Егор Петров – Пожиратель Ци (страница 33)

Я в ответ лишь кивнул.

Чоулинь, поняв, что мастер хочет поговорить со мной наедине, еще раз поклонился седому воину, поблагодарил и забрал протянутый обратно меч.

Пройдя мимо меня, хлопнул по плечу, шепнув:

— Если у тебя проблемы, окликни меня. Я помогу.

— Все хорошо, дружище, все хорошо… — так же шепотом ответил я здоровяку и пошел за Айрхеном, что удалялся от лагеря. Я догнал его и шел рядом, в тишине.

Когда мы удалились довольно далеко от города и пришли на живописную поляну рядом с бурной рекой, я обомлел. Никогда не был фанатом красивых пейзажей, но то, что я увидел здесь, меня поразило.

Видны были горы, пронзающие своими вершинами небосвод, в сторону которых струилась река. Вдалеке виднелся лес.

Все вокруг было просто, но настолько гармонично сочеталось друг с другом, что это приводило в трепет. Я уселся рядом с Айрхеном и любовался красотами.

— Что ты видишь, мальчик? — неожиданно раздался его голос, выбивая меня из медитативного состояния.

— Горы, реки, траву.

— Ты говоришь мне про отдельные предметы. Что ты видишь?

Поняв, что он от меня хочет, ответил:

— Гармонию.

Седой воин кивнул:

— Уже лучше, но ты все еще не смотришь в глубину.

— Дао. Я вижу Дао. — не знаю, что подтолкнуло меня ответить именно так, но я ощущал, что это правильно.

— Теперь твой ответ полный. Дао сквозит во всем, дает всему рождение и смерть. Ты ведь знаешь, как меня зовут, мальчик?

Я настолько растерялся от его вопроса, что не сразу нашел что ответить. Настроил меня на философский лад, а потом вопросами своими как обухом по голове.

— Почему вы так думаете? — в итоге ответил я вопросом на вопрос.

— Ты не мог сам дойти до создания рун, которые придумал мой господин. Ты получил воспоминания, заложенные в ключ, и должен знать, как меня зовут.

Говорил он это настолько спокойно и размеренно, как будто не предполагал, а точно знал, что так оно и есть. Я решил не врать:

— Да, я знаю ваше имя, Айрхен.

Услышав мои слова, старик покачнулся:

— Чуть меньше тысячи лет я не слышал звучания этого имени…

— Тысячу лет! Так вы действительно бессмертный!

— К сожалению, да. Первые четыреста лет, после того как я лишился энергии, я пытался умереть. Я бросался на каждого встречного адепта, я прыгал с самых высоких скал, но все бестолку. Я был на этапе божественной трансформации (5.3), когда Император Мацзиро лишил меня ци. Я поглотил не одно сокровище, укрепляющее тело, во времена своей культивации, и это стало моим проклятьем.

— Проклятьем?

— О да. Эти четыреста лет я проклинал Мадзиро всеми фибрами души, каждый день своей жизни. Ты можешь представить, каково это — не иметь возможности победить никого на стадии ядра и не иметь возможности умереть! Без возможности дальнейшего роста! Без смысла! Мне стоило сразу же отправляться к новому императору демонов, и, может быть, он бы смог убить меня одним из легендарных клыков самого легендарного Пожирателя Ци, первого императора демонов, слившегося с дао. Но потом уже было поздно. Дао покидает этот мир, и адепты с каждым поколением становятся все слабее.

И, видя мой ошарашенный вид, продолжил:

— Да, именно такой клык, как тот, что висел у тебя на шее в нашу первую встречу. Ты задумывался над тем, как один из двенадцати клыков прародителя рода демонов, величайшего сокровища их расы, оказался в твоих руках? — абсолютно спокойно продолжал Айрхен.

— Я не знал, что его ценность настолько велика…

— Позволь я продолжу свой рассказ. Когда я понял, что не могу умереть, я решил, что жить мне больше незачем. Я лег на землю и лежал без движения долгие сотни лет, лишь созерцая небо. И тогда мой господин, ушедший в Дао, заговорил со мной. Он достиг стадии Возвращения в мир как воплощения Дао (6.3) и смог говорить со мной.

— Охренеть… — Ой, я что, это вслух сказал?

— Кхм. Так вот. Господин поведал мне, почему Дао покидает этот мир, и кто этому способствует. Там, — он указал в небо, — есть те, кто считают, что энергия, питающая мир, им гораздо нужнее, чем жителям этого мира. Они мешали моему господину, но он упорно продолжает сводить вместе нити судьбы. Его гробница должна быть открыта, а достойные должны получить знания и свой шанс возвыситься. Чем больше адептов уйдет в Дао, тем крепче станет связь энергии с этим миром.

— Ваш господин свёл нити судьбы таким образом, чтобы мне в руки попал клык? Но почему я?

