Егор Яковлев – Нацизм на оккупированных территориях Советского Союза (страница 50)
В своей работе профессор Александр Статиев пишет:
Интересен факт, что в 1943 г. из кадров полицейских батальонов началось формирование Эстонского легиона СС. Поначалу туда отбирали статных добровольцев “арийской наружности”. Сформировав легион, гитлеровское командование отправило его на участок фронта под Нарвой. Но эстонцы понесли серьезные потери, встретившись лоб в лоб с кадровыми частями Советской армии, потому что коллаборационисты до этого воевали в основном лишь против партизан и мирного населения оккупированных территорий. 20-я эстонская дивизия СС, сформированная под «зонтиком» легиона из личного состава полицейских батальонов, спешно призванных молодых эстонцев и сотрудников полиции безопасности, оказала отчаянное сопротивление в боях с ударными частями РККА уже непосредственно перед и в ходе освобождения Эстонии от германской оккупации. Ее остатки были выведены в Германию на переформирование, часть легионеров СС и прочих коллаборационистов затаились на хуторах и в лесу.
К сожалению, не все каратели понесли наказание за содеянное. Михаил Пушняков утверждал, что были раскрыты личности только 30 % коллаборационистов, проводивших злодеяния на территории нынешней Псковской области. Большое количество документов о кадровом составе и злодеяниях были уничтожены. Примечательно, что после дела Пиигли[208], которое массово освещалось эстонскими и другими иностранными средствами массовой информации, в Эстонии была волна самоубийств бывших карателей. Причем поводом для суицида могла быть повестка в органы или неожиданный визит сотрудника милиции.
Летом и осенью 2020 г., в рамках всероссийского проекта «Без срока давности» силами 90-го поискового батальона Российской армии на местах совершения злодеяний в отношении мирного населения и военнопленных Пскова производились раскопки. Были обнаружены места захоронений в районе Моглинского лагеря, деревни Глоты, в районе деревни Андрохново (на данный момент там расположен веревочный парк) и в районе бывшей салотопки. На территории веревочного парка было также определено место сожжения тел расстрелянных граждан. Всего были обнаружены останки 180 мирных жителей, в основном женщин и детей. Были также найдены личные вещи расстрелянных – обувь, остатки одежды, очки, кольца, портмоне. Все останки и артефакты переданы в Следственный комитет РФ для экспертизы.
Таким образом, рассматривая деятельность Псковского внешнего отдела эстонской полиции безопасности и СД в Пскове и окрестностях, мы можем увидеть довольно редкий для современной исторической науки, изучающей историю Великой Отечественной войны, набор фактов, доказывающих совершение эстонскими коллаборационистами злодеяний в отношении мирного населения. Фактов, подкрепленных не только показаниями свидетелей и актов Чрезвычайной государственной комиссии, но и современными археологическими исследованиями.
Документы
План голода: полный текст нацистских директив
Директивы по экономической политике для сельскохозяйственной группы экономического штаба «Ост», еще в 1945 г. найденные в бумагах Верховного командования Германии, являются важнейшим дополнением к широко известному плану «Барбаросса». Этот нацистский документ содержит предписания, как именно следует осуществить экономическое ограбление территорий СССР после их захвата. В последние годы он привлекает большое внимание европейских и американских исследователей[209] как основа так называемого плана голода – системы мероприятий, которые должны были привести к превращению Третьего рейха в экономическую автаркию ценой голодной смерти миллионов советских граждан. Тем удивительнее то безразличие, которое проявляет и к этому тексту, и к «плану голода» в целом отечественная наука.
Аналитическая записка, возможно, наиболее откровенно излагающая взгляды гитлеровских элит на трагичное будущее советского народа, не только не становилась у нас объектом пристального рассмотрения, но до сегодняшнего дня вообще никогда не переводилась на русский язык в полном объеме. Даже на сайте государственного проекта «Преступления нацистов и их пособников против мирного населения СССР в 1941–1945 гг.»[210] приведены лишь выдержки из нее. В данных извлечениях полностью опущено описание системы сельхозэкспорта Российской империи и указание на рост населения СССР как на первостепенный фактор резкого уменьшения излишков зерна для вывоза на внешние рынки. Между тем именно из этих рассуждений Герберта Бакке вытекал тезис о голодной смерти миллионов граждан Советского Союза при насильственном возврате к экспортной модели 1914 г. Кроме того, на русском языке никогда не публиковались директивы об этнической сегрегации на Украине, которые требовали вытеснять этнических русских в зону голода, а освободившиеся места, согласно политической линии, заполнять украинцами.
