Егор Филиппов – Василиса и князь Тьмы (страница 6)

Падение было бесконечным.

Ася не понимала, где верх, где низ, где она сама. Розовый свет заполнил всё – он тёк сквозь кожу, сквозь глаза, сквозь мысли, вымывая страх и оставляя только чистую, звенящую пустоту.

А потом – удар.

Твердое, холодное, мокрое. Ася открыла рот, чтобы закричать, но не смогла. Она закашлялась, перевернулась, вцепилась в то, что оказалось под рукой – чья-то рука, тёплая, живая.

– Аська! Аська, блин, дыши!

Саша. Голос Саши, испуганный, срывающийся. Он тряс её за плечо, и Ася наконец смогла вдохнуть – жадно, со всхлипом, чувствуя, как лёгкие раздирает кашлем.

– Где… – прохрипела она. – Где мы?

– Не знаю. – Саша помог ей сесть.

Майя лежала рядом на мокрой соломе, раскинув руки, с закрытыми глазами. Асе показалось на миг, что сердце остановилось – но тут же сестра застонала, пошевелилась, прижала ладонь к виску.

– Голова… – прошептала она. – Что это было? Взрыв?

– Не взрыв. – Ася огляделась. – Это…

Клетка.

Они были в клетке. Огромной, из толстых деревянных брусьев, скреплённых коваными железными полосами. Пол был застелен гнилой соломой, пах сыростью, мышами и ещё чем-то кислым, тошнотворным.

На полу клетки, светясь розовым облаком, лежала визитка с символом в виде буквы “А”. Надпись на визитке гласила: “Добро пожаловать”. Ася тревожно выдохнула.

Свет проникал сквозь решётку клетки – тусклый, сероватый, будто солнце закрыто тучами.

Ася подползла к прутьям, вцепилась в них, выглянула наружу.

И забыла, как дышать.

Город.

Огромный город из дерева и металла раскинулся перед ней. Башни, уходящие в небо, с острыми шпилями, на которых плещутся алые стяги. Дома, плотно прижавшиеся друг к другу, с резными наличниками, с высокими крыльцами, с окнами, в которых мерцает тёплый свет. Мостовая вымощена гладким камнем, но между камней пробивается трава – ярко-зелёная, неестественно сочная.

Всё это – за стенами. Высоченными, деревянными, но крепкими, как скала. С башнями по углам, с патрулями на стенах.

– Это декорации? – прошептала Майя, подползая к ней. – Кино снимают?

– Не пахнет кино, – Саша встал, упёрся руками в потолок клетки, попытался приподнять. Клетка даже не скрипнула. – Дерево твёрдое, как железо. И замок… – он дёрнул тяжёлый засов снаружи. – Снаружи закрыто.

– Нас заперли, – Ася сказала это спокойно, хотя внутри всё дрожало. – Кто-то нас запер.

– А машина? – Майя завертела головой. – Где машина? Где автосервис? Где Москва?

Вместо ответа раздался тяжёлый скрежет.

Со стороны города к ним приближались из опустившихся массивных ворот. Несколько фигур – высоких, широкоплечих, закованных в доспехи поверх тёмной одежды. Они двигались странно – слишком ровно, слишком синхронно, как механизмы. А когда подошли ближе, Ася увидела их лица.

Дерево.

У них были лица из дерева. Гладкие, без выражения, с прорезями глаз, в которых горел тусклый зелёный свет. Доспехи поверх деревянных тел, мечи на поясах, и никаких эмоций.

– Мамочки, – выдохнула Майя и вцепилась в Сашу так, что побелели костяшки.

Один из деревянных воинов отодвинул засов, жестом приказал выходить.

– Куда? – спросила Ася, пытаясь, чтобы голос не дрожал. – Вы кто? Где мы?

Воин не ответил. Просто повторил жест – резкий, не терпящий возражений.

