Егор Чекрыгин – Свиток 5. У истоков империи (страница 37)

— Ты сказал, «аиотееки»? — спросил я Дос’тёка, удивленно приподняв брови. — Я уже слышал название этого народа. Но никто так и не смог объяснить мне, кто это такие.

— Так эта… — как будто даже немного замялся Дос’тёк. — Скоро сам увидишь. Потому как мы тебя к ним отведем… Потому как надо. Они велели приводить к ним всех, кто приплывет в нашу бухту.

— Что значит «надо»? Почему «велели»? — опять «страшно удивился» я. — Разве ты в своем поселке не самый главный человек? Почему какие-то люди, которые, как ты сам сказал, пришли с каких-то островов, говорят тебе, что делать в твоем собственном поселке?

…Нет, мне, в принципе, тоже было жаль Старшину, который сейчас корчится и выдавливает из себя слова, с одной стороны объясняющие сложившуюся международную обстановку, а с другой — оставляющие ему хоть крохи самоуважения. Но должен же я был узнать, какие тут творятся дела и каково отношение местных к моим старым приятелям аиотеекам?

Ну, короче, дело было так. Раньше, оказывается, все было плохо. И все поселки и племена дрались друг с другом. А на Реке так вообще жили сплошь только одни сволочи, заламывающие немыслимые цены за свое дерьмо и особенно за мед.

Но тут вдруг пришли аиотееки… и не то чтобы стало лучше. Однако местные между собой больше точно уже не дерутся. Всех драчунов аиотееки либо поубивали, либо забрали в свое войско. «…А еще они нас от злых ирокезов защищают, которые пожирают трупы своих врагов и используют пленников-мужчин как женщин… Ну и вообще, как пришли аиотееки, порядка вроде как стало побольше… И дань они с нас за это берут вполне умеренную».

Да уж, что ни говори, а человек—такая скотина, что в любом положении сможет придумать себе выгоду.

— Так стало быть, хорошие они люди, эти аиотееки? — задал я Старшине очередной каверзный вопрос. — И вы не хотели бы жить так, как жили раньше, сами по себе?

— Да ведь… Ну-у-у… Как бы тут… Конечно, очень хорошие люди. Ежели они тебя Там у себя спрашивать будут, ты им так и передай, мол, «Дос’тек и его люди всем довольны и ни на что не жаловались!»

Ну, вроде с этими товарищами все понятно. А вот удастся ли так же легко скормить свою лапшу ушам аиотееков?

Видимо, потому, что собеседником я оказался интересным, а вруном — талантливым, наши посиделки затянулись надолго. И вот только не надо думать, что все это время я заливался соловьем, рассказывая о своих подвигах и приключениях.

Нет конечно, без этого тоже не обошлось, но все-таки как бы ни был беззаветно склонен человек всех эпох развесив уши слушать талантливых впаривателей лапши, но постепенно разговор все-таки перешел на более практичные рельсы. Мы обсудили перспективы на урожай водорослевых (прибрежники питали склонность к морской капусте и даже заготавливали ее на зиму), новые тенденции в лодкостроении (на что за хрени вы приплыли?), ну а главное, исподволь обсудили цены на товары.

Дос’тек, несмотря на свою внешнюю дремучесть, тем не менее, в ценах весьма шарил. И немудрено, его бухту даже несмотря на неудобный вход посещало немало караванов, потому как удобных мест для отдыха в округе было не так уж много, и на фоне окружающих бесконечных степей Змеиная бухта выглядела настоящим оазисом.

… В общем-то, не то чтобы я как-то особо всерьез подумывал заняться торговлей. Поначалу-то вопрос цен и наиболее востребованных товаров я затронул исключительно ради поддержания имиджа купца. Ведь согласно легенде, в своем бесконечном путешествии мы кормимся за счет перепродажи разной хрени. Но потом как-то увлекся и в голове вдруг щелкнуло воспоминание из прошлой жизни, что хороший шпионаж никогда не выпускает из внимание вопрос торговли и ценообразования. Тут у нас, конечно, не товарно-сырьевая биржа какая-то и цены по десять раз на дню не меняются. Тут, я это помню по своему посещению Вал’аклавы и некоторого общения с Царем Царей Леокаем, цены вообще меняются очень сложно. Поскольку денег как таковых еще нет, то иногда очень трудно сказать, что именно подорожало или подешевело — товар, который покупают или товар, которым расплачиваются. Условно говоря, если за один кувшин пива все время требуют десять яблок, то в летний сезон получается, что пиво дешевеет, ибо яблок полно, а зимой дорожает. А если потом этим пивом расплачиваются за бронзу, цена которой может зависеть от того, сколько караванов с этим товаром пришло на рынок… то вот пойди да и вычисли тут цену яблок, учитывая неурожайный год на крабов и то, что старый шаман, лучше всех умеющий делать лодки, внезапно помер!

