Екатерина Адасова – Фейерверк жанров (страница 2)
…Сани помчались в Великий Устюг. Морозам предстояло много работы…
Новый 2025 год настал как положено. Вьюга, задобренная юным Дедом, простила мальчика, и теперь письма приходили в канцелярию вовремя. Машенька и малыш из Болдино получили свои подарки из рук Морозика. Вернее, из-под дверей. Но Дедушка проследил, чтоб ровно в полночь эти презенты оказались в руках ребят.
А наш герой больше никогда не плакал. Он знал, что в него верят. Значит, волшебство будет жить вечно.
Монстр под кроватью у Пети
Евгения Шевцова
Фэнтези
– Спокойной ночи, малыш, – прошептала мама у дверей и оставила Петю одного. Хорошо хоть фонари еще не погасли. И не так страшно. Петя сжался комочком под одеялом. Неделю назад ему исполнилось 7 лет. Совсем большой, в сентябре пойдет в школу. Стыдно бояться. Но он боялся: темноты, тишины и главное – монстра под кроватью.
Он там был – Петя это знал наверняка. Иначе кто так тихо шуршал посреди ночи, а утром мама находила фантики от конфет под кроватью? Петя их точно не ел. Тогда кто? Монстр. Без сомнения – монстр.
Петя прислушался – тихо. Никого. Можно спать.
Однако стоило уличным фонарям погаснуть, как под кроватью послышалось знакомое шуршание.
– Монстр, это ты? – неожиданно для самого себя спросил Петя.
– Я! – ответили снизу. Голос у монстра оказался совсем нестрашным, успокаивающим и слегка мурчащим.
– А что ты там делаешь?
– Конфеты ем.
– Почему?
– Вкусные.
– Мне дашь попробовать? – спросил Миша и тут же, испугавшись, еще сильнее сжался под одеялом и задрожал так, что кровать затряслась. Он представил, как в ответ на его просьбу из-под его кровати вылезает огромное черное чудовище с грязной, свалявшейся клоками шерстью, несколькими лапами с присосками и глазами на антенке.
– Держи, – вдруг донеслось из-под кровати. Петя увидел, как к нему потянулась маленькая мохнатая ручка – абсолютно пестрая, рыжая, с полосками, как у котенка. Когти на ней были, но очень маленькие и аккуратные, будто нарисованные. В лапе сверкала конфета «В гостях у сказки», его любимая.
При виде вкусной конфеты у Пети потекли слюнки. Так сильно хотелось ее попробовать, что мальчик пересилил страх, протянул руку и аккуратно взял ее за край фантика. Монстрик разжал лапку и тут же спрятал ее под кровать.
– Моя любимая, – ответил Петя, затем развернул конфету и положил ее в рот. Конфета начала медленно таять, вкус оказался таким невероятным, что у мальчика голова закружилась от удовольствия.
– Я знаю, – вдруг подал голос монстр из-под кровати.
– Откуда?
– Я все про тебя знаю!
– Зачем? – вновь испугался мальчик и представил, как монстр следит за ним, узнает, чем тот любит заниматься, куда ходит, какие на вкус его пальчики… Петя поежился.
– Подружиться с тобой хотел. Вот узнал, какие ты конфеты любишь, принес с собой, а угостить побоялся, вдруг ты меня съешь?
– Кто? Я? Тебя? – вновь повеселел Петя. – Скорей уж ты меня…
– Я? Да ты чего? Я мальчиков не ем! – захихикал монстрик. Он смеялся так легко и заразительно, что случайно выкатился из-под кровати и предстал перед Петей рыжим пушистым шариком с маленькими лапками, ушками на макушке, длинным любопытным носиком на пушистой мордочке и такими же глазками. Он так весело смеялся, смешно подергивая лапками, что Петя не выдержал и тоже расхохотался.
– Петя, что у тебя случилось? – вдруг заглянула в комнату мама, привлечённая странным шумом. Увидев сына, сидящего на кровати и вытирающего рукавом пижамы слезы, она подбежала и обняла его. – Ты плачешь? Боишься? Говорила отцу, что тебе рано еще спать в отдельной комнате! Пойдем ко мне? Полежишь рядом?
Мама сильно испугалась за сына, поэтому сразу и не заметила, что слезы у Пети текли от смеха, а не от страха.
– Мама, мама, все хорошо! Мне хорошо! – проговорил тот сквозь смех. – Просто монстрик под кроватью меня рассмешил.
– Монстрик? Петя, я ж тебе говорила, что…
– Мама, вот же он! – мальчик указал на место, где только что стоял монстрик, но тот исчез. Зато вместо него появился абсолютно рыжий мячик, с серыми полосками как у котенка.
Мама оглянулась, ничего не заметила и еще раз уточнила:
– Ты точно уверен, что хочешь спать один?
– Да, мам. Не волнуйся. Я уже совсем взрослый!
Мама улыбнулась, поцеловала сына в лоб и удалилась. Как бы она не любила своего мальчика, но это его выбор. Раз решил – пусть будет.
Как только Петя остался один, мячик вновь превратился в монстрика и подбежал к Пете.
– Ну у тебя и мама. Я испугался.
