Егор Чекрыгин – Свиток 6. Поход за амулетом (страница 34)

А дальше, все пошло по плану. — Все-таки в эти времена, когда самоидентификация каждого человека, это дело святое, подчас вырубаемое на лицах шрамами и татуировками, — фишка с переодеванием, дело почти стопроцентно надежное.

Единственное отличие от намеченного плана. — Поняв что на них нападают с трех сторон, — бравое городское отребье лихо ринулось бежать куда глаза глядят, так что наш путь быстро очистился от лишних людей.

Особо задерживаться на палубе и задавать вопросы типа «Как дела?» и «Все ли в порядке?», я не стал. — Сразу ринулся в каюты, где должны были лежать раненные, лишь бросив по-пути приказы, накипятить воды, (оказывается уже накипятили, и чтобы все, у кого на теле есть хотя бы маленькая царапинка, пришли на медосмотр. А то, хоть я вроде и приучил своих вояк серьезно относиться к подобным делам, однако многие еще, и особенно молодняк, любили побравировать, своим «презрением к боли и ранам».

Да и не мое это дело, — Вождь у нас Лга’нхи, так что о военных аспектах возникшей проблемы, он позаботится, а мое дело, — раненные.

Завгур… кажется он точно был не жилец. — Едва я ослабил жгут, на уже посиневшей руке — кровь полилась из раны обильным потоком. Продезинфицировал рану йодовой примочкой, и замотал жгут обратно, сознавая свое полное бессилие. — Видимо задета какая-то крупная кровяная артерия. Говорят, в наших Тамошних госпиталях, такое умеют зашивать. — Но я не умел, и даже не представлял чем и как, можно провести такую операцию.

Честно говорю, — случись такое на нашем берегу моря. — Давно бы уже добил несчастного, дав ему истечь кровью, или напоив отваром ядовитого корешка. Но тут у меня еще теплилась надежда на то что местное светило медицины, которое сейчас неторопливо движется нам на помощь, окажется куда более умелым и опытным целителем чем я. — В конце концов, и Эуотоосик, и Оилиои, во многом превосходили меня по медицинской части. Так что может быть, если местный «профессор», окажется настолько же лучше их, чем они меня, — у Завгура будет шанс.

Так что, велел вволю поить раненного отваром обезболивающей травки, и тащить ко мне всех остальных пострадавших.

Возня с ними заняла у меня еще пару часов. — Более-менее серьезными, я посчитал еще четыре раны, которые пришлось зашивать. — Все же остальные, — действительно, по большей части, были синяками да царапинами. — Местный сброд, явно высокими боевыми навыками не обладал, и стоящего оружия не имел, так что против опытных солдат шансов у них практически не было. …Эх, если бы еще на наших были их доспехи, а в руках оружие… Впрочем, ладно, чего уж об этом говорить.

Наконец я смог выйти на берег, из провонявшей кровью и медикаментам каютки, и вдохнуть… м-да, — свежим этот воздух, дующим со стороны города трудно было назвать. Нет, выхлопов и промышленного смога, конечно не было… Но канализация в Аоэрооэо так же отсутствовала, а вот кой-какая промышленность, кажется была, — несколько, слишком густых, для обычного города дымов, поднимались в небо из ремесленнических районов.

— Как там дела? — Спросил подошедший ко мне Вождь.

— Завгур очень плох. — Честно ответил я. — Я не могу ему помочь. Разве что местный лекарь, окажется более умелым. — Еще четверо, — ближайший месяц, — не бойцы. …И не гребцы. Но я попробую их вытащить. Остальные, — в порядке.

— Угу… — Ответил на это Лга’нхи, мысленно что-то прикидывая и пересортировывая оикия. А потом кивнул, что-то решив про себя, и спросил. — Дальше-то теперь что будет?

Он явно не столько совета жаждал, сколько полагался на мой дар предвидения. А мой, и так несуществующий дар предвидения, в данный момент тупо молчал от усталости и бессилья помочь Завгуру.

— Боюсь, что аиотееки смогут нас удивить. — Высказал я свое худшее предположение, которое уже давненько навязчиво крутилось в моей голове. — Эти ребята не показались мне глупыми, и наверняка успели продумать все ходы. В том числе и вариант, что мы сможем пробиться на корабль. Так что пока, надо быть настороже.

— Может стоит уйти в море? — Высказал предположение Лга’нхи.

— Может быть. — Согласился я с ним. — У нас есть маленькое преимущество. — Местные не умеют и боятся плавать в открытом море. Так что если мы вырвемся из реки и пойдем прямо на север, — сможем оторваться. Но ведь мы пришли сюда за Амулетом, и если удерем прямо сейчас, — он будет для нас потерян.

Да и аиотееки, столь хитро спланировавшие это нападение, не могли не предвидеть вариант что мы попытаемся удрать, и наверняка приготовились. Если на нас навалится с десяток местных корабликов, нам не выстоять. Так что пытаться удрать сейчас, думаю не самое мудрое решение. В общем, — давай пока не будем торопиться. — Возможно мне и удастся выкрутиться, убедив аиотееков, что пакостить нам, не самый лучший выход. Но ты, и наши ребята, все равно должны быть настороже.

