Екатерина Антонова – Рожденная заново (страница 21)
— Да, есть. Вот адрес, куда тебе нужно приехать и передать ответ хозяина. Но поторопись, я не смогу долго их удерживать.
По дороге назад девушка крутила в руках тяжелое массивное перо. Медлить нельзя, Каин должен узнать о том, что произошло в усадьбе. Набрав его номер, она судорожно сжимала обтянутый кожей руль машины.
— Ева? — послышался голос Вуда, — что такое?
— Каин, у меня очень важные новости. До утра это не терпит. Я могу приехать?
Он немного помолчал.
— Хорошо, жду тебя в пентхаусе
Поднимаясь в одну из квартир Каина Вуда, девушка размышляла о том, что сказал волхв. Кого он удерживает? Почему у них мало времени? Квартира Вуда располагалась на последнем этаже. Там было, как всегда, темно. Каин впустил Еву, предлагая присесть. Но на это не было времени. Из душа раздавался шум воды. Значит, он не один.
— В чем дело Ева? — спросил мужчина, — на тебе лица нет. Редко можно увидеть тебя такой взволнованной.
Девушка рассказала ему обо всем: что узнала накануне и что произошло этой ночью. Затем протянула руку и положила перо на стеклянный кофейный столик. Вода перестала шуметь и Маша, обернутая в синее полотенце, выпорхнула из душа. Девушка удивленно уставилась на Каина и Еву.
— А она что тут забыла? Это же наша ночь, Каин — сказала она и смерила ночную гостью презрительным взглядом.
Ева фыркнула. Она не любила эту девицу за всепоглощающее высокомерие. Почему-то Маша считала, что если Вуд позволяет ей время от времени услаждать его взор, то она имеет на него какие-то права. Это бесило. Каин Вуд не принадлежит никому. У него, Евы и Мухорта есть цель, идея, которой они следуют. Любовь, отношения — не для них.
— Собирай вещи и езжай домой, — сказал изгнанник грубо, — я вызову такси.
— Но Каин! — она, словно кошка, стала ластиться к мужчине, но он никак не отреагировал.
Вуд поднялся на второй этаж, взял ее платье, затем туфли, сумочку и швырнул в Машу.
— У тебя десять минут, пока не приехала машина.
Девушка со слезами на глазах поковыляла в одну из спален. Оттуда послышался плач. Каин проигнорировал это и пригласил Еву на балкон.
— То есть все это время в рядах Совета была крыса? — спросил он, не скрывая улыбки.
Ева согласно кивнула.
— Ох уж эти правильные, добрые волхвы, несущие в мир идеи пропавшего пантеона. Ратибор обрадуется, узнав о том, что его главная шавка предала всех ради лучшей жизни.
— Ведьма сейчас у моего брата, — сказала Ева — может быть, стоит его предупредить?
— А ты как думаешь?
Каин холодно взглянул на девушку. От этого взгляда поползли мурашки. Ева отвела взгляд.
— Ради ведьмы, не более.
— Мне-то не ври. Значит, падре затеял какую-то опасную игру за моей спиной, — Каин затушил сигарету, — что ж, давай поиграем.
Глава 15
Я неоднократно здоровалась со смертью за руку. С самого детства она учила меня переживать потери. Потеряла память, саму себя и человека, ставшего мне отцом. Начала долгий и тернистый путь к познанию своего предназначения. Но смерть нанесла очередной сокрушительный удар, отняв последних близких людей. Не было слез, мыслей и страданий, была лишь пустота.
Весь мир словно перестал существовать. В голове образовался густой, плотный туман, закрывающий от боли. Сложно осознать, что человек, который еще вчера улыбался, строил планы на будущее, больше никогда не войдет в твою дверь и не осветит собой твою жизнь. Елена была светлым человеком, она могла простой улыбкой разогнать тьму внутри любого. А теперь у меня не осталось этого света.
Александр всю дорогу молчал, лишь изредка поглядывая в мою сторону. Когда мы приехали, молча взяла сумку и прошла в спальню. Алекс лишь проводил меня взглядом. Что теперь буду делать? Я же должна вести контракт Вуда? Не думаю, что босс хотела, чтобы я завалила это дело. Подавив печаль, решила погрузиться в работу. Открыв ноутбук, ввела данные учетной записи, затем открыла Outlook. На почте висело несколько писем, одно из которых прислал Каин Вуд.
Сердце предательски забилось. Он понимает?! Нет, ему нужна не я, а та сила, что сидит внутри. Алекс был прав, нужно дистанцироваться и прекратить думать об этом человеке. Я стала набирать ответ:
Отправить. Всё, Арефьева, забудь о нем, это птица не твоего полета. Я и не заметила, как прошло несколько часов. Солнце высоко стояло в небе, оповещая, что наступило время обеда. Но аппетита не было. Ни Александр, ни Чуку не заходили, видимо, считая это наиболее тактичным решением в сложившейся ситуации. Что ж, понимаю. Однако через некоторое время раздался тихий стук в дверь. Алекс принес поднос с двумя дымящимися тарелками.
