мускатным орехом. Ставлю в духовку минут на десять примерно, но слежу. Вся фишка в том, чтобы белок схватился, а серединка осталась жидкой. И вот как раз сводная сможет помакать туда хлеб. Ей вроде как нравится.