Екатерина Анфиногенова – Стихи – высокоточное оружие! (страница 4)

Я искупаюсь, как в святой воде,

Тогда прервать мой путь тебе навстречу

Не доведется никакой беде.

Ты верь и жди, что я вот-вот приеду,

И на столе пускай стоит обед.

А наша вера общая в Победу -

С войны домой обратный мой билет.

Игра на барабанных перепонках

За нашей спиной остаётся Донецк.

Трясёмся в убитой «буханке».

И скоро – мечтаем мы все – наконец,

Очнуться от страхов подранка.

Но нет. Не выходит. И просто хлопок

В ушах отзывается взрывом.

Наш город давно превратился в окоп,

Где бахает без перерыва.

Сначала не верили, после – подвал,

И копоть от масляной свечки.

В кровавые игры безумец играл.

Игрушечные человечки.

Здесь сутки – за месяц, неделя – за год,

Кошмар погружает в дремоту.

И дверь, как в руках неумелых фагот,

Скрипит вслед за ищущим воду.

Добыл и вернулся. Мы поим детей.

На свечке сварили картошку.

Над нами – плита толщиной в канитель,

Лишь звук – наш надежный помощник.

Мы выжили с этим, и мы не умрем.

На нерве истерзанно – тонком

Записано крупно, кто адским огнём,

На наших играл перепонках.

Той стороне

Куда же совесть с памятью пропали?

Они не пропадали. Их продали.

А заодно отсыпали задаром

Родной язык да дедовы медали.

Донецкая герань

На подоконнике – герань,

Как будто нет войны.

Как будто не кричат от ран,

И взрывы не слышны.

И у девчонки-сироты

Жива-здорова мать,

Ей дочь собою от арты

Не нужно закрывать.

И не спасает дверь в подвал

От смерти беглецов -

Сюда приходят, как всегда,

За банкой огурцов.

И к звуку мин во время сна

Не надо привыкать.

И не сдвигают от окна

В дверной проем кровать.

Цветёт герань в чужом окне,

И, значит, за окном

Живут, и вопреки войне.

Свой очень любят дом.

В ночной тревожной тишине

Ждут брата и отца.

Победы ждут. Назло войне.

С Россией. До конца.

Команда «Триста! Тридцать! Три!»

Команда: «Триста! Тридцать! Три!» -

Пусть кто-то нас боготворит,