Егор Золотарев – Гений лаборатории (страница 6)

Он вышел в коридор и подошел к лифту. Пока ждал, когда лифт спустится с девятого этажа, вспомнил, как на прошлой неделе вице-президент снова намекнул, что пора бы уходить на пенсию и «дать дорогу молодым». В принципе, Ханыль был не против дать им дорогу, но только одному конкретному молодому – своему племяннику. Он понимал, какое будущее ждет корпорацию, которая занимается мутациями, поэтому хотел иметь верного человека, с помощью которого можно будет пристраивать остальных племянников и даже внуков, а также проворачивать кое-какие делишки.

Однако на пути исполнения этого плана стоял очень умный и талантливый молодой человек – Ли Тэджун. Когда придет время назначать начальника, наверняка первым подумают на него. Именно поэтому Ханыль решил сделать все, чтобы убрать Тэджуна с пути своего племянника. А тут такой хороший повод подвернулся.

Единственный, с кем из руководства ладил начальник – это Пак Джин. Поэтому именно к нему он сейчас и направлялся.

– Могу зайти? – спросил Чжи Ханыль у секретаря, которая стучала длинными красными ногтями по клавиатуре.

– Зайдите. Директор Пак вас ждет.

Начальник причесал взлохмаченные волосы, осторожно постучал и заглянул в кабинет.

– Директор Пак, не отвлекаю? – заискивающе улыбнулся он.

– Нет-нет, заходи. Чего хотел?

Пак Джин шумно хлебал чай из толстостенной кружки. Его лицо еще сильнее раскраснелось, а по вискам стекали капли пота.

– У меня к вам конфиденциальный разговор, – вполголоса сказал начальник и плотно прикрыл за собой дверь.

– Слушаю, – заинтересовался директор.

Мужчина вплотную подошел к массивному деревянному столу и прошептал:

– Уволить кое-кого надо.

– Кого это?

– Инженера моего Ли Тэджуна.

– Зачем? Он же вроде на хорошем счету, – удивился исполнительный директор.

– Ничего примечательного в нем нет, – отмахнулся начальник и опустился на стул. – Инженер как инженер. Не то что Хён Бин. Вот он умница. Все делает быстро и качественно – нарадоваться на него не могу, – Чжи Ханыль решил не терять возможности похвалить племянника.

– Понял. А зачем увольнять Ли Тэджуна? Сам же говорил, что надо расширять штат. Если тендер выиграем, то нам понадобятся еще несколько инженеров и лаборантов. Деньги рекой потекут в корпорацию, – он расплылся в довольной улыбке.

– Обязательно понадобятся инженеры и лаборанты, но не такие, как этот Ли. Сегодня из-за него чуть девушка-ветеринар не погибла.

– Да ты что? А ну-ка, расскажи поподробнее, – оживился директор.

Ханыль в красках описал нападение на девушку и как ее еле отбили охранники. Его при этом не было, зато на фантазию никогда не жаловался и привнес от себя несколько жутких подробностей. Пак Джин качал головой и тяжело вздыхал.

– Ну, Слава Богу, что жива осталась. А Тэджун тут при чем?

– Так это же он псу раствор приготовил. Видать напутал что-то, поэтому у пса и перемкнуло в голове.

– М-да, дела-а… Только я тебе в этом помочь не смогу. К лаборатории отношения не имею. Иди к Хану, – махнул рукой директор Пак.

– К которому?

– К вице-президенту, конечно же. Президент еще из поездки не вернулся.

Чжи Ханыль замялся. Не хотелось ему привлекать к этому делу правящую семью.

– А, может, все-таки…

– Нет-нет, даже не проси, – прервал его директор. – Ты же сам знаешь, что семейство Хан распорядилось все вопросы лаборатории решать через них и никакой самодеятельности. Ладно бы ты задумал ветеринара уволить, но вот биоинженера – он покачал головой. – Я за такое по шапке получу.

– Никто же не узнает. Уволим по-тихому и все, – не отступал начальник

– Ханыль, ты знаешь, что я тебя уважаю, – Пак Джин посерьезнел. – Ты многое сделал для корпорации, стоял у самых истоков, но…, – он сделал паузу и многозначительно посмотрел на замершего начальника. – Но против распоряжений Хана я не пойду. Понял?

