Екатерина Алферов – Кинноте. Золотая Бабочка. Пробуждение (страница 112)

— Но ведь не все согласны с изменениями? — спросила девочка-киборг, её оптические сенсоры мерцали от беспокойства.

— Нет, не все, — я посмотрела в окно, где виднелись следы недавних боев, которые ещё предстояло устранить. — Изменения всегда пугают. Особенно тех, кто привык к старому порядку.

[Анализ социальной обстановки]

[С█противление р█формам: умеренное]

[Акты дискриминации: снижаются]

[Общественная поддержка: растет]

[Тенденция: позит█вная]

На моем внутреннем дисплее появилось сообщение от Тору — краткий отчет о предотвращенной провокации. Некоторые всё ещё пытались разжечь вражду, но теперь у нас были силы и средства этому противостоять.

— Знаете, — продолжила я, возвращаясь к уроку, — один древний поэт сказал: «После самой долгой ночи приходит рассвет». Мы пережили эту ночь. Потеряли дорогих нам людей…

Я на миг замолчала, вспоминая их всех — Хидео, чьи рекомендации и записи теперь стали учебником для молодых техников; Рин, пожертвовавшую собой ради спасения других; Акико, защитившую системы жизнеобеспечения ценой собственной жизни.

[Доступ к памяти]

[Загрузка воспоминаний…]

[Эмоцион█л█ный отклик: сильный]

[Статус: сохранение активно]

— Но их жертва не была напрасной, — мой голос окреп. — Каждый из них верил в будущее, где неважно, из чего сделано твое тело — важно только то, что у тебя в душе.

Мидори подняла руку:

— Сенсей, а можно мы нарисуем на стене школы большую золотую бабочку? Чтобы все помнили?

Я улыбнулась, глядя на этих детей — человеческих и киборгов, сидящих вместе, спорящих, смеющихся, учащихся понимать друг друга:

— Можно, Мидори. Это хорошая идея.

За окном медленно просыпалась станция. Ремонтные бригады, состоящие из людей и киборгов, восстанавливали поврежденные секции. В больницах врачи всех типов работали бок о бок. В школах дети учились не замечать различий.

Мы всё ещё делали первые шаги. Впереди был долгий путь, полный препятствий и сложностей. Но теперь у нас была надежда. И память о тех, кто отдал всё, чтобы этот путь стал возможным.

Как сказал бы Басё:

あたらしき

よのあけぼのに

ちょうまう

(Atarashiki

Yo no akebono ni

Chou mau)

В рассвете новом

Бабочка танцует здесь —

Путь начат вновь.

…После уроков я часто приходила в сад памяти — небольшое пространство рядом со школой, где ученики высадили живые цветы в память о тех, кто отдал жизни за новый мир. Мои сенсоры привычно отмечали изменения с прошлого посещения:

[Анализ окружения]

[Раст█ний: 47]

[Состояние: здоровое]

[Н█вые посадки: 3]

[Температура: оптимальная для роста]

— Я знал, что найду тебя здесь, — голос Юкио прозвучал за спиной. Он всё ещё опирался на трость — последствия ранений давали о себе знать, но врачи говорили, что со временем он сможет ходить без неё.

— Сегодня Мидори посадила хризантему для Акико, — я указала на новый цветок. — Сказала, что серебристые лепестки напоминают ей о цвете её корпуса.

Юкио встал рядом со мной. Его рука нашла мою — живая плоть переплелась с механическими пальцами. Мои сенсоры зафиксировали лёгкое дрожание в его пальцах — признак усталости.

— Тебе нужно отдохнуть, — заметила я, помогая ему сесть на скамью.

— Позже, — он улыбнулся. — Сначала хочу рассказать новости. Помнишь Сакуру, девочку из первой группы спасённых?

Конечно, я помнила. Моя система мгновенно извлекла данные:

[Доступ к архиву]

[Сакура ██████]

[Возраст: 12 лет]

[Статус: сп█сена из лаборатории]

[Текущее состояние: реабилитация]

— Она сегодня впервые пошла без поддержки, — продолжил Юкио. — Новые импланты полностью интегрировались. Доктора говорят, через месяц сможет вернуться в школу.

Я почувствовала, как теплеет процессор — мой эквивалент улыбки:

— Она всегда была сильной. Даже в лаборатории не теряла надежды.

— Как и ты, — Юкио сжал мою руку. — Знаешь, когда я решил остаться и создать сеть помощи… Я думал о тебе. О том, как ты никогда не сдавалась, даже когда казалось, что всё потеряно.

[Анализ эмоционального состояния]

[Т█мпер█тура процессора: повышена]

[Нейронная активность: нестабильна]

[Причи█а: сильные чувства]

— Я злилась на тебя, — призналась я тихо. — Когда узнала, что ты остался, рискуя жизнью… Но теперь понимаю.

Мы помолчали, глядя на цветы. Каждый из них имел свою историю, своё имя. Хризантема для Акико. Красные розы для Рин. Жасмин для Хидео — он всегда любил его запах в своей мастерской. Кто бы мог подумать так про нашего сухаря.

Тору появился беззвучно, несмотря на свой массивный корпус. После ремонта он двигался иначе — более плавно, словно наконец принял свою новую сущность.

— Простите, что прерываю, — его голос звучал мягче обычного. — Но дети собрались в актовом зале. Они хотят показать что-то особенное.

В актовом зале нас ждал сюрприз. Дети — и обычные, и киборги — подготовили представление. Они рассказывали истории о героях сопротивления, о дружбе, что оказалась сильнее предрассудков, о надежде, что помогла выжить в самые тёмные времена.

[Анализ выступления]

[Участников: 34]

[Интеграция: полная]

[Эмоциональный фон: позитивный]