Егор Чекрыгин – Свиток 5. У истоков империи (страница 23)

…Меня потом вообще долгое время снедало подозрение, что имитируют оргазм женщины не для того, чтобы порадовать мужа, а чтобы уесть подслушивающих за стенкой соседок. Впрочем, хватит об этом…

Ну а что было дальше,я по вполне понятным причинам во всех подробностях описывать не буду. Скажу только, что страсти и удовольствия особых не было, зато дофига неловкости и напряжения, вполне соответствующих понятию «исполнить долг» (пусть и супружеский). Но, как говорится, лиха беда начало.

— Ты должен сделать мне подарок! — настойчиво потребовала супружница, едва я успел немного восстановить дыхание.

— Какой? — спросил я, вяло подумав, что может, это у них в горах обычай такой. Но по загоревшимся глазкам женушки понял, что влип конкретно.

Глава 8

Нагруженных трофеями, в смысле подарками, верблюдов и студентов мы отправили первыми, а сами проторчали в столице Иратуга еще примерно неделю. Никаких особо выдающихся событий за это время не произошло, так что рассказывать в общем-то и не о чем.

Попробовал я было напроситься на экскурсию на производство к Драхтовичам, но был вежливо послан. Да и сам сообразил что мне, разбирающемуся в химии, как свинья в астронавигации, толку от такой поездки большого не будет, а дышать несколько часов вонью только чтобы увидеть то немногое, что мне сочтут возможным показать — нет уж, спасибо!

А больше-то, в Иратуге ничего интересного и не было. Не коз же мне ходить разглядывать? А местное ремесленничество было развито явно хуже, чем в Олидике или Улоте. Да и после шутки, что я сотворил с Бастаем, надеяться, что в местных шаманских кругах меня примут с распростертыми объятьями, пожалуй, не стоило.

Даже несмотря на то, что Царь Царей Мокосай «уговорил» меня больше никого не преследовать и отозвать своих злобных демонов с тропы войны. Я для порядка было поломался немного. Но в конце концов согласился. Это же его царство, ему и решать, кого тут казнить, кого миловать.

Бастая, кстати, карачун не хватил, как я первоначально подумал. Но вот крыша у мужика поехала конкретно, сделав его абсолютно непригодным к исполнению шаманских обязанностей… Да и вообще он теперь мало к чему был пригоден. Разве только что трясти башкой да прудить в штаны.

И хотя подобное зрелище моего ополоумевшего противника работало на мою репутацию Великого и Ужасного даже лучше, чем просто его же смерть, я каждый раз чувствовал себя неловко при виде этого мгновенно превратившийся в ничтожество существа. Но кто же знал, что мужик так слаб на голову? Впрочем, учитывая мою репутацию, склонность местных к мистике, а особенно к галлюциногенным компотикам, пожалуй, этому не следовало удивляться.

Ну да хватит о грустном. (Хотя почему это «хватит»?) Диалог с женушкой у меня более-менее налаживался.

Правда выглядело это так — она что-нибудь просила, а я… как-то так получалось, что соглашался. Нет, не подумайте, что мне приходилось платить ей за секс или, допустим, приготовление обеда. Просто я постоянно чувствовал какую-то неловкость. Вероятно, вызванную гнилой отрыжкой моего интеллигентского прошлого. Глядя на ее наивную жадность и свеженькое личико, я чувствовал себя этаким совратителем малолетних и невольно пытался задаривать «дите» понравившимися ей игрушками.

Хотя не буду наговаривать на Лигит лишнего, в остальном как жена она была безупречна. В том плане, что воспитывали ее правильно. Так что по части кормежки и уюта я был обеспечен весьма качественно. Да еще она с первых же дней нашего брака притащила откуда-то какой-то ткацкий станок и проводила кучу времени в работе, попутно болтая с подружками. Так что принцессой на горошине ее назвать было бы трудно. Тут лентяи не выживали. И даже девиц царских кровей с младенчества приучали к работе, если не сказать пахоте.

Но вот некую слабину она во мне нащупала и теперь не стеснялась этим пользоваться, выманивая разные безделушки, оставшиеся у меня еще с прошлых разделов добыч и торговых предприятий. Мне, в принципе, было не жалко. В конце концов, не самому же таскать на себе все эти цепочки, колечки, браслетики и прочую лабуду? А красивая и богато принаряженная жена (это я знал еще в прошлой жизни), это в некотором роде визитная карточка всякого преуспевающего человека.

Вот только каждый раз, даря очередной подарок Лигит, я со вздохом вспоминал свою беззаветно преданную Тишку и все острее чувствовал потерю.

Впрочем, ладно. Как ни приятно гостеприимство искренне радующегося нашему пребыванию тут Мокосая, а отправление в дорогу навстречу новым странствиям и приключениям не может не волновать. Особенно, если большая часть пути проходит, так сказать, по местам твоей боевой славы.

