Не нужны ни уход, ни забота,
С первых часов облаками дурмана
Строит вокруг нас болота.
Несчастных мы все осуждаем, над чьими
Главами – обмана завеса,
Но, сами в плену очутившись, в бессильи
Виним в своей слабости беса.
Обман… Как страшно звучит это слово —
Бесчувственно, пагубно, мертво.
Ведь даже ненависть лучше и злоба,
Где чувства из жизни не стерты.
Обман – это словно рожденный в пыли
Ветер тленный, гнильный и ржавный.
Обману не ведомо чувство любви,
И дружбы не знает лукавый.
Не знает обман и кто такой враг:
Все поровну в недоверии,
Обману лишь ведомен… страх
И разум, ушедший в забвение.
Друг, не дай захватить свою жизнь,
Уничтожь его семя в зародыше
Не теряй свои чувства и разума нить,
Ведь не слабее его ты ни сколько же!
Порою, всколыхнувшись ото сна…
Порою, всколыхнувшись ото сна,
К тебе на миг приходит озаренье,
И видишь все, что сделал не со зла,
Но что вернулось в твою жизнь злой тенью.
Все те ошибки, неудачи все,
Все то, что думал ты, но не успел, не сделал,
Или не смог, или ж тогда не захотел,
Что в общем все равно уже, какое теперь дело…
Но жгучей болью закипает злость,
Злость на себя, пропитанного гнилью,
«Не все равно! Нет, жизнь моя, постой!
Дай шанс второй, чтоб мысли сделать былью!»
Как хочется направить время вспять,
Чтоб отмотать гнилые жизни годы,
Судьбу свою вторично поменять
И счастье обрести быть в силах чтобы.
Но время как безжалостный судья,
Вердикт свой не выносит дважды,
Коль оковал единожды тебя,
Он не отпустит из своих оков однажды.
И в муках ты клянешь себя вовек
За то, что упустил свою звезду навечно,
И сном ты хочешь времени замедлить бег,
Хоть знаешь, что твоя жизнь быстротечна…
Унеслись назад недели…
Унеслись назад недели,
Просвистели и года,
Как секунды дни летели,
Обрезая месяца.
Вот задумался тут с вами —
И полгода за спиной;
На бегу пишу рывками,
Смерть ведь гонится за мной.
Время, время, где ты, где ты —
Как под зиму журавли,
Наплевав на все запреты,
Друг за другом сутки шли.
Как горящее полено
Древесиной меркнет в пыль,
Так и время постепенно
Злым огнем сжирает дни. 