— А почему ты решил, что ты первый и единственный? Клык попал ко мне в руки с тела Императора Мадзиро, и сотни лет мы подбрасываем его разным людям. Твой предшественник начал убивать адептов на каждом шагу, выпивая их знания и силу. Ты не убивал людей и не знаешь, что можешь получать их опыт и умения. Только поэтому ты ещё жив. Будь это иначе, я бы с тобой не разговаривал. Твой предшественник обезумел в жажде силы, и я его убил.

— А что погубило остальных?

— Отсутствие силы воли. Кого-то — жадность. Ты, наверное, успел почувствовать, но с каждой каплей ци клык пробуждается, а затем сжирает душу своего владельца. Твоя душа гораздо сильнее многих, потому что твой клык уже может принимать нематериальную форму, но при этом ты ещё жив. Но всё это неважно. Ты впитал знания Господина, а значит, должен открыть гробницу.

— Но ведь клык постоянно преображается. С каждой смертью владельца он становится маленьким?

— Да. Клык отделяет себе лишь самые ценные частицы энергии, самые тонкие ее грани, и при смерти носителя вся эта энергия переходит к Прародителю Демонов, позволяя все чаще тому появляться в мире смертных.

Я сидел, глядя на воду, и не понимал, как на всю эту информацию реагировать.

— А зачем вам это нужно? Исполнять волю давно ушедшего господина? Он ведь догадывался, что Линь Мэйху предаст.

— Что ты знаешь о верности, мальчик? О долге? — старик начал злиться, его кулаки сжались. — Пока дело моего господина живёт, мне есть смысл жить. Да и… Он обещал, что дарует мне смерть, когда я закончу это дело.

— Хорошо, хорошо, простите, если мои слова вас задели, — я примирительно выставил руки, — так что вы предлагаете? Я знаю лишь пять рун, а на ключе их было более сорока.

— Часть свитков с записями по рунам от Господина еще сохранилась. Я оставлю их тебе, изучишь. Потом нужно найти второй осколок. Ты поймёшь, когда он будет рядом.

— Но как?

— Ты ведь впитал осколок с помощью клыка, верно? Значит, он изменился, и, вкусив такой артефакт, при его приближении даст тебе знать. — он усмехнулся. — Ты не перепутаешь, уж поверь.

— И что, он просто возьмёт и появится рядом?

— Да. Господин постоянно сплетает нити судьбы. Один осколок ключа безвозвратно уничтожен. Второй осколок начал своё движение давно и должен быть недалеко. — Он снова усмехнулся. — От судьбы не уйдёшь, мальчик. Особенно если её плетёт такая личность.

— Если клык станет ещё сильнее, впитав второй осколок, как мне выжить?

— Становись сильнее. Пережитый опыт, эмоции, смертельная опасность, испытания — всё это укрепляет твою волю и душу. Даже смерть может усилить душу. Знай: я не буду тебя спасать, если ты будешь на грани гибели. Если ты не сможешь выжить сам, то, спасая тебя, я лишь отсрочу неизбежное. Если умрешь, то будем искать другой шанс, но не думаю, что из этого что-то выйдет.

Смерть может усилить душу? Ой-ой-ой. Не хочу я таких усилений.

Я снова погрузился в мысли. Слишком много откровений за раз. Природа клыка, старик, для которого бессмертие стало проклятием. Нити судьбы.

Мне совершенно не нравилась мысль, что меня ведут, и я лишь пешка на чужой доске, чьё предназначение — сделать свой ход и кануть в лету. Что помешает старику прибить меня, как только я перестану быть полезным? Вдруг он сочтёт меня слишком опасным фактором — мало ли, я сорвусь и начну поглощать всех подряд?

— Сколько у нас времени?

— Лет пятьдесят, наверное. Потом поток энергии настолько ослабеет, что уже никто не сможет прорваться к шестой стадии.

— Тогда мне нужно больше времени. Я хочу стать сильнее, а уже потом во всё это влезать.

— Ты уже влез, Керо. Уже влез. Я понимаю твоё желание обезопасить себя, но я не враг тебе. Я знаю о твоей душе чуть больше, чем ты думаешь. Знаю, почему ты можешь перебороть клык.

— И почему?

— Когда ты получил клык, господин сказал, что твоей душе сотни зарубок от ощущения близкой смерти. Не знаю, откуда они в таком возрасте, но верю

Я хмыкнул про себя. Ну да, каждый вылет для пилота-испытателя это в какой-то степени взгляд в глаза старухе с косой.

Прислушавшись к шуму ветра и бегу реки, Айрхен продолжил:

— Мы слишком сильно повлияли на мир. Нити судьбы рядом с тобой плестись больше не будут. Второй осколок уже в городе.

Старик вздохнул

— Я сейчас исчезну из твоей жизни навсегда, и хочу дать напоследок три совета: не спеши бежать по стадиям, занимайся усилением качества ци. Всегда смотри в лицо опасности, и не беги от схватки. И последний совет — готовься, клык точно решит тебя убить, когда сочтет себя сильнее