Да, удивительно, как долго и страшно мы тогда шли. Изнывая от жажды с раненным Лга’нхи на руках, снедаемые беспокойством и неуверенностью. Вроде, тогда торопились что было сил, но дорога казалась бесконечно длинной. А сейчас проходим ее чуть ли не вдовое быстрее, да еще и с такой легкостью… Чудеса!

А вот то самое место, где мы нашли первый оставленный Накаем бурдюк… А вот, кажется, тут у Линсат началась истерика и я полез вон на те холмы рубить деревья… А вот тут на следующее утро мы поставили капкан… Точно — даже видно место, где дорога вильнула в сторону, забравшись аж на склон горного хребта. Видать, мой капкан произвел такое впечатление на местных, что даже спустя годы они предпочитают обойти стороной «проклятое место». А вон на скале (зная, что он там раньше был) можно разглядеть остатки нарисованного верблюда.

А вот после этой долины мы наконец забыли, что такое жажда… А тут я делал операцию Лга’нхи, выскребая грязь и гной из его раны и подсаживая червей… А вот тот самый ручей, отделяющий Иратуг от Улота… Вроде, только пару шагов сделать по ледяной воде. Но тогда это означало для нас так много.

Да, веселая была прогулочка. И опять из серии «по памятным местам, воспетым в былинах». И снова ирокезы и сопровождающие нас лица слушали с большим интересом мои пояснения. Даже Лга’нхи, который большую часть того пути провел в забытьи и мало что помнил.

…О, кажись и женушка начал посматривать на меня со страхом, видать вспомнила про репутацию Свирепого и Беспощадного, которую имеет ее муженек во всем мире и особенно в Иратуге.

(От Аффтыря: в предыдущем сюжете наметились маленькие изменения.

Во-первых, я подумал, что нахрена тащить весь товар сначала в Улот, а потом кругалями в Ирокезию? Так что в Улот мои герои взяли только некоторую толику подарков, а остальное добро отправили вместе со студентами по короткому пути (отправят, я это еще не написал).

Во-вторых, совсем забыл, что Дебил с Мокосаем должны были обменяться заложниками. И решил, что Царь Царей Мокосай отдаст на воспитание Дебилу своего старшего сына. Заодно и подержит его какое-то время подальше от Иратуга и возможных наездов.)

В Улоте нас не ждали.

В смысле, в первом по дороге из Иратуга поселке, где проживал аналог местной «пограничной стражи», никто не поспешил расстелить перед нами ковровую дорожку и выстроить почетный караул.

Оно, конечно никакой стражей они и не были, а всего лишь местным ополчением, приглядывающим за прибывающими в царство с востока чужеземцами и доносящим, ежели понадобится, в столицу обо всех творящихся тут несуразностях и происшествиях.

Думаю, приезд банды из десятка (считая Лга’нхи) здоровенных вооруженных до зубов дикарей со шрамированными мордами, а также целых трех шаманов, один (а возможно и два) из которых вообще был, прости господи, аиотеек, не произвел на пограничную стражу особо благожелательного впечатления. И даже моя женушка, и в пути не забывающая расфуфыриваться бирюльками, а также ее племяш, на нашем фоне отнюдь не смотрелись невинными овечками, а скорее, особами подозрительными. (Невинные овечки вместе с такими матерыми волчарами не путешествуют).

Впрочем, наши, в смысле Лга’нхи и мое имена местные ребята конечно слышали, как и краем уха слышали про то, что мы приходимся Леокаю какой-то очень дальней родней.

Но в том, что Улот был действительно «Великим», я быстро убедился, поняв, что даже несмотря на все вышеперечисленное, тут нам восторженно-почтительного приема явно не дождаться. Может, баллады про нас с Лга’нхи и пели даже тут, но для местных мы все равно были провинциальными дикарями, как-то ухитрившимися породниться с Царем Царей.

Так что десятник, руководивший заставой, сурово (хотя и не без опаски) посмотрев на ирокезов и особенно Лга’нхи, строго наказал нам в пути не баловать и вести себя прилично… Не в том плане, что не сморкаться в скатерти, застегивать ширинку или опорожнять кишечник в строго отведенных для этого местах, а в том, что овец и прочий скот по своей дикарской привычке не воровать, на местных жителей с целью сдирания скальпов не охотиться и обходить стороной местных баб… Ну, разве что им самим приспичит нами попользоваться.

В ответ я посоветовал этому зазнайке более детально обобщить своих знания, написав книгу-учебник по благородным манерам… А ежели он писать не умеет, так пусть ходит за своей овцекозой круглыми сутками и жрет все что у нее из-под хвоста выпадет — может, ума и прибавиться. Верный способ. Это я как Великий Шаман говорю!