Егор Чекрыгин – Возвращение в Тооредаан (страница 36)
Спустя примерно час парочка незадачливых хранителей всеобщего блага сидела над грудой вещей в смущении и растерянности. Если не считать всё тех же проклятых сапог-ботинок, ничего странного и необычного у чужака не нашлось.
— Ничего… — печально вздохнул Рааст, кажется, переживавший неудачу обыска ещё сильнее своего начальника, а возможно, просто не столь искусно умеющий скрывать свои чувства. — Может, этого малость того… Чуток ножичком поковырять — сам скажет, где хабар спрятал.
— Рано… — недовольно оборвал его Игиир, вспоминая полученные в училище уроки. — В одном месте мы ещё не искали.
— Это где же? — настолько удивился Рааст, что даже забыл добавить «ваша милость».
— В самих сундуках, — улыбнулся Игиир, с улыбкой отметив, что при этих словах недавно пришедший в себя Нииктин заметно дёрнулся.
— Так ведь…
— Удихи, мой юный друг, — слегка высокомерно соизволил перебить своего подчинённого Игиир, — народец весьма многочисленный и злокозненный, благодаря чему и сумели в своё время отхватить немалый кусок бывшей империи. Да вот только, на свою беду, ещё довольно молодой и не слишком изобретательный. До нас, коренных имперцев, им ещё расти и расти… Ну-ка, подай тесак… Что тут у нас… Вроде, всё в порядке. А другой сундук? Ага! Двойное дно! И что это у нас тут… Не будете ли так любезны, сударь, объяснить, зачем уважаемому учёному мужу хранить в тайном отделении своего багажа планы приграничных крепостей? А это что у нас — какие-то шифры? Молчите? А, кляп мешает говорить… Рааст, вынь кляп.
— В другом сундуке, — голос Нииктина после кляпа звучал хрипло и скрипуче, однако для Игиира это была словно бы дивная музыка, — золото. Много золота. Забирайте себе, и сделаем вид, будто друг друга не видели.
— Денежки на подкуп… — усмехнулся Игиир. — Боюсь, сударь, вам не повезло. Я не продаюсь… Рааст, отойди от сундуков.
— Да я ничего такого, ваша милость. Просто взглянуть хотел.
— Лучше даже не глядеть. Сам никогда не испытывал, но говорят, золото ослепляет и лишает разума. Сначала посмотришь одним глазком. Потом возьмёшь чуть-чуть — всего лишь горсточку. Потому две, потом… А потом, этак через полгодика-год, к тебе вдруг подойдёт человек и скажет, что отныне ты работаешь на него, иначе он обо всём расскажет твоему начальству. И ты будешь работать, и тебе даже будут что-то платить. Но жизнь твоя превратится в ад. Понимаешь?
— Понимаю, ваша милость… Хитро придумано. Ишь, затейники какие.
— Не ими придумано. Такое уже тысячи лет умные люди используют, — от пережитого волнения Игиира внезапно потянуло на болтовню. — Нас о таком ещё в училище предупреждали.
— Мудрёная наука. А вот как бы и мне в Бюро на службу устроиться, ваша милость? Интересная у вас, я погляжу, жизнь.
— Хм… Если и впредь будешь показывать себя таким молодцом, как сегодня, я, может, и походатайствую. Обещать ничего не буду, но кто знает… А как ты через стол-то умудрился перепрыгнуть?
— Так ведь мы же — Медведи, из предгорий. У нас там, говорят, дети прыгать раньше учатся, чем ходить. Так вот всю жизнь с камушка на камушек и скачем. Через валуны перепрыгивать, перед девками форся, у нас первейшая забава. А вы говорите, стол.
— Ну-ну. Хорошо сработал… Кстати, сударь, а нескромный вопрос — где вы раздобыли такую обувь? Уж больно чудная.
— Хм… — разоблачённый удих явно опешил от подобного вопроса. — Да тут, у вас же на рынке и купил два дня назад.
Оу Игиир Наугхо продолжал улыбаться, но этот ответ был подобен ножу, воткнутому под лопатку.
Фааркоон. Генерал оу Ренки Дарээка
— Искренне рад вас видеть, благородный оу Огууд. Какими судьбами вас вновь занесло в нашу глушь? — дабы подтвердить высказанную радость, Ренки даже приподнял свой зад из кресла и сделал несколько шагов навстречу вошедшим в его кабинет людям.
— И я, сударь, рад необыкновенно. Что и говорить, с замиранием сердца следил за вашим стремительным взлётом и, признаться, гордился знакомством со столь преисполненной талантов и достоинств особой. Однако, вот… — слегка поклонившись, собеседник подал Ренки запечатанный пакет.
— Хм… Так вы по службе… Уже комиссар? — произнёс Ренки, ознакомившись с содержимым пакета. — Ваша карьера тоже отнюдь не лежала на боку, похрапывая во сне. Весьма приятно это видеть. Ведь при первой нашей встрече вы, кажется, были всего лишь старшим дознавателем, и уже — комиссар! Полагаю, вам есть чем гордиться.
— Все мы служим королю в меру своих сил и способностей. И я не могу не отметить, что взлёт моей карьеры во многом связан с вашей компанией и лично с вами. Те зацепки, что вы тогда дали в наши руки… Хм… Кстати, о службе…
— Да. В письме ваш круг обязанностей очерчен весьма туманно.
