Екатерина Антонова – (Не) запретная для Альфы (страница 22)

– Это не ваше дело.

– Тогда нет.

– Что? Я имею право!

– Сука, укравшая чужих детей, никаких прав не имеет, – оба заржали.

Ладно, разберусь на месте. Потребую звонок в случае чего. Либо пойду на крайние меры. До участка доехали быстро, меня чуть не за волосы выволокли и потащили в небольшое серое одноэтажное здание с вывеской “Департамент полиции Сьювиджа”. Как и весь городок, оно было совершенно безликим и унылым. От наручников уже болели запястья, но эти констебли словно нарочно постоянно дергали меня за руки. Усадив напротив жалкого подобия ресепшена, пристегнули мои руки к подлокотнику и направились к сидящей за столом женщине.

– Оформи эту бродяжку. Украла детей, дорогую машину. Возможно, в базе числится.

– Никого я не крала! – воскликнула, но тут же потухла под жестким взглядом констебля, – это мои дети…

Почему мне никто не верит? Боже, что же делать? Лия и Леонард не справятся без меня, мы с самого их рождения всегда были вместе. Внутри меня ожила самая настоящая волчица. Еле держалась, чтобы не сорваться с места и не перегрызть глотки этим тупым провинциалам. Я – Анисса Уайтберд! Как они смеют держать меня в таком месте?

– Готово, ведите в пятую, – бросив на меня презрительный взгляд, тетка с ресепшена продолжила возиться с бумажками.

Им всем плевать. Лео, как же ты был прав. Люди – черствые и равнодушные создания. Они отняли моих близнецов, ни в чем не разобравшись. А сейчас ведут в клетку. Практически швырнув меня внутрь, они захлопнули кованую дверь.

– Я хочу свой звонок, – прорычала, вложив всю злость, – иначе вы все пожалеете.

– Да ты что? – хохотнул сопровождающий меня коп.

– Вы не знаете, кто я такая, – и все-таки решилась.

– Очень интересно, – он приблизился и облизнулся, – поделись-ка цыпа.

– Я – леди Анисса Уайтберд! – выпалила и вокруг повисло гробовое молчание.

Глава 17

Голубая трава мягко касалась моих босых ног. С трудом открыв глаза, огляделся. Бесконечное поле, усеянное васильками, терялось за горизонтом, соприкасаясь с небом, усыпанным миллионами ярких звезд. Они ласкали взгляд, позволяли забыть обо всем, что когда-либо волновало. Я сел на землю. Она оказалась теплой, какой-то домашней. Провел рукой по голубым цветам. И вдруг сердце защемило. Резко, сильно. Так, словно я забыл нечто очень важное. Но ведь есть лишь я и эти мириады звезд. 

Откинулся на спину, вглядываясь в небесные светила. О! Одна вдруг упала, оставив за собой лишь яркий серебряный шлейф. Бедняга! Улыбнулся. Внезапно в голове вспыхнула картинка. Следом за ней еще одна. Голубые глаза, полные тревоги, алые губы и белые волосы. Кто это? Почему мне кажется, что не имею права забывать? Я снова сел, закрывая лицо ладонями. Почему руки дрожат? 

– Нравится здесь? – послышался ласковый женский голос.

Он был повсюду, им говорили лепестки васильков и мягкая земля. Свет звезд наполнял эти слова.  Впереди стояла волчица, огромная и белая. Густая шерсть переливалась в лунном свете. Клянусь, я видел каждый волосок, искрящийся десятками крошечных серебристых огоньков. Казалось, что это существо переливается, светится. 

– Ты кто? – я попытался принять волчью форму, но не смог.

– А кого ты хочешь видеть? – она лишь смотрела, но я слышал слова в своей голове.

– Я не должен быть здесь! – подскочил, подстегиваемый каким-то внутренним инстинктом.  

– Верно, – мягко произнесла волчица, – но ты здесь.

– Я умер? – страшная догадка парализует все тело, – но как же. Черт! Не могу вспомнить! 

– Долг превыше всего. Да, альфа? – спросило существо.

Альфа… точно! Я вожак и попал в западню. Но почему не помню деталей? История будто ускользала, как песчинки сквозь пальцы. Что случилось, почему я здесь, если должен быть в другом месте?

– Ты борец, Лео, – произнесла волчица, – я не ошиблась, выбрав тебя.

Лео? Это мое имя? Почему внутри все переворачивается? Да твою же мать! Сжал пальцы с такой силой, что если бы у меня была кровь, то она бы хлынула из разорванных ран. Но ничего не почувствовал, словно мое тело было соткано из мягкого облака. Интересное ощущение.

– Нередко после серьезных ошибок нам дается второй шанс. Ты его заслужил… преданностью оборотням, сумев поставить их благополучие выше своего. Смелостью признать свои ошибки. Решимостью взглянуть в глаза этим ошибкам. И глупостью за них умереть.

– Ты… – я понимал, душой чувствовал, кем является эта волчица.

