Кроме того, в июле Гиммлер задействовал для уничтожения не только айнзацгруппы и полицию, но и войска СС. В отличие от других эсэсовских соединений, они подчинялись напрямую рейхсфюреру и его штабу. В конце июля руководитель «Черного ордена» санкционировал операцию «Припятские болота», в рамках которой нацистам предстояло зачистить все нелояльное немцам население припятского района на территории Брестской, Пинской, Полесской и Минской областей. Эта операция по-своему примечательна, так как носила одновременно и антиеврейский, и антирусский характер; в ходе нее евреи и условно подозрительные славяне уничтожались параллельно. И среди жертв становилось все больше женщин и детей. Впоследствии после разгрома 2-го кавалерийского полка 1-й кавалерийской бригады СС был найден приказ Гиммлера штурмбаннфюреру Францу Магиллю: «Все евреи должны быть расстреляны. Еврейских женщин надо загонять в болота» (Альтман, 2002: 199).
Относительно славянского населения Гиммлер дал специальные распоряжения в приказе от 28 июля 1941 г.: «Мы должны четко понимать, что деревни в болотистых областях являются либо опорными пунктами для нас, либо опорными пунктами для противника. Опорными пунктами для нас они могут быть только в том случае, если их население состоит не из преступников, а – рассматривая с национальной точки зрения — из украинского или другого национального меньшинства, настроенного хорошо по отношению к нам и враждебно по отношению к русским или полякам… Если население – рассматривая с национальной точки зрения – враждебно, расово и человечески неполноценно или вообще, как это часто бывает в болотистых областях, состоит из выселенных туда преступников, то все, кого можно заподозрить в поддержке партизан, должны быть расстреляны, женщины и дети – вывезены. Скотину и продовольствие конфисковывать и доставлять в безопасное место. Деревни сжигать дотла…» (Justiz und NS-Verbrechen… Bd. 20: 43).
Как проходила эта операция, историку Алексею Литвину рассказали выжившие очевидцы. Жители уничтоженной деревни Черничи под Гомелем сообщили: «22–23 августа 1941 года кавалеристы СС сожгли деревню. Расстреляли 20 мужчин, в том числе советских активистов. Двоим раненым удалось уцелеть. Дмитрий Маркевич умер после войны. Савчин умер от ран в Столине. В это время через деревню немцы прогнали группу евреев, которых утопили в болоте Ковино за деревней, а также в урочище Вирок. На второй день оставшихся в живых жителей деревни собрали вновь. Их построили возле кладбища, рядом с клубом. Франя Стаховская решила, что людей будут расстреливать. Она выбежала и начала что-то громко говорить по-немецки с офицером. Она сама немка. В Первую мировую войну вышла замуж за жителя деревни Петра Стаховского, который был в плену в Германии. В 20-е годы приехали с детьми и жили в д. Черничи. Немцы ее послушались и не стали больше расстреливать» (Литвин).
В соседней деревне Кремно фольксдойче, способной поручиться за земляков, не оказалось, и там эсэсовцы «убивали всех, кто попадался на пути». «На моих глазах убили отца. Я бежал без оглядки и успел спрятаться в кустах. Деревню сожгли. Осталось несколько домов», – рассказал чудом спасшийся тогда обитатель Кремно А.А. Кременский (Литвин). Согласно отчету, в ходе операции были уничтожены 13 778 человек (Трагедия белорусских деревень…, 2011: 5), причем Гиммлер постоянно подгонял своих подчиненных: «Необходимо действовать радикально» (Трагедия белорусских деревень…, 2011: 35). Интересно, что при этом глава «охранных отрядов» поставил действия кавалеристов в пример Еккельну, который в этот период орудовал на Украине (Симкин, 2018: 115). Таким образом, именно рейхсфюрер СС раскручивал маховик уничтожения, оказывая, впрочем, таким образом услуги и вермахту, и экономическому штабу «Ост».
То, что истребление евреев учитывалось как положительный фактор в экономическом смысле, видно, например, из директивы Гейдриха от 2 июля, где есть туманный, но любопытный пассаж про то, что «долгосрочная цель [кампании] – экономическое умиротворение, и все необходимые меры должны проводиться с безжалостной строгостью» (BAB, R 58/241)[38]. Еще более откровенно донесение, которое 2 декабря 1941 г. было направлено соавтору плана голода генералу Георгу Томасу от военного инспектора по Украине. В нем перечисляются меры, направленные на снабжение вермахта и рейха:
• уничтожение «лишних ртов» (евреи, жители крупных украинских городов, которые, как Киев, вообще не получают продуктов питания);
• максимальное сокращение рационов для украинцев в остальных городах;
• сокращение потребления среди крестьянского населения (IMT. Vol. XXXII: 74)[39].