Между тем лишь полный текст документа показывает стратегию рейха во всей ее чудовищности, приоткрывая планы нацистов переустроить Европу в экономическом, расовом и демографическом смысле.
Экономический штаб «Ост» (первоначально – штаб «Ольденбург»), созданный для хозяйственного освоения захваченных советских земель, начал работу в марте 1941 г. Начальником организации был назначен военный из команды Уполномоченного по четырехлетнему плану Г. Геринга генерал люфтваффе В. Шуберт[211]. Крайне важную – в условиях спрогнозированного пищевого коллапса – сельскохозяйственную группу штаба возглавил статс-секретарь министерства сельского хозяйства и продовольствия Герберт Бакке[212] – убежденный нацист, близкий к А. Гитлеру и Г. Герингу, личный друг главы СС Г. Гиммлера. Именно он является единоличным или во всяком случае основным автором публикуемых директив, которые четко показывают, что одной из главных причин нападения на СССР был страх гитлеровского окружения перед надвигающимся продовольственным кризисом. Но кроме того, документ ярко демонстрирует готовность гитлеровского руководства не только подчинить себе народ оккупированных земель, но и уничтожить десятки миллионов советских граждан – с помощью голода. К сожалению, частично эти планы оккупантов были реализованы.
Читателю предлагается первый на русском языке полный перевод данного документа с комментариями. Он осуществлен по немецкому оригинальному тексту, опубликованному в материалах Нюрнбергского процесса[213].
Экономический штаб «Ост»
23 мая 1941 года
Группа «сельское хозяйство»
До мировой войны Россия была страной с самыми большими излишками аграрного производства. Расположенная в зоне экстенсивного земледелия (зерновое хозяйство) и в зоне экстенсивного скотоводства, она за 1903–1913 годы в среднем ежегодно поставляла на мировой рынок:
Около 11 млн т зерна (около 1/3 всего зерна на мировом рынке)
228 000 т масличных семян
660 000 т масличного жмыха
266 000 т сахара
68 000 т сливочного масла
218 000 т = 5 млрд штук яиц
Сегодня Россия поставляет лишь ничтожную часть этого экспортного объема, причем исключительно зерно, в среднем от одного до максимум 2 млн т в год. Одновременно, согласно русской статистике, посевные площади за это время значительно выросли.
Также, согласно русской статистике, выросли и урожаи:
Объяснение этих противоречий следует искать в следующем:
1) Общее население выросло со 140 млн чел. в 1914 году[214] до 170,5 млн чел. в 1939 году. Особенно сильно, с 10 % до 30 %, увеличилась доля городского населения.
2) Выросло поголовье свиней с 14,2 млн в 1913 году до 30,6 млн в 1938 году, соответственно, выросла потребность в кормах.
3) Выросло поголовье коз и овец с 74 млн в 1913 году до 102,5 млн в 1938 году.
4) Наконец, решающую роль при сравнении объемов урожая мирного времени играет тот факт, что ранняя статистика, как и в Европе, исходила из «фактического сбора», в то время как нынешние оценки – это оценки урожая «на стебле», так называемые «биологические» оценки. То есть в этих современных данных не учитываются обычные потери при сборе. Таким образом, сегодняшние цифры, несомненно, завышены.
С другой стороны, упала потребность в лошадином овсе. По сравнению с 33,9 млн лошадей в 1913 году, в 1938 году их поголовье составляло лишь 17,5 млн.
Можно предположить, что сегодняшние урожаи, несмотря на расширение посевных площадей, в действительности не выше, чем в предвоенное время.
Это предположение подтверждается расчетами из работы планового отдела:
1) При исправленных средних объемах урожая в 76–77 млн т, то есть на уровне примерно 1913 года, и среднем экспорте в 1 млн т потребление хлеба и картофеля в пересчете на зерно получилось бы следующим:
250 кг на человека в год
8 центнеров овса на лошадь
4 центнера на свинью
15 кг на курицу
2) Применяя эти рационные нормы к 1909–1913 годам, мы приходим к выводу, что тогда не могло бы быть никакого экспорта.
3) Если принять уровень урожая 1909–1913 годов примерно в 75 млн т, вычесть около 10 млн т экспорта, а затем рассчитать рационные нормы, исходя из оставшегося количества, то для четырех основных видов злаков и картофеля в пересчете на зерно выходят следующие нормы: