Екатерина Антонова – (Не) запретная для Альфы (страница 4)

– Томас Винтер выжил.

– Что? – обернулся, не в силах сдерживать ненависть.

– Его тело так и не нашли под завалами лаборатории. Мы объявили этого монстра мертвым, так как…

– Вам нужно было на кого-то свалить вину… – закончил фразу за него.

Принц вздохнул.

– Вы имеете право злиться. Но подумай вот о чем. Ради чего вы боролись? Я предлагаю оборотням мирную свободную жизнь. А не бесконечную месть!

– Знаем, плавали… – буркнул я, – так в чем предложение, высочество?

– Найди Винтера и приведи ко мне. Еще мне нужна помощь твоей стаи для обеспечения порядка на улицах.

– Не вмешивай их.

– Это необходимо. Мне нужен кто-то, кто сможет обуздать преступность среди оборотней. С людьми мы кое-как справляемся. Волки же по сути вне нашей юрисдикции.

– Ты купил все стаи в этой стране, – я довольно оскалился – вот пусть они тебе и служат.

– Твоя – самая подготовленная и многочисленная, альфа. И я не приказываю, а прошу. Как друг. И взамен готов предоставить важную информацию.

– Друг? Ты? – я прищурился, – пока нас пытали, насиловали и убивали ты сидел в своем дворце! А сейчас вдруг озаботился?!

В приступе ярости я смел небольшой столик, практически размолотив его в пыль. Но принц не шелохнулся.

– Я понимаю твою боль, – тихо сказал Роберт и в его голосе скользила едва скрываемая печаль, – но ничего сделать не могу. Оправдываться не вижу смысла. Могу лишь просить тебя о помощи.

– Мне не до тебя, высочество, – прорычал, успокаиваясь.

– А если я скажу, что могу дать взамен нечто бесценное лично для тебя?

Я устало плюхнулся обратно на диван, закрывая лицо руками. Как же это все бесит! Необходимо найти Аниссу, а не это всё. В голове начали всплывать черные и мрачные воспоминания.

После того как мы со стаей бежали прочь из особняка Мосс я не находил себе места. Зверь внутри выл, требуя вернуться к нашей девочке. Но стая была слишком изранена и истощена. Мы разместились по домикам лесничих, рассыпанных по этой части леса Гринстоун. Ни на миг я не забывал об Аниссе. И спустя четыре дня вернулся в тот особняк. Тогда уже объявили амнистию оборотням и можно было не бояться полиции. Но то, что увидел, повергло в шок. 

Внутри не было никого. Двери и окна оказались распахнуты. Я взлетел в спальню и увидел лишь мебель, накрытую белыми простынями. Что за чертовщина? Обошел весь особняк, как вдруг почувствовал чье-то присутствие. Это был кретин-Марк.

– Пришел все-таки? – как сейчас помню его, нахально сунувшего руки в карманы, с надменной улыбкой на губах.

– Где Анисса?

– Леди Уайтберд мертва, – сухо произнес он.

– Ложь! – злобно рыкнул на него, – я бы почувствовал.

– Зря не веришь, – сказал он с горечью в голосе, – после твоего бегства она пошла за тобой. Всю ночь бродила по лесу, звала и искала. Но, как я погляжу, ты не откликнулся.

– Нет… – земля ушла из-под ног, не давая поверить в слова этого кретина.

– Когда я ее нашел, было поздно. Леди Уайтберд уже не дышала.

Не помню, что он говорил после. В висках жгучей болью отражались слова: не дышала, не дышала… зачем она побежала за мной? Идиотка! Я был так потрясен, что обратился и рванул прочь. Рыскал по лесу в поисках хотя бы призрачного аромата Ниссы. И чувствовал. Легкий, едва заметный цветочный шлейф. Агнес нашла меня через день. По-моему, я почти свихнулся. Именно бета привела в чувство. Встряхнула, заставив прислушаться не к словам человека, а к собственным ощущениям.

Именно тогда я понял: моя леди жива. Но прячется. Не знаю, что ей пришлось перенести в этом лесу, но был намерен извиняться так долго как потребуется. Она простит, примет. Но шли дни, затем недели и месяцы. Аниссу я так и не нашел…

– Вряд ли ты в курсе моих проблем, высочество, – снова огрызнулся я.

– Я знаю многое, Лео. Например, что ты потерял истинную. Вернее, она сбежала. И также знаю, где ее прячут.

Сердце заходило ходуном внутри грудной клетки, до боли стуча о ребра. Он знает, где Нисса? Ответом на мой ошарашенный взгляд был лишь легкий кивок.

– Жду тебя в своей резиденции завтра вечером. Обговорим условия сотрудничества, альфа.

– Почему не сейчас?

– Тебе нужно все взвесить. Суток хватит, я думаю.

С этими словами наследный принц накинул на голову капюшон и скрылся за темно-алой шторой. Я же остался сидеть в полном непонимании. В голову снова заползли отвратительные воспоминания.