— Тебе нужно поесть, — сказал он, — чем ты занята?
— Работаю, — отозвалась я, — только так я пока могу забыть о том, что произошло.
— Убери ноутбук и поешь, — в голосе моего спасителя послышались повелительные нотки.
С этими словами он поставил поднос на стол, затем протянул ладонь и выжидающе посмотрел на меня. Я закрыла компьютер и передала в руки мужчины.
— Не уходи… пожалуйста, — аккуратно схватила его за низ футболки, — боюсь, что если останусь одна, то умру.
Он с улыбкой сел рядом.
— Сегодня отличная погода, — сказал Алекс, пока я ковыряла ложкой в тарелке.
Как назло, аппетита не было, запах еды казался пресным, бесцветным. Вкуса и вовсе не ощущала.
— Ты есть будешь? — он аккуратно вытащил у меня из руки ложку, зачерпнул суп и поднес к моим губам.
— Алекс, не надо, — пока открывала рот, чтобы выразить возмущение, он сунул в него ложку с едой.
На мой злобный взгляд мужчина лишь улыбнулся.
— Прекрасно знаю, что такое потеря, — сказал он, — Я пережил уже не одну смерть, так что что-то в этом да понимаю. И первое правило — пока скорбишь, не забывай о себе. Да, аппетита нет, да, все вокруг кажется черно-серым, потерявшим краски, но ты жива, и ты здесь. Ты должна есть, Катя.
Наверное, он прав. Я взяла у него ложку и быстро умяла весь принесенный обед. На душе лучше не стало, но в теле появилось приятное чувство сытости. В какой-то момент, глядя на сидящего рядом Александра, совершенно потеряла контроль. Тело двигалось отдельно от мозга. Крепко обняла его, прижимаясь всем телом к широкой груди. Мужчина не отстранился и обнял меня в ответ. Почувствовав, что он не против, я села на него сверху и коснулась пальцами небритого подбородка. Он ошарашенно уставился на меня.
— Катя, я не думаю, что это сейчас уместно, — сказал он, однако даже не попытался меня сбросить.
— Почему? А когда уместно? — прошептала ему на ухо.
Ответом стало молчание. Я слегка коснулась губами его щеки, затем губ. Александр все еще не отстранялся. В тот момент мне было необходимо чувствовать себя значимой хоть для кого-то. Ты так добр ко мне, но почему у меня чувство, что разрушаю все хорошее, что произошло между нами? Прости меня, Александр, но иначе не могу. Я резко впилась в его губы, словно пытаясь спрятаться за нахлынувшей страстью. Он ответил на поцелуй, но затем подхватил меня и повалил на кровать, заведя руки за голову. Сердце бешено колотилось, я во все глаза смотрела на своего спасителя. Но он разжал пальцы и отстранился.
— Я понимаю, — сказал он, — прекрасно понимаю, как тебе нужна сейчас любовь и поддержка. Но не могу. Прости.
На глазах проявились слезы, которые я ждала с того самого момента, как осознала, что мои единственные близкие люди мертвы, что я совершенно одна. Как щенок, выброшенный на улицу и отчаянно жаждущий защиты. Внезапно вспомнила слова Каина Вуда. Возможно, он не так уж и неправ?
— Ох, Катя, — сказал Александр, — что же ты делаешь.
Внезапно накатил стыд, одиночество и желание убежать как можно дальше. Закрыла лицо, будто пытаясь спрятаться от Алекса, от себя, от всего мира. Он схватил мои руки, прижал к своим губам. Они были холодные, словно бескровные, а в глазах мужчины отпечаталось неподдельное страдание.
— Я тебя хочу, — сказал он еле слышно, — боги видят, как хочу. Но я не могу так поступить сейчас. Не сейчас, прошу. Не смотри на меня такими умоляющими глазами.
Затем он быстро встал, взял поднос и молча вышел из комнаты.
***
Остаток дня я провела, тихо рыдая в подушку. Больно, когда тебе отказывают, а еще больнее, когда ты понимаешь, что отказ человека связан не с желанием обидеть, а с безграничной заботой. Это все моя вина. Но как теперь смотреть Александру в глаза? Было так одиноко, так грустно, что хотелось испариться. Зачем вообще рождаются такие, как я? Которые постоянно цепляются за кого-то в надежде, что их примут, полюбят и будут заботиться. Когда люди уходят, эти люди остаются в одиночестве, снедаемые тоской и печалью, что не нужны никому в этом мире.
Вуд больше ничего не писал. Ближе к вечеру, когда закончила корректировать проект договора, я отправила его в юридический отдел, поставив в копию письма нашего директора и Каина Вуда. С полчаса тупо смотрела в экран в ожидании, что хозяин клуба «Venefica» напишет хоть что-то. Однако почта была пуста. Разобрав пару старых писем, я решилась выйти к остальным. В доме был лишь шаман, который разделывал тушки кроликов.