Егор Капралов – Эксперименты (страница 23)

– А больше и не нужно, нас двоих хватит.

Уже не было ни дома, ни цветов, ни луны. Мир ускользает от меня. Уже не осталось даже стола, графина с соком, ножа, только мы болтаемся на стульях в пустоте. Кажется, пора просыпаться.

– Ты в этом так сильно уверен?

– Абсолютно.

– Хорошо. Договорились. Тогда приходи, ждем тебя.

– Скоро, уже совсем скоро.

И в этот самый момент я все-таки проснулся. В этот раз по-настоящему и действительно на камнях. Импровизированная лежанка из веток и листвы помогала, но не сильно, все тело ноет и болит. Видимо, проспал я достаточно долго, как минимум, дольше всех остальных. Люди в основном были ничем не заняты, да и в целом, заняться сейчас нам особо нечем. Андрей разводил костер чуть глубже в пещере, и у меня есть желание кому-то выговориться.

С трудом встав и разминая затекшие конечности, я подошел к нему.

– Доброе утро, командир. Долго спишь.

– Пришлось.

– Главное, что отдохнул. Остальное мелочи.

– Да, ты прав… скоро отдыхать будет некогда.

– Я нашел местечко для костра прекрасное, здесь ветер гуляет в пещерах, и дым утягивает туда.

– Умно, одобряю.

– А что значит, отдыхать будет некогда?

– Я опять с капитаном разговаривал.

– Когда, ночью?

– Да.

– А не приснилось?

– Вечером узнаем.

– В каком смысле? Узнаем приснилось или нет?

– Да. Он придет сюда.

– Как это?

– Понятия не имею как, но придет. Один. И вы отправитесь на Е4, а мы с ним сходим по делам. Возможно, надолго. Ты останешься за главного. И давай без лишних вопросов. Я сам мало что понимаю пока что, да и не проснулся толком. Информация в голове уляжется, тогда и на вопросы отвечу, хорошо?

– Как угодно, командир. Договорились. Но вопросов много.

– Хорошо, я постараюсь ответить. Пойду до озера прогуляюсь, заодно разомнусь немного.

– Хорошо, там как раз Хаузер рыбачит, добывает нам поесть.

– Отлично.

Оставив Андрея недоумевать, я вытащил свой костюм повыше на гору, оставил на солнце и развернул батарею, чтобы немного его подзарядить. Здесь уже стояли несколько костюмов, но, в отличие от меня, им подзарядка особо не нужна. Солнце было еще не высоко, но от рассвета прошло явно не меньше нескольких часов.

Можно ли называть солнцем чужую звезду? Почему бы и нет. Когда начинаешь часто менять планеты, слово солнце становится нарицательным. Для меня именно так и случилось. Ведь люди, как ни крути, привыкли жить под солнцем, под тем самым Солнцем, которое дало нам жизнь и дает нам свет и тепло уже миллионы лет. И даже чужое тепло чужой звезды это все еще приятно. Даже если это тепло далекой звезды на холодной планете.

Солнце было уже довольно высоко, а воздух все равно прохладный, по ощущениям, что-то около плюс двенадцати. Но свежесть была приятной. Интересно, какое же все-таки время года здесь сейчас? Надо было спросить у капитана, он точно знает… ну что ж, спрошу при встрече, если не забуду.

Несмотря на прохладу, я снял куртку и оставил ее в пещере. В планах устроить небольшую пробежку, чтобы немного размяться. После вчерашней беготни по лесу во всем теле была неприятная тяжесть, да и поесть хочется, невыносимо хочется… Но слегка размяться все равно надо. Необходимо.

Легкой трусцой я спустился по ущелью и продолжил бег по подножию хребта. Горы здесь невысокие, но где-то вдали виднелись заснеженные вершины, которые, должно быть, не видели плюсовых температур с тех пор, как планета остыла после формирования, а горы образовались. От местного воздуха голова была тяжелая, то ли кислорода слишком мало, то ли, наоборот, слишком много. Но, в целом, приемлемо, хорошо, что не нужно иметь при себе запас воздуха, а ты мы бы давно задохнулись. Бесславный был бы конец.

Озеро уже было совсем рядом. Его окружала пелена легкого, едва заметного тумана. Приятный пейзаж, от которого на душе было заметно спокойнее. В озеро стекал небольшой ручей, и его журчание дополняло картину спокойствия, хоть и нарушало тишину.

Хаузер уже успел наловить рыбы, и сейчас уже, судя по всему, вытаскивал из воды последнюю. В импровизированной корзинке из веток уже барахтались семь или восемь рыб, крупных и не очень, но главное, что голодными мы сегодня не останемся.

– Смотрю, улов неплохой, – я остановился рядом с корзинкой, переводя дыхание.

– Да, командир, весьма. Всяко лучше, чем ничего. Но я уже закончил, проснулся рано, чуть ли не раньше всех, решил вот делом заняться. Но я уже закончил, вечерком еще разок приду, потому что здесь на разок поесть всего. А все голодные. Можно было бы поискать зверье, только с нашими винтовками разве что на крупную дичь охотиться, а ее я не видел. Можно попробовать по лесу побродить.

