Егор Веселый – S-T-I-K-S. Неадекват. Нереальная реальность (страница 21)

– В нашей ситуации вот не знаю даже, как и чем это обернётся. Тут как бы такая штука… Во всех книжках новичок в первый же день встречался с добрым самаритянином – иммунным, который уже пообтёрся в этом мире. Этот добрый самаритянин вводил новичка в курс дела, давая те самые «основные расклады», а заодно и «крестил» новичка, то бишь, нарекал его новым именем, проще говоря – давал кличку, поскольку обычные имена тут вроде как не в ходу. Но по этим же раскладам если новичок цеплялся за старое, то вроде как отказывался от нового, и по местным суевериям жизнь его долгой не должна была быть. Как писал Харуко Мураками: «Когда ты в лесу, ты становишься частью леса. Весь, без остатка. Попал под дождь – ты часть дождя. Приходит утро – часть утра». Мы попали в Улей. Исключение почему-то сделано только для женского пола. Кем сделано и для чего? Тут поневоле о программе контроля подумаешь. Ну, а у нас тут ситуация какая-то нестандартная. Доброго самаритянина мы не встретили, и крестить нас некому. А раз новых имён нам никто не дал, то по логике и отката за старые быть не должно… Хотя кто его знает, какая тут вообще логика. Ну так что, бойцы, добровольцы на вылазку будут?

Желающие, как ни странно, на этот раз нашлись даже среди девушек, но их Смирнов решил сейчас с собой не брать. В мародёрскую команду вошли: Сергей с Андреем, Виктор с Денисом, Тимофей и сам Олег. Остальной мужской состав оставался с девушками на острове.

Вылазку он назначил через день на утро. Весь следующий день он собирался посвятить притирке команд по обрисованным задачам. План был простой. По прикидкам Смирнова развитые заражённые за это время должны были основательно прошерстить городской район, и «вкусняшки» для них должны были уже закончиться. Нет вкусняшек, незачем тут находиться, нужно двигаться дальше в поисках новых. За это говорил и тот факт, что наблюдатели особой активности заражённых в пределах видимости не отмечали. Единичные или парные бегуны с редкой периодичностью пробегали. Один раз появился лотерейщик, но никого круче не было.

Поэтому решили, что Виктор с Денисом занимаются затариванием продовольствия, основательно вычищая продуктовый магазинчик, товарный запас которого они уже немножко проредили. Тимофея, несмотря на его лучшую среди них физическую форму, Олег оставил на прикрытии у спуска к лодкам, на случай грандиозного шухера. Ему же отвёл роль ответственного за эвакуацию, если этот самый случай наступит. Их тройке с Андреем и Сергеем предстояло осмотреть те места, которые, как казалось, могли быть местами хранения «плюшек».

Утро началось с большого переполоха. Суетились девушки. Ощущение было такое, как будто в курятнике взорвалась петарда. Много шума, дыма нет. Когда подошёл Смирнов, выяснилось, что виной всему Павел. Этот, нехороший человек, решил поиграть в героя и доказать, что без живчика жить можно. Он до сих пор так к нему и не притронулся. С каждым днём вид у него становился всё хуже и хуже, а на утро Алла нашла его свернувшимся в позу эмбриона и трясущимся, как последний наркоман в период жёсткой ломки. В общем то, что хотел он доказал, жить оказалось можно. Остался только нерешённым вопрос: как долго? Ну и качественный аспект такой жизни никому по душе не пришёлся. Пришлось отпаивать живцом насильно, поскольку к сознательным хватательно-таскательным рефлексам товарищ способность утратил. Зато уже буквально через час бегал как новенький.

Он сам к ним подошёл, когда команда уже грузилась в лодку. Извиняться или признавать свои ошибки этот тип никогда не умел. Олег от него этого и не ждал, но заявление Рыжова его если и не удивило, то озадачило точно. С видом, что так и должно быть, он просто потребовал отдать ему автомат Андрея. Не то чтобы было жаль АКСУ, хотя он показал почти полную свою непригодность для здешних условий, но вот так вот просто взять и отдать? Ещё и тому, кто брать его отказался, Олег считал не правильным. Да ещё кто знает, что у него на уме.

– Пойми наконец одну простую вещь, пока ты не в обойме, тебе никто и ничем не обязан. А в мире, где превалирует натуральный обмен и нарушение права собственности как правило стоит жизни нарушителю, слово «дай» не котируется от слова «совсем». Так что, извини. Да и зачем тебе? Ты уже труп, только пока до тебя это почему-то не доходит.

– Я как раз и не хочу им стать, и для этого мне нужно оружие.

– Вижу, ты ничего не понял, – Олег задумчиво посмотрел на бывшего начальника, прикидывая что-то в уме. – Можешь отправиться с нами. В оружейном магазине возьмёшь то, что тебе нужно, только сначала поможешь парням с продуктами управиться, потом они тебя проводят. Других предложений не будет.

