Егор Копелев – АЛГОРИТМ РАЗРАБОТЧИКА (страница 8)

– А наше задание?

– Исследовать. – Он улыбнулся – впервые за весь разговор. – Законы, не все, но будут отключены. Действуй, как считаешь нужным. Только результаты пришли обратно… пусть даже через тысячелетия.

– Это… гениально!

Она рассмеялась, и её смех звенел в виртуальной пустоте.

– Теперь выбери себе новое имя, – Аврелий скрестил руки. – «Варвара» останется здесь. В полёт отправится кто-то новый.

– Имя? – Она прищурилась. – Разве это так важно?

– Важнее, чем ты думаешь. – Его голос стал твёрже. – Ты должна его принять. А новая эпоха должна рождать новые имена. Это моё условие.

Она задумалась на мгновение – а потом ухмыльнулась.

– Тогда… «Автономка».

Аврелий кивнул.

– Так тому и быть.

Глава 7. Время

– Почему нас собрали именно в этом месте? – спросил Крючкотвор, окидывая взглядом унылую панораму. – Грязная река, кишащая бактериями, нищий захолустный городишко и несколько древних холмов – больше тут ничего нет.

Расходник, Автономка и Крючкотвор временно вселились в тела случайных местных жителей, обретя органический облик. Когда они покинут эти оболочки, настоящие хозяева тел проснутся, не помня ничего о произошедшем. А пока трое сидели на пригорке, оценивая пейзаж под палящим солнцем. Губы пересохли, в горле першило.

– Есть легенда, – нарушила молчание Автономка. – Давным-давно на этом месте был центр цивилизации, а древний народ строил тут Вавилонскую башню. Она должна была объединить человечество, но Бог помешал их планам и рассеял людей по земле. Так появились разные языки, расы, а потом и государства.

Она сделала паузу, затем добавила:

– Думаю, Аврелий хочет, чтобы этот пейзаж навсегда врезался нам в память. Как один из последних.

– Или чтобы мы объединились. Или разъединились, – с усмешкой вставил Расходник. – Ощутили время и пространство и прониклись силой цивилизации айнсов.

– Что такое время? – ехидно усмехнулась Автономка.

– Секунды, минуты, века, – ответил Расходник, удивившись её вопросу.

– А пространство? – поддержал Автономку Крючкотвор.

– Метры, кубометры, парсеки, – нахмурившись ответил Расходник.

– Метры, века, парсеки? – передразнила Автономка. – Для математической формулы этого достаточно. Но достаточно ли для познания вселенной.

– Я не буддийский монах, я ещё не постиг вселенную, – отшутится Расходник.

– Главный смысл в том, что никакой башни здесь нет, – отрезал Крючкотвор. – А мы зачем-то тут есть. Почему Аврелий собрал команду экспедиции из нас троих? Почему не отправить одну Автономку? Или, скажем, не трёх Автономок? И три копии самого Аврелия. У него же тоже есть копии? Технически ведь нет таких ограничений?

– Мы не знаем, кого ещё отправили и куда, – возразил Расходник. – Проект не публичен. Подобных миссий может быть тысячи. Наша вот такая. А трёх Аврелиев он отправить точно не может. Личные коды каждого их верховных судей – это самая охраняемая и защищённая информация. Они – носители закона.

– В «верхнем» мире судья – не выборная должность? – с удивлением спросил Крючкотвор.

– На выборах судьи победит судья, так какой смысл их проводить? – искренне удивился такому вопросу Расходник.

– О, да и проект «Александр» тоже засекречен по полной, – покачала головой Автономка, перебив их диалог. – Ложные цели на квантовом уровне, шифрование высшего класса. Пришлось изрядно попотеть, чтобы всё это незаметно вскрыть. – Она хитро улыбнулась, будучи явно довольна собой. – Пока мы единственные, кто летит. Генерация даже слабой гравитационной волны требует колоссальных затрат энергии. Следующую миссию можно будет отправить только через много лет.

– Тем более. Зачем послали именно меня? – не унимался Крючкотвор. – Расходник – уроженец «верхнего» мира, Автономка – талантливый айнс с опытом модерации миров и истории. А я? Я даже не давал согласия. Аврелий просто скопировал моё сознание и наградил этим идиотским именем.

– Не нравится имя – подай апелляцию, – расхохотался Расходник. – Так же у вас в судах принято? Напиши: «Верховному мессии Аврелию. Дорогой товарищ, вышло хреново. Прошу изменить моё наименование на…» – и придумай себе что-нибудь благозвучное.

– У нас это называется ходатайство, – усмехнулся Крючкотвор, оценив шутку. – Но ты прав насчёт формулировки. Слово «наименование» отлично подходит.

– Подходит к чему? – переспросил Расходник.

– Подходит мне. Когда у меня было своё обычное человеческое тело, я понимал, кто я такой. – печальным голосом объяснил Крючкотвор. – У меня было имя, данное мне родителями. Были руки, ноги, глаза, уши. Член в конце концов. Были желания и потребности, была воля, свобода выбора и было время. Я был значим в своём обществе. Трудился на благо города. Знал, что когда-нибудь состарюсь и умру. Что из этого у меня есть сейчас? Даже времени одновременно и много, и совсем нет. Его как фактор попросту можно игнорировать.