– Не бойся, – весело ответил Петя, – она не кусается.
– Правда-правда?
– Правда-правда.
В эту ночь Петя и монстрик спали в одной кровати, в обнимку. Утром Петя ушел в школу, а монстрик вновь превратился в мячик, закатился под кровать в ожидании своего нового друга. С тех пор мальчик и монстрик крепко подружились, вместе делали уроки и уплетали любимые Петины конфеты. Только тсс, маме не говорите, монстрик ее опасается.
Ничейная тетушка
Алёна Подобед
Сказка
В самом дальнем уголке самого маленького ящичка одного старинного резного буфета жила-была всеми забытая ложечка. А все потому, что была она такая страшненькая, такая серенькая, что и смотреть-то на нее никто не хотел, не говоря уже о том, чтобы звенеть ею в чашке с какао или смаковать с ее кончика вишневое варенье и взбитые сливки.
Но однажды в гости к хозяевам ложечки приехала странная старая тетушка. Приехала и давай топотать по дому, поминутно причитая, взмахивая короткими толстыми ручками и хлопая себя по щечкам, похожим на полусдувшиеся воздушные шарики! Мол, ах да ох! Мол, а вот это мне мой дедушка на годик дарил, а это папенька на два, а это маменька-бабушка-тетушка-дядюшка на три-четыре-пять…
И на что ни смотрела, все ее на воспоминания тянуло, да на умильную слезу прошибало. И по всему выходило, что все, к чему ни прикоснись в этом старинном доме, было ее – ее, еще детское!
Нынешним хозяевам это жилище досталось по наследству от некогда знаменитой прабабушки. И десять лет так и жили, практически ничего не меняя, ну, разве что местами. Да и то менять не хотелось. Ну до того ж тут было и солидно, и уютно, и продуманно комфортно, хоть и не ново. И ни тебе синтетики, ни ламината. Но по всему выходило, что из живых свидетелей прошлого этого жилища, больше похожего на музей, только сегодняшняя гостья и была.
А уж она все вспоминала, да в таких лицах, да с такими умильными и щемящими подробностями, что и других развеселила-растрогала, притомилась-проголодалась. И, наконец-то, уселась за стол, который мама с девочкой Лидой уж так красиво накрыли для гостьи, столько всего вкусного наготовили!
За стол усадили, да не угодили. Как только дело дошло до кофе, раскапризничалась приезжая старушка, как маленькая, задрыгала ножками и, скривив ротик, заныла, мол, а где же серебряная ложечка, что крестный дарил мне на первый зубок?
Долго мама с Лидой искали неведомую ложечку во всех шкатулках, ящиках, ящичках всех буфетов, комодов и даже шкафов, рылись в сундуке, что давно доживал свой век на антресолях. Так и не нашли.
Но тут пришли с рыбалки мальчик Витя с папой. Они-то и не знали, что приехала тетушка. А как узнали, да увидели, так тут же захотели потихонечку смыться. Да только мама им не позволила. А кому охота с капризулей возиться в одиночку и перетряхивать, ради ее непонятной прихоти, вверх тормашками весь дом?
И ведь перетряхнули, да не один раз! Ох, и что-то только не нашлось в этом удивительном доме, полном антиквариата и непонятных предметов, об утилитарном значении которых можно было только догадываться.
Достали, чуть не надорвав пупки, из-за тяжеленного дубового комода бархатный, шитый серебряным бисером, ридикюль… А в нем вам и серебряная табакерка, полная чихательной пыли, и «пажи» – прихватки для поддержания подола, больше похожие на сахарные щипцы, два черепаховых мундштука, изящный костяной веер, золотой лорнет, карне – бальная книжица, на костяных пластинках которой все еще можно было разобрать нечто, написанное, кажется, по-французски, и даже пара атласных туфелек. Последние так ссохлись от времени, что стали больше похожи на кукольные. Но гостья заявила, что собственноножно танцевала в них на первом своем балу. И вообще, все это ее и только ее, сама и спрятала после того бала от прабабки! И хватит прохлаждаться! Потом, наохавшись, насмотритесь! Ищите!
Так бы до сих пор и искали, если бы Витя вдруг не хлопнул себя по лбу! А как хлопнул, так заветная ложечка нашлась – там, где никто бы и никогда искать не догадался. Да-да, в Витиных рыболовных снастях! Оказалось, что она уже давно служила ему грузилом. А на что ещё могла годиться такая никудышная?
Как только тетушка увидела эту несчастную ложечку, так тут же перестала плакать и немедля потребовала соды и уксуса! Натерла замарашку, протерла и, позвенев, прополоскала в Лидиной чашке с чаем!
И, о чудо, оказалось, что под слоем глухой серой патины у ложечки пряталась и старинная проба в девяносто шесть золотников, и витиевато выгравированный родовой вензель!
Капризная бабуся зачерпнула серебряной миниатюрной красавицей взбитых сливок, макнула в вишневое варенье, сделала большое «ам-ням-ням», широко облизнулась и…
И, прикусив единственным зубом самый кончик этой самой ложечки, в тот же миг превратилась в маленькую толстую девочку!