Денис и Виктор согласно кивнули, подтверждая слова Смирнова. Рыжов, немного подумав, молча забрался в лодку.

Берег особых сюрпризов не преподнёс. Всё то же запустение и трупы. К предыдущей картине добавился только смрад разложения, тёплая летняя погода ускоряла процесс. Люди морщились от вони и пытались прикрывать лица руками.

– Привыкайте, – обрадовал их Олег, – Тут почти всегда так. И руки держите на оружии, от запаха всё равно не спасёт, а там они нужнее.

Несколько напрягало то, что за всё время их пребывания тут не было никакого намёка на присутствие команд мародёров из местных. Либо они совсем сюда не забредали, что наводило на нехорошие мысли, либо росла вероятность пересечься с ними во время вылазки, что в свою очередь могло обернуться либо благом, либо злом. Благом, потому что рейдеры могли как минимум привнести ясность в их ситуацию, а как максимум помогли бы добраться до стаба или хотя бы указали маршрут. А злом, потому что они могли бы просто не обрадоваться тому, что на их поляне кто-то чужой собирает хабар, и потому не ограничиться исключительно нравоучениями напроказившим новичкам. Всё зависело от степени вменяемости тараканов под их черепными коробками. Но выбора особо не было, еда практически закончилась. Из восемнадцати споранов, которые Олег наковырял из убитых на набережной, осталось девять. При таком расходе им их хватит на четыре дня, а дальше, хотят они того или нет, но придётся идти на контакт с тварями. Да и рейдерам нашлось бы чем ответить, если что.

Нервозности добавляло ещё и практически полное отсутствие заражённых. Те редкие особи, что периодически попадали в поле зрения островитян, назвать массами, не поворачивался язык. Понятно, что набег более развитых собратьев не способствовал увеличению популяции пустышей, но было как-то сомнительно, что их истребили всех поголовно. Им просто не могло так нереально везти. Но всё, что Смирнов мог сделать на настоящий момент – это предупредить остальных об осторожности.

Они расстались на перекрёстке, с которого выходили к набережной. Группа Дениса направилась в сторону магазина, тройка Олега двинулась в сторону загадочного объекта, о котором говорил Сергей.

Первых заражённых они встретили через квартал, это были пустыши, точнее прыгуны, уже успевшие немного отожраться на человечинке. Двое когда-то бывших представителями мужского пола. Спутанные грязные волосы, торчащие клочками в разные стороны и грязная, местами драная одежда, придавали им вид профессиональных бомжей. Так вот сразу и не скажешь, что не люди уже. Ну, стоят, раскачиваются, перетекая с пятки на носок. Пьяные бомжи или укуренные. С виду отличий немного совсем. Штаны только, обвисшие под тяжестью и натянувшие пояса до предела, и вонь. И то и другое от собственных экскрементов.

Про покушать ни мозг, ни паразит не забывают, тут они солидарны, потому ставят эту потребность на первое место. А вот процесс вывода продуктов жизнедеятельности первым был забыт, а второму – не интересен. Возможно, паразит просто не был знаком с правилами гигиены, а объяснить их было уже некому. Вот и выступали штаны в качестве накопителя и ароматизатора в одном флаконе, пока их держал пояс. У этих ещё держал.

Джамперы, до этого стоявшие к ним спиной, мгновенно развернулись и, как будто увидев старых знакомых, с радостным урчанием бросились к людям. Вполне возможно, что у людей получилось бы пройти мимо них незамеченными, перебравшись на другую сторону улицы, но перспектива оставить в тылу хоть и не особо опасную, но угрозу, не радовала. Как говорится, самое неприятное имеет свойство происходить тогда, когда оно некстати. Так зачем этому «некстати» давать шанс, если можно устранить загодя?

Вот как-то так можно было бы объяснить поведение группы в тот момент. Не говорить же, что случайно попавшее под протектор берцев Андрея стекло не оставило выбора. Никому.

Олег с Андреем, подпустив тварей метров на десять, дружно разрядили арбалеты, с едва слышным хлопком тридцатиграммовые снаряды сорвались на встречу своим целям. Первый отбегался сразу, стрела Андрея вошла ему в нос, пробив череп. А вот противник Олега за мгновение до выстрела подпрыгнул и получил стрелу не в голову, как предполагалось, а в правую сторону груди. Было видно, что инородный предмет в организме ему не по нраву, ибо прыти тот поубавил, но движения не прекратил. Он уже собрался прыгнуть, но Сергей не позволил ему этого сделать. С арбалетом он управлялся лучше всех в отряде, потому был оставлен на позиции весомого аргумента на случай, если аргументация его напарников окажется недостаточной, а точки расставить всё же потребуется. В этот раз вошедшая в висок заражённого стрела поставила точку в карьерном росте твари.