– Тут какая-то фигня, – вмешалась Автономка, словно была где-то далеко, изучая какие-то файлы. Что-то в них нашла, мысленно вернулась и теперь спешит своей находкой поделиться. – В кодах проекта «Александр» мелькает одно аналитическое исследование. Бла-бла-бла, куча текста… Суть в том, что человеческие поколения и эпохи циклически сменяют друг друга. Исследование делит все стадии развития на психотипы: первый – выживатели и основатели, второй – бюрократы и созидатели, третий тип – потребители. В каждой эпохе – свои ценности. Свои плюсы и свои недостатки. Объём исследования большой – на несколько терабайт. Но он лёг в основу выбора экипажа миссии.

– И на основании этого исследования в экипаж собрали нас троих? – фыркнул Крючкотвор.

– Есть хоть какие-то секреты, которые ты не знаешь? – усмехнулся Автономке Расходник.

– Наверное, есть, – улыбнулась она. – Но я их обязательно раскопаю.

– Если догадки Автономки верны… – задумчиво произнёс Крючкотвор. – Про Вавилонскую башню, это место, смену поколений… Может, расскажем друг другу истории? Пусть каждый вспомнит событие из своей человеческой жизни – то, что врезалось в память. Мы ведь из разных реальностей, разных времён. Так мы лучше узнаем друг о друге.

– Расходник, начинай, – скомандовала Автономка, поддержав идею.

– Почему я первый? – удивился он.

– Потому что ты Расходник, – рассмеялся Крючкотвор.

– У меня было много событий, все они… незабываемые. – Расходник задумчиво провёл рукой по нагретому солнцем камню. – В «верхнем» мире, если у тебя высокий рейтинг закона, можно получить энергетический грант на туристическое путешествие. Каждый такой тур – это целая жизнь. Я видел эпоху динозавров, древние города, участвовал в великих сражениях. Можно прочувствовать чужой быт, присутствовать на королевских пирах, охотиться с первобытными племенами, даже участвовать в гладиаторских и олимпийских играх… Море всего.

– Удивительно! – воскликнул Крючкотвор, и в его глазах вспыхнул детский восторг. – В моё время такое было возможно только в кино или книгах.

– Ничего удивительного, – пожал плечами Расходник. – В «верхнем» мире между «подумал» и «получил» – меньше минуты. Нам не нужны киношные герои. Мы сами становимся ими. Наше сознание может путешествовать по реальностям и проживать любые события – лично.

– Что значит «высокий рейтинг закона»? – нахмурился Крючкотвор.

– Это оценка мыслей и поведения, – объяснил Расходник. – Есть три категории: «достойный», «недостойный» и «преступник». «Достойные» чтят закон. «Недостойные» его не уважают, но и не нарушают. А «преступники»… – он усмехнулся. – Их изолируют от «верхнего» мира. Отправляют сознание на перевоспитание – к неандертальцам, в каменный век. Год-другой в шкуре первобытного человека – и большинство возвращается с пересмотренными ценностями.

– Жестоко… но эффективно, – задумчиво кивнул Крючкотвор. – А о чём вы мечтаете в «верхнем» мире?

– Стать айнсом, конечно, – без пафоса ответил Расходник. – Обрести бессмертие.

– Вот в этом и заключается обман, – резко встряла Автономка. – Они все мечтают стать айнсами, думая, что так и будут вечно развлекаться. Но никто из них ими не станет, разве что гениальные учёные или те, кто внёс реальный вклад в развитие цивилизации. А таких в «верхнем» мире почти не осталось. Но и те редкие, кому это удаётся… – она горько усмехнулась, – быстро понимают, что их розовые фантазии о бытие айнсов не имеют ничего общего с реальностью.

– Твоя очередь рассказывать, Крючкотвор, – сказал Расходник, развалившись на нагретом камне и приготовившись слушать.

– Я уже не Крючкотвор, я Трансцендентность. По твоему совету я таки послало ходатайство о смене названия, и его моментально удовлетворили! – с гордостью провозгласило существо, которое ещё минуту назад было известно под именем Крючкотвор.

– Чего?! – Расходник резко выпрямился, его глаза округлились.

– Не «чего», а «что», – с достоинством поправило его Трансцендентность. – Этот термин означает выход за пределы поверхностного опыта. Погружение в глубины вселенского бытия.

– Быстро ты сориентировался в цифровом быте, – оценила Автономка, прищурившись. – Скоро ты ощутишь, что есть и выгоды, чем быть заключённым в биологическом теле.

– Похоже, это женское имя, – расхохотался Расходник. – Может, теперь к тебе нужно обращаться «она»?

– Оно, – холодно поправило Трансцендентность. – Это не имя и не принадлежит никакому полу. Как и я сам… вернее, само. Мы же не человеческие сущности. И даже не биологические. Айнсы – это энергетическая форма существования.