– И я даю выбор. Ты много страдал, мой волчонок. Вынес то, что ни один рядовой оборотень бы не смог. Останься здесь, подле меня и забудь обо всей боли, что тебе пришлось пережить. Либо вернись и продолжи борьбу. 

– Мать-луна… – сорвалось с губ.

– У тебя один шанс, сын мой.

– Я должен вернуться! Не помню, зачем и куда, но чувствую, что меня ждут! – выпалил настолько уверенно, насколько смог.

Ведь безмятежный шелест васильков так и манил. А там, за завесой черного неба меня ждет боль. Такое чувство, что она подбирается все ближе, я уже ее ощущаю кончиками пальцев. Но васильки… перед глазами вновь мелькнула картинка: небесно-голубое платье, сжатые на коленях кулачки и взгляд, не терпящий отказа. Она ждет меня! 

– Так тому и быть. Взамен я помогу твоим близким обрести вновь потерянное… прощай, непокорный альфа. Пусть моя сила послужит благому делу. И помни: жизнь – самое большое сокровище. Чья бы она ни была…

– Что?

Но волчица уже исчезла, а я ощутил прилив боли. Затем ярости. А следом эти два чувства сплелись тугим узлом в моей груди.

– Черт! Черт! – вырвалось из горла, и я с треском шмякнулся на пол.

От боли изверг еще несколько сочных ругательств. У меня болело все тело. Хотя это еще мягко сказано. Я чувствовал, словно по венам вместо крови течет яд вперемешку с электрическим током. Под кожей постоянно простреливало то тут, то там. Мышцы одеревенели и от каждого действия хрустели, доставляя сильный дискомфорт.

– Эй! – женский голос слегка привел в чувства, – не смей ругаться в моем доме!

Продрал глаза. Сквозь алую пелену, и дикий вой раненого зверя внутри увидел огненно-рыжую вспышку. Реальность приходила не сразу, будто открывая паззл по кусочкам. Сморщился, ведь на языке крутилось множество нецензурных слов на родном языке. Попытался опереться на руки, но с грохотом рухнул лицом в пол. Твою мать! Но я жив… жив! Лежа мордой на пыльным деревянных досках, улыбался как идиот. Я вернулся к ней.

– Где я и кто ты? – прорычал, но в итоге с губ сорвался лишь жалкий хрип.

– Моя стая спасла вас от нападения, – голос будто рассеивался по комнате.

– Остальные живы?

– Да. Потрепаны, но на тот свет не отправились. Тебе больше всех досталось. – она попыталась мне помочь, но я оттолкнул ее руку, самостоятельно вползая на постель с дико неудобным и жестким матрасом.

– Спасибо. Но нам нужно идти.

– Куда? Ты и встать сам не сможешь.

– К ней…

– Твоей женщины там не было, так что предположу, что она в безопасности, – пожала плечами рыжая волчица.

Усевшись, я наконец-то смог сфокусироваться я рассмотреть свою спасительницу. Приятная женщина примерно моего возраста с огненными волосами до ягодиц. Она была одета в клетчатую рубашку и джинсы. Ощутил исходящую от рыжей ауру власти. Значит, она тоже альфа.

– Почему вы так далеко от стаи? – спросила она, присаживаясь рядом со мной.

– Дела были… – отрезал я, вновь пытаясь подняться, но лишь завалился на постель.

– Почему они на вас напали? – продолжала допытываться она.

Схватился за голову, испытывая мощный прилив боли. Черт! Волчица аккуратно коснулась моего плеча, и я мгновенно сбросил ее руку.

– Не трогай меня, – рыкнул ей, – спасибо, конечно за спасение, но мне нужно идти.

– Ты сильно ранен, альфа. Сейчас приведу твоих друзей, и вы мне все расскажете. Иначе выкину всех на мороз.

Ничего себе заявления! Сильна. Я поднял руки, смиряясь с ее словами. Все-таки, нужно быть немного более благодарным. Но все мысли в перерывах между всплесками адской боли крутились вокруг Аниссы и близнецов. Успела ли она уехать? Как далеко? Нужно срочно их найти! Надеюсь, она связалась с Агнес. В дверь вошли Кайл и Дэн. Оба выглядели, мягко говоря, не очень. У профессора была перевязана голова, а бородач сильно хромал на одну ногу.

– Мы думали, не выкарабкаешься, – бета присел рядом со мной.

– По-моему я умер, – констатировал факт, – но меня вернула… мать-луна.

– Ты видел богиню?!

В дверях показалась рыжая, рядом с которой мялись пару детишек. Их глаза лучились любопытством, но они стеснялись подойти. Мальчик и девочка. Молодые волки, новое поколение. Как же там мои малыши? Эх.

– Какая она? Большая? Сильная? Опасная? Расскажи! – они наперебой задавали вопросы и в конце моя голова снова страшно разболелась.

– Прекратите. Сейчас же идите к матери! – гаркнула рыжая.