Екатерина Антонова – Говорящая с драконом (страница 42)
— Да, генерал.
Тень с грохотом опустилась на землю и начала расползаться в стороны. Затем раздался низкий, утробный смех, от которого я вздрогнула. Из тёмного тумана вышла… нет… выплыла фигура в тёмном плаще.
— Надо же… два наследника, — в голосе мага слышалось ликование, — значит, я с лихвой утолю свою жажду мести…
— Попробуй, — на пальцах Рино заиграли льдинки.
— Он мой, — прорычал Рейн и вышел вперед, — сражаться с детьми низко даже для бесплотного духа, Крайвен.
Я выпучила глаза.
— Они знакомы? — спросила принца.
— По всей видимости.
— Рейн! Ты совсем не изменился. Мямля, — ухмыльнулся тот, — детишек защищаешь. А мог бы принять величие тьмы.
— Мне это не нужно. Я и так великий, — генерал первым бросился в атаку.
Если бы я писала книгу об этом сражении, то назвала бы её «танец теней среди костей». Оба мага не уступали друг другу в мастерстве. Но Рейн был из плоти и крови, так что ему приходилось тяжелее.
Он уставал. Его можно было ранить.
А дух сражался так, словно сам мог погибнуть. Неужели мой отец так сильно его унизил? Что даже после смерти тёмный маг не может оставить принца в покое. Отпустить и уйти в лучший мир?
— Рейн, сзади! — крик Рино вырвал меня из мыслей.
Увидела, как генерал замешкался, и его враг не преминул этим воспользоваться. Однако…
Ледяная стрела принца вонзилась прямо в спину бесплотного мага, пробив её, словно мягкую ткань. Дух взвыл, и генерал успел прочитать заклинание.
Вой духа стал отчаяннее. Он бился, взлетел высоко в небо и там лопнул, рассыпавшись тёмными частицами по всему кладбищу.
Моё сердце быстро колотилось. Я не верила…
— Всё? — взглянула на свои запястья.
О проклятии напоминали лишь глубокие темно-фиолетовые следы на коже. Рейн упал на колени. Его тело неестественно изогнулось, из горла вырвался крик, от которого душа ушла в пятки.
Каци подбежала к генералу.
— Галь, Рино! Помогите! — крикнула магам, — его нужно уложить!
Когда они обсуждали падение Рейна во тьму, я не думала, что это настолько страшно.
— Були, — прошептала, привлекая внимание драконицы.
— Рррр, — муркнула она, глядя на меня.
— Спасибо тебе.
Драконы выглядели на удивление хорошо. Только Обсидиан с болью в жёлтых глазах смотрел на своего наездника. Рино и Гальви уложили Кроу на землю. Кацияма взяла его за руку.
Закрыла глаза и начала раскачиваться из стороны в сторону.
— Ну всё… — принц плюхнулся на землю, спиной прижался к крупному драконьему черепу, — теперь остаётся только ждать.
Глава 43
Рейн
Тьма. Я родился с ней. В её объятиях и погибну.
— Уходи! — голос брата кнутом хлещет по сердцу.
Резко развернулся, увидев Дариуса. Он держал в руках камень. А в его тёмных глазах лишь боль. Вокруг деревенские мальчишки. Им весело издеваться надо мной.
Я сорвался с места, побежал, куда глаза глядят. Мне вслед летели камни, ветки, какие-то даже подобия огненных и ледяных стрел.
Скрылся в лесу. Долго бродил, запрещал себе рыдать. Я и правда виноват. Мама… наша с Дариусом мама погибла из-за моей силы.
Нашел большой, ровно спиленный пень и сел на него. Внезапно ощутил прикосновение ледяных пальцев.
— Бедный маленький Рейн, — послышался сочувствующий женский голос, — никто тебя не любит.
Но я знал, чей это голос… ОНА…
Моя вторая мать. Тьма. Не бросает попытки переманить меня на свою сторону.
— Оставь меня в покое! Это всё из-за тебя!
— О, юное дарование! Ты ничего не понимаешь! Они — лишь глупое стадо, которое боится каждого, кто лучше. Сильнее.
— Замолчи! — я закрыл уши руками, но голос звучал где-то в моей голове.
— Я часть тебя. Хочешь, покажу тебе кое-что? Такого же потерянного малыша, отмеченного тьмой?
— НЕТ!
— Пойдем Рейн Кроу, вместе вы станете великими…
И я пошел. Не знаю, почему. Не потому ли, что глубоко в душе хотел этого всего?
Власти. Силы. Величия.
Но тогда мной двигало любопытство. То, на которое способны лишь дети. И она…
Она?
— Генерал, — яркая улыбка девушки возникла перед глазами.
— Кто ты?
— Возвращайтесь, пожалуйста… — она аж светилась вся.
Но прошёл сквозь неё. Двигался, словно тень. И на самой окраине леса увидел брошенную кладку чёрных драконов. Там было два яйца. Одно побольше. Массивное, с шипами.
И второе: маленькое, гладкое, на фоне первого выглядящее весьма скромно. Но меня потянуло именно к нему. Я коснулся яйца, но меня ошпарило словно кипятком.
— Обсидиан, — плюхнулся рядом, чувствуя странный подъем душевных сил.
Обсидиан…
Мой единственный друг.
Ведь внутренняя тьма не друг, а инструмент.
— Зря ты так думаешь. В качестве друга я могла бы…
— ЗАТКНИСЬ! — прорычал и вдруг все вокруг пропало.
Пустая поляна. Вокруг голые камни. Я подошел ближе, присел. Рассмотрел голову голема. Огромную, размером с крупного кантера. Они были повсюду. Человеческие кости вперемешку с расколотыми камнями. Уже заросли травой…
— Это сделал ты… друг мой, — снова голос тьмы ворвался в сознание.