Однако некоторый тенденции, так сказать, были налицо. Со времен пришествия аиотееков подорожал жемчуг, местный аналог картошки, специи и другие заморские товары, зато внезапно подешевели бронза и какие-то «гок’овые» канаты. Что это за канаты, я не знал, но просто-таки почувствовал, как сидевший рядом со мной Дор’чин насторожился и едва ли не принял стойку учуявшей добычу собаки. Судя по всему, в морском деле эта разновидность веревок пользовалась заслуженным уважением.

Ну, с веревками, я так понимаю, было довольно просто. Их делали живущие на реке лесные, и я так понимаю, с приходом аиотееков те стали брать дань с производителей столь ценного товара именно этими канатами. Невольно произошла некая специализация, на их производство было брошено больше производственных мощностей, да и взятие под одну руку всех торговых путей, по которым данный товар доходил до потребителя, наверняка способствовало их удешевлению. Опять же, ограничение сбыта — в гости к аиотеекам купцы плавать пока побаивались.

Отсюда же и подорожание харчей. Производственные мощности не беспредельны, где-то прибыло, где-то убыло. К тому же, аиотееки «призвали» многих молодых мужиков в свою армию. И те, вместо того чтобы старательно сажать картошку и бить зверя, теперь вышагивают с копьями и щитами наперевес.

С жемчугом тоже все относительно понятно. Раньше-то его особо никто не добывал — если найдут в предназначенной для еды ракушке, порадуются внезапной удаче, да и отложат забавную безделушку в сторону, чтобы украсить себя, подарить жене или выменять на что-то более полезное. А теперь вдруг жемчуг внезапно стал востребован, а значит, цены на него взлетели.

С доставляемыми издалека специями и другими подобными товарами тоже все ясно — они всегда дорожают во времена волнений и неурядиц, когда о спокойной торговле между дальними странами можно забыть.

Но вот откуда дешевая бронза и почему внезапно подорожала древесина? Откуда эту бронзу возят и что из этой древесины строят? Вот это уже было очень и очень интересно. Бронза и дерево тут стратегические товары. Так что этот вопрос требовал тщательного обдумывания и исследования.

В общем, спать нас положили в поселке, пообещав отвести знакомиться с аиотееками завтра… Может, оно и к лучшему — будет время все еще раз обдумать все, что наболтал за сегодня, что за сегодня узнал и как в связи со всем этим завтра выстраивать разговор с моими самыми опасными врагами.

Но попробуйте спокойно проспать ночь перед таким важным событием! Пол-ночи проворочался на своей циновке и даже разок сходил окунуться в море, чтобы малость остыть и освежиться. Так что заснуть удалось только под самое утро… Как раз перед рассветом, когда меня и разбудили. Не выспавшегося, злого и недовольного.

Разбудили, подняли, наскоро сунули в рот холодный кусок вчерашней жаренной рыбы и погнали на допрос… Нет, я местных ребят понимаю, им надо с первыми лучами солнца выходить в море, тут уже не до возни с заспавшимися гостями.

А у ворот крепости пришлось прождать еще часа полтора, потому что у господ аиотееков желания бросив все бежать знакомиться с гостями почему-то не обнаружилось. Им, видите ли, интереснее было досмотреть свои утренние сны, обиходить своих верблюдов и неторопливо набить брюхо завтраком, чем знакомиться и общаться с таким великолепным мной… Доброты и радости мне это также не добавило.

Наконец, ворота неторопливо открылись, из них ставшим уже привычным для нас строем вышли четыре оикия «забритых» и одна «коренных», начавших отрабатывать строевые упражнения. Причем, что характерно, «коренные» распределились по оикия «забритых» и занялись активным их шпынянем.

Я хоть и не считал себя большим профи, хотя (спасибо Асииааку) кое-что в этом деле понимал, однако сразу понял, что набранные вояки еще были очень далеки от совершенства, и по большому счету одна хорошо выученная оикия ирокезов или аиотееков без труда разгонит все имеющиеся тут четыре. Ребята постоянно путались в ногах, пытались поворачиваться не через то плечо и вообще, больше мешали друг другу, чем работали единым строем.

…Но тут меня аккуратно потрогали за руку, отвлекая внимание от происходящего на плацу. Передо мной стоял невысокий и какой-то, я бы сказал, невзрачный аиотеек в довольно скромном халатике и всего лишь с одним кинжалом и топориком на воинском поясе. Могучие плечи и громадная грудная клетка профи-культуриста тоже отсутствовали, однако я уже прошел немалый путь по пути воина, чтобы понимать, что означают эти выверенные и точные пружинистые движения и кисти рук толщиною наверное с мой бицепс времен Москвы. Но еще больше пугали глаза. — очень умные и проницательные… Умных людей Тут я боялся больше всего. Круче и сильнее меня тут и так были почти все, так что ловить что-то на поле физического совершенства мне особо не светило. Мозги же были моим единственным преимуществом перед окружающими меня качками и головорезами. А всякие умники вроде Леокая лишали меня и этой малости, заставляя чувствовать себя полным ничтожеством.