– Ну да, мелких зверят мы просто на куски разнесем. А крупный зверь нам ни к чему, только зря прибьем зверушку.

– Почему это, ни к чему?

– Мясо хранить во-первых негде, а во-вторых незачем. Главное до вечера протянуть, а потом мы свалим отсюда.

Несколько секунд Хаузер молча смотрел на меня, обрабатывая информацию. Потом недоуменно спросил:

– Что значит свалим? Как? Командир, ты что-то придумал?

– Не я. Капитан. Мы с ним снова побеседовали. Он придет за вами вечером и заберет на Е4.

– То есть он все же уговорил отправить за нами крейсер?

– Нет, он придет один. Без крейсера и вообще без корабля. Ножками придет.

– Командир, а ты с ума не сошел случайно? Звучит бредово.

– Нет, не сошел. Хотя, наверное, было бы проще и лучше, если бы это был плод моего сумасшествия, но нет. Сам увидишь вечером. Он сказал, что придет сегодня к вечеру. И я думаю, что он не врал.

– Ну он же не может просто взять и появиться здесь.

– Вот и узнаем. Пойдем уже готовить, там Андрей костер соорудил. Есть хочется страшно, и не только мне.

– Да, пора бы. Пойдем.

До нашего убежища мы дошли молча. Рыбу решили распотрошить там же, на берегу озера, и даже от вида сырой рыбы текли слюнки. Есть хочется безумно, и никто не мог подумать, что нам с собой пригодятся припасы во время вылазки на корабль. Ну ничего, еще несколько часов мы точно продержимся, а остальное неважно.

Через полтора часа рыба была готова. Большую часть этого времени все сидели в ожидании. Заняться, по большому счету, было нечем, поэтому мы все сидели и ждали. Рыба по вкусу очень похожа на карася, но это было неважно. Важно то, что мы даже из такой передряги вырвались! Все целы и здоровы.

В разные уголки и ситуации меня заносила жизнь, а все же это что-то новое. Новое такое, что тяжело переплюнуть по абсурдности. Но пусть так.

Улов наш был, конечно, не огромный, всего восемь рыб, еще и три из них были мелкими, но если оставшиеся пять крупных разделить пополам, а мелкие отдавать кому-то целиком, то хватит всем. Ни о чем другом, кроме еды, думать не получалось, да и не хотелось. Хотя подумать было о чем. И мне даже уже не хочется понять, что происходит, лишь бы знать, что делать дальше, как поступить лучше.

Казалось бы, войну начали не мы, но устраивать геноцид выглядит как крайняя мера. Впрочем, может время крайних мер уже настало, а я просто пока этого не понял? Да и можно ли назвать геноцидом уничтожение полутора сотен человек?

Хотел бы я понять, что из себя представляет это Провидение, но будет ли у меня на это время, я не знаю. Попытаться стоит. С другой стороны, откуда во мне столько милосердия? Когда на Е4 падали бомбы, снаряды и корабли, я желал врагу лишь одного: смерти. Здесь и сейчас. Наверное, потому что был уверен, что они действительно виноваты в своих действиях, ведь все происходило на моих глазах. А оказалось, что те, кто на нас напал, лишь послушные куклы, которыми управляют, и теперь я в их вине усомнился… Но вдруг Провидение – тоже куклы? Как бы то ни было, их ряды понесут огромные потери. А эти… кризолы, наверное, тоже. Но может и нет. В любом случае, много крови прольется.

Странно только то, что во мне откуда-то взялось столько милосердия и добродушия. Не хочется бессмысленных смертей. Неужели капитан заразил? В бою я точно никого не пощажу. Только смущает меня то, что капитан решил преподнести мне в подарок нож. Одно дело сделать выстрел и увидеть как цель падает замертво, и совсем другое проткнуть кого-то ножом, почувствовать, как его плоть и органы рвутся под лезвием, почувствовать запах крови, которая остается на руках… в буквальном и переносном смысле.

День безделья, спокойствия и раздумий меня хорошо успокоил. И всех остальных, видимо тоже. Нужно со всеми поговорить.

– Так, общий сбор. Вроде все на месте? Да сидите где сидели, просто поболтаем. Расскажу кое-что. Итак, сейчас не перебивайте, все вопросы потом. Просто слушайте. То, что я сейчас скажу, покажется странным и даже в значительной степени безумным. Ночью я разговаривал с капитаном. Опять. Он скоро придет, обещал быть здесь до заката. И вы вернетесь на Е4. А у нас здесь еще есть кое-какие дела. Поэтому вам придется какое-то время побыть под руководством Андрея. В мое отсутствие ты за главного, как обычно. Большим дядям, если они уже прибыли, скажите не дергаться и не предпринимать никаких действий. Крейсеры скоро прибудут, если уже не прибыли. Пусть сидят и не высовываются, прямой приказ главнокомандующего. Будут возникать, мягко намекните им, что полномочий на Е4 у них нет на то, чтобы мне перечить. Вопросы?

И вопросы посыпались. Со всех сторон.