Боль потери долго не уходила. Смерть Аниссы была второй новостью после разграбления лаборатории Винтера и амнистирования оборотней. Все крутилось как в адском водовороте. Ее имя мелькало во всех СМИ, а я рвал и метал, потому что никто не имеет права произносить его, кроме меня. Она моя, моя! Нисса… 

Не удержавшись, явился на похороны. Огромный католический собор в самом центре Бриджтауна, множество папарацци и Агата Уайтберд – безутешная мать. Я старался скрыться в толпе, но в один момент оказался совсем рядом с делегацией этой стервы. Она рыдала у гроба, словно любила Аниссу. Но это не так. А когда направилась назад под щелчки фотокамер, задержалась совсем рядом со мной.

– У тебя хватило наглости явиться на похороны моей дочери, животное? – шепнула она.

– Херовая из тебя скорбящая мать, Агата. Неубедительно, – рыкнул ей в ответ.

– Я тебя достану, – затем зловещий стук каблуков стал удаляться, а я даже не взглянул ей вслед.

Прощание было каноничным. Не в силах терпеть этот фарс, я просто ушел. Бродил по Бриджтауну, пока ноги не принесли к тому самому клубу, где страдала моя сестра. Вход был запечатан красной лентой. Всю мебель вынесли, окна повыбивали. От былого блеска не осталось и следа. Именно тогда у меня родилась идея купить это место. Она унесла прочь страх перед тем, что находилось чуть дальше. Мотель, в котором я обрел счастье, а потом потерял всё. Спустя три долгих года так и не смог зайти туда. 

Не помню, сколько просидел вот так, в полном забытьи. Вспоминал черные моменты своей жизни. Но ведь тогда еще чувствовал себя живым, а сейчас словно пустая оболочка. Ни разу после нашей ночи у меня не было женщины и никогда я даже не думал о том, чтобы забыть свою девочку. Снаружи грохотала музыка, но даже она не могла заглушить вопли дикого зверя внутри. Я очень плохо пьянел, зато быстро трезвел. Но постепенно осознавал, что есть надежда. Если принц знает, где моя истинная, я всю Англию переверну вверх дном, но найду ее.

Глава 4

Резкий приступ тошноты заставил меня распахнуть глаза. На постели сидел Марк, в его взгляде читалось крайнее беспокойство. Последнее, что я помнила: это жесткий взгляд Томаса Винтера и улыбка, растянувшаяся на бледных губах ученого. Сейчас я была дома, лежала на своей постели. Но в душе уже поселилась тревога.

– Что с близнецами? – это было единственное, что волновало в тот момент.

– Они внизу, играют с моей мамой. Миледи, что вы увидели в парке?

– Ты не поверишь, – я отвернулась, зарываясь носом в подушку.

Он сгреб меня в охапку, затем крепко обнял. Рядом с этим мужчиной я ощущала спокойствие, но никакого влечения. Странная смесь. Почему-то Марк был мне кем-то сродни брату. Близкий, но без всякого намека на возможные отношения.

– Вы снова видели Томаса Винтера? – прошептал он.

– Да…

– Ясно, тогда прикажу своим прочесать город.

– Правда? – с благодарностью прижалась к широкой груди, – теперь ты мне веришь?

Надеюсь, когда-нибудь Марк найдет свою судьбу. Я растянулась на постели и задумалась. Когда-то была богатой леди, носила только лучшие платья, каждую неделю посещала косметологов, маникюрщиц. Сейчас мои ногти все сломаны, волосы посеклись из-за дешевого шампуня. Но возвращать ту жизнь не хочу. Спрыгнула с постели, немного привела себя в порядок и спустилась вниз. Родители Марка прекрасно ладили с близнецами. Поэтому я могла спокойно оставлять малышей на них. Но злоупотреблять добротой пожилой пары нельзя.

Маленький Леонард сидел на коленях матери моего спасителя и щебетал что-то на своем детском языке.

– О, а вот и мамочка, – пожилая женщина пересадила малыша ко мне на колени.

Обняла своего сына, прижимая к сердцу. Он такой приятный, пахнет молоком и овсяными хлопьями. Почти белые волосики напоминали, что я когда-то была блондинкой. Глазки Лии стремительно закрывались, и Леонард начал тянуть к сестре свои ручки. Мы с Марком унесли засыпающих близнецов в кроватку.

– Я не дам вас в обиду, – почти прорычал мой спаситель, – убью любого, кто подойдет близко и попытается навредить.

– Спасибо, – я потупилась, – буду ложиться…

Мужчина понял намек и, грустно вздохнув, удалился. Залезла в душ, тщательно вымылась и обернулась полотенцем. Лео. Я каждый день думала о своем волке. Любовь к нему никуда не делась.

– Миледи, прошу! – взмолился Марк, когда я сидела в окне своей больничной палаты, свесив ноги вниз, – слезайте и вернитесь в постель.

– Отстань от меня! – крикнула ему, вытирая слезы с бледных щек, – все вы, оставьте меня в покое!

– Анисса.. – выдохнул мужчина, протягивая ко мне руки, а я машинально подалась вперед.

Плохо помню, что было потом. Крики, болезненные уколы и страшные, навязчивые сновидения. Они терзали, разрывая душу на части. Я видела лицо Лео. Бежала за ним, а крючковатые ветви тянули вниз, в холодную землю. Так шли дни, недели. Но однажды…

– Джейн? – ко мне зашел лечащий врач, держа в руках небольшую папку.