Екатерина Алешина – Дом номер тридцать (страница 33)

«Вызов демона», – набрала она в поисковике.

На Леру посыпались тонны потомственных гадалок и демонологов всех мастей. В куче бесполезной информации девушка отыскала пару занятных видеороликов. В первом без лишнего пафоса проводился сравнительный анализ одержимости с точки зрения психологии и с точки зрения экзорцизма. Лера не до конца понимала, зачем ей это, но ведущий сумел с первых слов привлечь внимание девушки. В завершение приводились использованные источники. Лера сохранила их. Во втором ролике некий священник из глубинки давал интервью на тему экзорцизма. Сначала Лера отнеслась скептически к подобной информации и собиралась уже закрыть окно просмотра, как вдруг на записи прозвучало:

– Понимаете, после он говорил, что это голос приказал ему спуститься в подвал.

Девушка перемотала обратно и стала смотреть внимательнее. Одна из историй священника пугающим образом перекликалась с бабушкиной, той, о которой Лера до недавнего времени и не знала. По спине пробежал холодок, ладони вспотели.

«Ерунда, – сказала себе Лера. – Неужели я стану верить какому-то видео из сети?» И всё же толика логики присутствовала в рассуждениях священника.

Лера почувствовала: не хватает совсем немного информации, чтобы осознать картину целиком. Где-то на задворках сознания уже существовал ответ на её вопрос.

«Может, я всё же не схожу с ума?»

Просмотрев видео два раза, Лера стала искать информацию о Субботиных. С этим дело обстояло сложнее. Казалось, будто каждый ресурс скопирован из одного и того же источника. Один автор пересказывал сухие факты своими словами, а другой и не утруждался вовсе. Всё сводилось к одному: простому описанию заслуг и краткой биографии. Позже стали попадаться обрывки сплетен, баек и легенд. Но Лера уже всё знала от Никиты.

Она перестала листать электронные страницы, только когда заболели глаза. От неудобной позы затекла спина. Лера слезла с подоконника, потёрла виски, размяла шею, посмотрела на себя в зеркало трельяжа: усталый вид, под глазами синева, короткие волосы лежат небрежными волнами.

– Укладка по тебе плачет, – сказала девушка своему отражению.

Вдруг, глядя на тумбу трельяжа, Лера вспомнила про кулон и про то, как бабушка мертвенно-бледной рукой указала сюда – в этот угол.

Девушка судорожно выдохнула, опустилась на колени и принялась шарить рукой внутри тумбы. Достав кулон, она сжала его в ладони. Металл показался ей странно прохладным.

В инстинктивном порыве Лера метнулась к буфету, раскрыла дверцы. Шкатулка была на месте.

– Как? – неверяще выдохнула девушка.

«Бестолочь, – сказала она себе. – А сразу не могла проверить?»

Лера помедлила пару секунд, снова сомневаясь в собственном рассудке. Потом взяла шкатулку, поставила на стол, раскрыла. Внутри лежала старинная фотография, та, которую отдал девушке Никита, и никаких жуков.

Дрожащей рукой Лера достала фотокарточку, присмотрелась. Лица было не разобрать. Но платье уж очень напоминало наряды Нины.

Девушка поднесла украшение к фотоснимку, приложила. Изображение не отличалось чёткостью. Но контуры кулона на старой фотографии повторяли изгибы искусной оправы того, что Лера держала в руке.

Рубиновый камень сверкал гранями, испуская кроваво-красные отблески.

«Это точно он», – уверилась девушка.

Сразу стало не по себе, появилось ощущение нереальности происходящего. Лере показалось, будто она спит и снова видит кошмар.

Неожиданно в дверь постучали. Лера второпях положила кулон в шкатулку, захлопнула крышку.

– Лера, ты дома? – прозвучал голос тёти Зои.

Девушка открыла дверь.

Соседка держала за руку Дашу.

– Лера, ты очень занята? – спросила она.

– Да нет, – растерялась девушка.

– Милая, выручи, пожалуйста! Не с кем внучку оставить. На пару часов, может, и того меньше. Можешь приглядеть?

Лера не успела раскрыть рот, как тётя Зоя стала путано объяснять про направление, поликлинику и то, как сложно получить талон.

– А тут позвонили, нужно идти. А то в следующий раз бог знает когда направление дадут, – закончила соседка.

Лере было сложно сосредоточиться на рассказе тёти Зои. Она просто кивнула неуверенно.

– Хорошо. Думаю, справлюсь.

– Ой, спасибо, милая. Я её покормила, так что не голодная. Ключ ей дала, если что надо будет. Она у меня большая уже, хлопот с ней не будет. А я, может, скоро вернусь.

– Да не торопитесь, идите спокойно, найдём чем заняться, – ответила Лера.

Глава 19

– А ты писательница, да? – с детской непосредственностью спросила Даша.

Лера усмехнулась и кивнула.

– А про что ты пишешь? – продолжала спрашивать девочка.

Лера задумалась: «Действительно, про что?»

Даша теребила свою косичку и откровенно скучала.

– Думаю, про любовь и приключения, – объяснила девушка как можно проще. – Но все истории разные, каждая про своё. Ты в каком классе учишься?

– Я только в сентябре в школу пойду, – поделилась Даша.

– Точно, – протянула Лера. – Ведь сейчас не каникулы.

Она лихорадочно соображала, чем бы занять ребёнка.

– Телик работает? – с надеждой спросила Даша.

– Не знаю, я его не включала. Ну, давай, попробуем.

Пока Лера пыталась оживить старый телевизор, девочка села за стол и принялась бесцеремонно всё разглядывать.

– Ой, а это что? – Она раскрыла шкатулку.

– Не трогай! – выпалила Лера чересчур грубо.

Даша отдёрнула руку и сказала как ни в чём не бывало:

– А я видела такой.

– Кулон? Где?

– На девочке.

Леру пробрал озноб.

– На какой девочке? – встревоженно уточнила она.

– Здесь девочка живёт, очень странная. Я не хочу с ней играть, – ответила Даша.

Лера не на шутку забеспокоилась.

– Описать её можешь? – попросила она.

Даша наморщила лоб, будто вспоминая.

– У неё такое платье с рюшечками как на праздник, только грязное. На это похоже, – Даша вынула фотографию из шкатулки. – И причёска похожа. А это кто?

– Это старая фотография из подвала. Не знаю, кто на ней, – ответила Лера, а у самой сердце стучало в ушах.

– А у тебя она откуда? – не унималась любопытная девчушка.

– Никита дал. Он любит собирать всякое старьё, – машинально ответила Лера.

– А его можно тоже на «ты» называть? Бабушка меня ругает. Говорит, что старших надо на «вы», – поведала Даша.

– Сама у него и спросишь.