Пожилой мужчина потупил глаза, встал и, поблагодарив за встречу и попросив прощения за отнятое время, попятился к двери.

– Жирный хряк, я тебе это еще припомню, – прошептал он, когда вышел за дверь и двинулся к лифту.

Когда зашел в кабинку, на мгновение замер, не зная, как поступить. Поразмыслив пару секунд, принял решение и нажал на кнопку. Двери лифта закрылись.

***

– Ну что? Что там? – возле меня крутился Кун, ожидая результата экспертизы.

– Да погоди ты, центрифуга еще даже не остановилась.

К нам подошла Ким Хани, которая без дела слонялась по лаборатории и не возвращалась в отдел, чтобы начальник не поручил ей какую-нибудь работу.

– Что вы вообще делаете?

– Хочу кое-что проверить, – отмахнулся я.

– Что именно? – не отставала она, заглядывая мне через плечо.

В это время центрифуга остановилась, и я переместил пробирку в специальный прибор-робот, который высветил на экране днк Сувона. Мне одного взгляда хватило, чтобы найти различия. К тому же я понял, что произошедшее с питбулем не моя ошибка.

Кун был опытным лаборантом и участвовал почти во всех моих экспериментах, поэтому тоже быстро нашел разницу в двух графиках.

– Ты этого не делал? – на всякий случай уточнил он.

– Нет.

– Тогда, что произошло?

– Пока не знаю. Впервые вижу такие серьезные отклонения от задуманного.

Ким Хани, которая все еще пыталась понять, что же происходит, не выдержала и выпалили:

– Если вы мне сейчас не скажете, что обнаружили, то я… то я…, – она никак не могла придумать, чем же пригрозить.

– Успокойся. Мы всего лишь сравниваем днк питбуля до и после мутации, – отмахнулся я.

Ким Хани еще немного покрутилась, но потом потеряла интерес и принялась в очередной раз протирать столы и шкафы антибактериальными салфетками. Работа как раз для нее.

Весь день я провел в раздумьях. Энергия – ци-спирит, которая хранилась в кристаллах и с помощью которой Иннотех облучал раствор, не могла изменять днк по своему усмотрению. С помощью алгоритмов мы направляли ее воздействие на определенные зоны, которые хотели улучшить или изменить. Тогда, что же произошло? Как из добродушного пса питбуль превратился в агрессивного зверя с двумя рядами зубов? Жаль, что в лаборатории из-за повышенной секретности нет камер видеонаблюдения. Они бы здорово помогли выяснить причину.

После обеда явился владелец овцы-мериноса. Когда он узнал, что его годовой доход с шерсти увеличится в шесть раз, то был безмерно счастлив и заявил, что не будет ждать потомства этой овцы, а привезет все стадо для мутации. Это был несомненный плюс для корпорации, ведь облучение стоило больших денег.

Когда я поднялся в отдел, то меня сразу же вызвал начальник.

– Ли Тэджун, надо его утилизировать.

– Кого? – не понял я.

– Пса, конечно же. Поговорил с владельцем и тот отказался забирать его. Деньги за мутацию мы ему, конечно же, вернем и сверху за моральный вред добавим, но вот наша репутация, боюсь, может пострадать, – он смерил меня долгим неприязненным взглядом.

– Я к этому не имею никакого отношения, – сухо ответил я.

– С этим нам еще предстоит разобраться, – отмахнулся он. – Усыпите пса, и пусть кто-нибудь из лаборантов отвезет его на кремацию.

Он протянул мне лист с разрешением вывезти пса из лаборатории. Я забрал его, вышел из кабинета и направился к зверинцу. Пес уже пришел в себя и теперь лишь грозно рычал, не спуская с проходящих мимо людей ненавистного взгляда.

– Хочу успокоительное ему в еду накапать, – сказала Мина, с сочувствием глядя на питбуля. – Может, ему легче станет. Извелся уже весь.

– Не надо его кормить. Начальник велел усыпить и отвезти в крематорий.

– Что?! Нет, он в этом не виноват! Вы же сами видели, каким он был. Добрейший пес, – она схватила меня за руку и с надеждой спросила. – А как же владелец? Что он скажет?

– Владелец от него отказался.

Девушка всхлипнула и поспешила к выходу. Наверняка, чтобы коллеги снова не видели ее в слезах. Я понимал Мину. Сам не хотел убивать питбуля.