В другом месте рапорта открыто говорится непосредственно о Холокосте: «Форма проведения этой акции, распространившейся на мужчин и стариков, женщин и детей всех возрастов, была просто ужасна. По массовости казней эта акция была гигантской – не сравнимой ни с одной другой подобной акцией, предпринятой в Советском Союзе. В целом на данный момент на территории, относящейся к рейхскомиссариату “Украина”, казнено примерно 150–200 тысяч евреев». Первыми двумя итогами этой акции документ называет: «a) ликвидацию части лишних едоков в городах; б) ликвидацию части населения, несомненно ненавидевшей нас» (IMT. Vol. XXXII: 74).
В Симферополе айнзацгруппа D под началом Олендорфа убивала евреев по просьбе командования армии, так как этой области угрожали голод и нехватка жилья (Мюллер, 1974: 144). Комендатура Керчи сообщала 27 ноября 1941 г., что «ликвидация евреев будет проведена ускоренными темпами из-за угрожающего продовольственного положения» (Ермаков, 2009: 180). То же самое зафиксировано в Джанкое, где евреев сначала согнали в концентрационный лагерь, но вскоре там возникли «голод и опасность эпидемий». «Необходимо предпринять чистку», – сообщила комендатура, что и было сделано (Ермаков, 2009: 181). Аналогичные мотивы уничтожения принимались во внимание и в Белоруссии, чему посвящена фундаментальная работа Кристиана Герлаха (Gerlach, 1999). В ней историк делает аргументированный вывод, что евреев уничтожали в том числе и как конкурентов по потреблению: лишних ртов и бесполезных едоков. Таким образом, хотя в истреблении еврейства на первый план выходит расовый мотив, Холокост также был генетически связан с планом Бакке. Кстати, аналогичные воззрения в эсэсовской среде были и на цыганский вопрос. Во всяком случае Фридрих Еккельн, поясняя, почему нацисты убивали цыган, на следствии заявил: «Я думаю, потому что это были такие элементы, которых нельзя было использовать в какой-либо форме для работы, и они были лишним балластом» (Симкин, 2018: 309).
Стремясь создать германскую автаркию, вожди гитлеровской Германии планировали завоевание территории Советского Союза вплоть до Урала и ее последующую колонизацию. В качестве одной из главных угроз германскому господству в Европе гитлеровские верхи рассматривали огромную численность советского населения, которая при надлежащей организации может стать фактором длительного сопротивления. Сокращение этого населения мыслилось залогом окончательной и безоговорочной победы Германии на Востоке. Более того, в исторической перспективе на захваченных землях славян постепенно должны были заменять немецкие переселенцы, и это было еще одним фактором в пользу депопуляции коренных жителей. Под контролем рейхсфюрера СС велись опыты по поиску средств быстрой и массовой стерилизации, пока не дававшие надежного результата. Таким образом, до весны 1941 г. у нацистского руководства не было конкретной программы осуществления этих замыслов.
Однако в ходе подготовки к агрессии экономический штаб «Ольденбург», позже переименованный в «Ост», обосновал тезис, согласно которому в условиях британской морской блокады приемлемые питательные рационы для вермахта и граждан рейха возможны только за счет населения оккупированного СССР. Нацистский экономист Герберт Бакке показал, что в смысле сельского хозяйства советская территория четко делится на производящую и потребляющую зоны и блокирование поставок продовольствия из одной в другую не представляет серьезных препятствий. Захватив плодородные территории на юге СССР, можно легко перенаправить продовольственные потоки в Германию и на снабжение войск. Выполнение этого рационального плана повлекло бы за собой уже зимой 1941–1942 гг. величайший голод в нечерноземной зоне СССР, который в свою очередь привел бы к смерти двадцати-тридцати миллионов советских граждан.
Руководство империи легко согласилось с тем, что Германия не заинтересована в существовании этих людей. И хотя их смерть, на первый взгляд, побочно вытекала из грабительской экономической политики, но одновременно она была также и целью. Бакке подсказал простой и быстрый способ подрыва биологической силы противника.
Вслед за идеей голода в регионах-потребителях у нацистского руководства появился замысел не оккупировать, а просто сравнять с землей – обстрелами и бомбежками – крупные города «лесной зоны», в первую очередь Ленинград и Москву. Это позволило бы либо сразу убить «излишнее» население, либо погнать его по направлению к Уралу, предоставив самому себе.