– Пошли, – Саша шагнул вперёд, заслоняя собой девушек. – Только троньте их – я…

Он не договорил. Воин перевёл на него пустой взгляд, и Саша вдруг замер, открыл рот и не смог произнести ни звука. Просто стоял и смотрел, как загипнотизированный.

– Саша! – Майя рванула к нему, но другой воин преградил ей путь копьём.

– Не трогайте его! – Ася выскочила вперёд, заслоняя сестру. – Что вы делаете? Мы ничего не сделали!

Воин перевёл взгляд на неё. Зелёные огоньки в глазницах мигнули.

И Саша вдруг вдохнул, схватился за горло.

– Ничего себе, – прохрипел он. – Это что, гипноз?

– Идите, – сказал вдруг воин. Голос у него был скрежещущий, как несмазанные петли. – Темница ждёт.

– Темница? – переспросила Ася. – Какая темница? Мы не туда попали, нам в Москву надо!

– Идите, – повторил воин и подтолкнул её древком копья в спину.

Они пошли. Потому что выбора не было.

-–

Город назывался Аир.

Ася узнала это позже, когда их вели по главной улице мимо домов с резными ставнями и высоких теремов. Людей было мало – обычных людей, с нормальными лицами и нормальной кожей. Они провожали процессию взглядами – испуганными, любопытными, злыми. Кто-то плевал вслед, кто-то чертил странный жест – в воздухе, двумя пальцами.

– Не нравится мне это, – шепнул Саша, прижимая к себе Майю. – Слишком всё… не наше.

– Может, это розыгрыш? – с надеждой спросила Майя. – Ну, типа квеста? Сейчас выведут, скажут: «Поздравляем, вы выиграли»?

– Ага, – хмыкнул Саша. – И деревянные люди – это аниматоры. Очень убедительные.

Ася молчала. Она смотрела на резные ворота впереди – огромные, кованые, с изображением какого-то зверя, похожего то ли на волка, то ли на медведя. И чувствовала, как в груди разрастается холод.

За воротами была темница.

Их втолкнули внутрь – сырое, каменное помещение без окон, с факелами на стенах и тяжёлой железной дверью. Но не оставили там, а провели дальше, вниз по крутым ступеням, в самое сердце подземелья.

Там, около большой камеры с решёткой вместо стены, уже кто-то был.

– О, новенькие! – раздался насмешливый голос. – Давно у меня гостей не было. Скучно тут одному.

Ася вгляделась в темноту и увидела ЕГО.

Вурдалак.

Она поняла это сразу, хотя никогда в жизни не видела ничего подобного. Высокий, худой, с серой кожей, обтягивающей череп, с длинными пальцами, увенчанными острыми когтями, с глазами – чёрными, без зрачков, но при этом жутко живыми. Одет в какие-то лохмотья, на шее – связка разнообразных ключей.

– Ч-что это? – заикнулась Майя и спряталась за Сашину спину.

– Это, красавица, я, – оскалился вурдалак. Пасть у него была полна острых, как иглы, зубов. – Местное пугало, надзиратель темницы, развлекатель скучающих пленников. Можете звать меня Горынычем. Шучу. Просто Упырь.

Стражники втолкнули Асю, Майю и Сашу в камеру и захлопнули решётку. Зелёные огоньки в деревянных лицах мигнули напоследок, и стражники ушли.

– Ну, располагайтесь, – Упырь обвёл рукой камеру, гордо стоя снаружи. Солома, куча тряпья в углу, ржавое ведро. – У меня скромно, но чисто. Ну, относительно чисто. Я тут вообще-то не убираюсь, если честно.

Майя всхлипнула и уткнулась Саше в плечо. Саша обнял её, погладил по голове, но сам смотрел на вурдалака с вызовом.

– Чего тебе надо?

– Мне? – Удивился Упырь. – Мне лично ничего. Я тут сторожу. Сижу и сторожу. А чтобы не сдохнуть от скуки, развлекаюсь. – Он подошёл к решётке, уселся на пол, поджав под себя длинные ноги. – Хотите сказку?

– Мы хотим домой, – отрезала Ася.