— Потому что и я, и даже… те, кто меня послали, мы и сами весьма туманно представляем, в чём они будут заключаться. Если коротко, меня приставили к вашей экспедиции, дабы помогать вам в ваших поисках и начинаниях.
— А этот благородный оу, полагаю, с вами? — Ренки вежливо кивнул спутнику своего старого знакомого по Тайной Службе, высокому и представительному господину лет двадцати пяти.
— И да и нет, — не смог удержаться от улыбки оу Огууд. — Он, скорее, с вами… Как и я. В общем, позвольте представить — благородный оу Аалаакс Вуур, коллежский асессор[4] на дипломатической службе Его Величества. Ну а славный герой Тооредаана и самый молодой генерал за всю историю страны, я полагаю, в особых представлениях не нуждается.
— Очень приятно, — вежливо кивнул Ренки. — Полагаю, вас отправили, так сказать, курировать моё путешествие со стороны дипломатической службы?
— Да, ваше превосходительство… Но…
— Оставьте это титулование, мой друг. Мы не при Дворе. Предстоящая нам поездка задумывалась чем-то вроде отдыха, слегка омрачённого исполнением служебных обязанностей. Так что будет куда проще, если все мы будем общаться друг с другом, как обычные благородные оу, в силу обстоятельств собравшиеся в одну компанию… И вообще — благородный оу Огууд не даст соврать — меня многие упрекают в излишней простоте, и что я даже допускаю панибратство в отношении нижних чинов. И в этом много правды, но — отнюдь не всегда. И отнюдь не всем нижним чинам позволено вести со мной свободно. И объяснением тому, благородный оу Вуур, будет моё прошлое, о котором вы наверняка знаете и которого я отнюдь не стыжусь, а также специфика моего нынешнего окружения и тех задач, что подчас приходится нам решать… Впрочем, со временем, я думаю, вы всё это поймёте. А пока — просто примите как данность царящую вокруг меня простоту нравов. И не приходите в ужас раньше времени — дипломатический протокол я также имел удовольствие изучить и при случае смогу вас не опозорить.
— Хорошо, — кивнул с улыбкой оу Вуур, принимая предложенный тон. — Благородный оу Биилеег, отправляя меня на это задание, предупреждал о чем-то подобном, рекомендуя при общении с вами «избегать излишней дипломатии, но быть по-военному прямым».
— О-о-о! Благородный оу Биилеег… Он-то и был моим учителем на ниве протоколов и изящных славословий, — рассмеялся Ренки. — До сих пор частенько следую его советам. Надеюсь, он здоров и благополучен?
— Да. Вполне. Чего и вам желает, посылая со мной свои поздравления и пожелание дальнейших успехов. Однако позвольте мне последовать его совету и быть по-военному прямым. Судари, а не могли бы вы мне объяснить, в чём, собственно говоря, будут заключаться мои обязанности в этой поездке? Потому что никаких чётких инструкций я так и не получил, и оттого пребываю в некоторой растерянности. Мне хотелось бы знать, к чему быть готовым — международное право, торговля, морское право… С кем придётся договариваться и о чем спорить?..
— Хм… Видите ли, сударь, — рассмеялся Ренки. — Открою вам страшную тайну. Эту поездку я выпросил у короля в качестве награды. Я уже почти три года на берегу, и за все эти три года толком ни разу не выходил в море. Чувствую, что начал закисать. Для человека, не только честно выслужившего звание капитана корабля, но и имеющего свой собственный флот, это весьма печальное чувство. Поэтому, когда король предложил мне самому выбрать себе награду, я попросился в плавание. Не скрою, мои амбиции простирались до желания обогнуть весь наш материк, так сказать, следуя за движением часовой стрелки, чего ещё не делал никто. Ибо Адмирал Ниидшаа в знаменитом рейде на Тинд шёл как раз в обратном направлении. Увы, это путешествие, возможно, заняло бы года полтора-два. А наш король был настолько снисходителен, что сделал мне комплимент, сказав, будто бы не сможет так надолго отпустить меня от службы. Три месяца, максимум полгода — столько он дал мне на то, чтобы «проветрить мозги». Так что мы прошвырнемся по Срединному морю до Фесткийских островов и обратно, а потом, если ещё будет время, возможно, зайдём на Литругу. А чтобы моё безделье не слишком мозолило глаза окружающим, вся эта поездка будет оформлена под дипломатический вояж. Вроде как мы, под видом морской прогулки, должны навестить страны Союза Народов с дружеским визитом и скромно так, будто бы невзначай, напомнить им о том, что это объединение всё ещё существует. О чем кое-где, по словам благородного оу Риишлее, начали забывать. Вот такая вот прогулка, замаскированная под дипломатический вояж, замаскированный под морскую прогулку… А вы, собственно говоря, должны будете употребить свой талант дипломата на то, чтобы… Э-э-э… Пригладить мои замашки военного. Ибо мы, солдафоны, как всем известно, «…грубияны и дикари, и там, где надо всего лишь осторожненько повернуть ключик, предпочитаем рвать с мясом и рубить секирой», как однажды выразился наш общий знакомый, благородный оу Биилеег.