…И да. — может так случиться, что мне придется пойти на суд аиотееков, а они в это время попытаются опять на вас напасть, — тогда уходите, не ожидая меня.

Ты меня знаешь, — я как-нибудь да выкручусь!

…Лично я сильно сомневался что мне удастся выкрутиться при таком развитии событий. Скажу честно, — суда я опасался куда сильнее, чем обычного нападения, пусть даже нападать будут профессиональные вояки, а не трущобный сброд. — Мало того что я не слишком-то обременен знаниями о местной судебной системе, — многочисленные сериалы и книги, приучили меня опасаться всякой там адвокатско-прокурорской казуистики. — Да и вообще, — надеяться на справедливый суд аиотееков, было бы наивно. — По большому счету, — даже в моих краях, суд почти никогда не был справедливым.

Ну в смысле, — был. — Просто «справедливость» у нас понимается несколько своеобразно. — Чужак никогда не должен побеждать своего, разве что эта победа принесет дополнительную выгоду всему народу. — Иначе народ понесет ущерб, и где же тут справедливость спрашивается, что какой-то чужак, да на нашей же земле, нам козни чинит?

Ну а здесь, естественно, — представитель Великого Народа Аиотееков, стоит выше всех остальных. Так что его слово, стоит слов сотен и тысяч разных там… которых просто не станут слушать. — Потому что это правильно! Потому что у аиотеека здесь есть куча родни. А у тех, — быстрые верблюды и длинные острые копья.

А что такое есть длинное копье, как не символ высшей справедливости? — Кто победил, тот и прав!!! — Так было всегда. И когда мы скакали по деревьям, цепляясь хвостами за ветки, и когда научились уничтожать врагов, посылая ракеты за сотни и тысячи километров. — Сила она конечно в Правде. Но вот кто прав, а кто виноват, — обычно решает более Сильный.

А отсюда вывод, — надо всеми силами избегать местного судопроизводства, а уж коли нас заставят, — явиться туда одному, дав ребятам шанс сбежать.

Тут послышался крик часового, и я спешно подскочил к борту чтобы оглядеться. — Из-за домов и знакомого забора, к нам подходила делегация из Храма. — Я спешно проорал приказ, чтобы их пропустили.

— Да, ты прав… — Внимательно, но как-то со скукой рассматривая поврежденную руку, высказался дедок из храма. — Такие раны не лечатся…

— Но ты ведь возьмешься? — Не столько вопросительно, сколько утвердительно сказал я, уловив что-то такое в интонациях старика.

— Возьмусь… — Согласно кивнул он головой, а потом неодобрительно покосившись на надетые на меня доспехи, которые мы к тому времени уже успели достать из заветных тайничков, добавил. — Но…

— Я сам лекарь. — Твердо сказал я. — Далеко не такой хороший как ты, но лекарь. И я понимаю, что есть раны и болезни, которые нельзя вылечить. Так что можешь не сомневаться, — если Завгур умрет, никто не будет обвинять в этом тебя. …Зато щедро наградим, даже за попытку. — Добавил я в конце.

— Награду, воин, можешь отнести в Храм. — Усмехнулся лекарь. — Но то что я хочу попробовать на твоем друге, я еще ни делал ни на ком! — Последнее время, к нам не так часто стали поступать раненные оружием, на которых можно пробовать что-то новое. А вот во времена моей молодости…

— Делай. — Оборвал я его сеанс воспоминаний. — Скажи чего тебе надо для помощи.

— Хм… — Задумался старик. — Вообще-то, отправляясь сюда я взял все необходимое, но я с удовольствием потом поковыряюсь в твоих запасах лекарств. — Вдруг да и найду чего-нибудь интересного, что не видел раньше.

— Договорились, так…

— Не беспокойся, воин-лекарь. — Я уже все делаю…

Блин, не знаю чего он там делал, — но внезапно кровь, даже несмотря на снятый жгут, перестала течь из раны. …Кажется старикан нажал на какие-то точки на теле. Я спешно пощупал пульс пациента, — он бился ровно, но очень медленно.

— Не бойся. — Заметив мои действия, усмехнулся старик. — Он не умер, а просто как бы спит. Но долго, в таком положении ему находиться нельзя. Так что, помоги-ка мне промыть рану.

Мы промыли рану, потом зафиксировали руки в лубке, и дедок начал что-то колдовать с сосудами… Нет, не в том смысле как колдовал я, распевая шлягеры российской эстрады. — Он там реально начал копаться, что-то составляя вместе, и заливая какой-то гадостью из баночки.

— Это такой клей. — Заметив мой взгляд, сказал дедок. — Я придумал его недавно. Он делается из смолы одного дерева… Думаю, он должен удерживать сосуды вместе, пока те не срастутся, а потом медленно раствориться в крови.