Егор Аянский – Манипулятор 3 (страница 2)

— Гачимучи… — задумчиво произнес Стервятник, словно пробуя незнакомое слово. — Впервые слышу.

— Хотите попробовать?

Он удивленно уставился на меня, однако я не стал дожидаться его ответа, а просто щелкнул пальцами. На лужайке образовался боксерский ринг, вокруг которого собрались аплодирующие сельчане из Прошкиной деревни, а оба моих тюремщика оказались в его центре одетые в кожаные плавки с молниями и прочую БДСМ-амуницию из ремней и заклепок, названия которой я не знал, но постоянно видел в мемах. Стервятнику на голову я "надел" черную маску с прорезями для глаз, а вот Игорь Сергеевич получил розовые заячьи ушки из плюшевой ткани.

Не знаю, какие там у них используются команды для начала боя, а потому я просто произнес "Поехали!" и матч начался. Оба участника ошеломленно стояли на месте, но я мысленно представил, как они сходятся в схватке и их неудержимо потянуло друг к другу. Игорь Сергеевич поздно среагировал и оступился, упав на живот. Действие тут же переместилось в партер. Стервятник занял позицию сверху.

— Прекрати! Немедленно! — донеслось с ринга.

— Мы только начали! — ответил я и сделал еще одно мысленное усилие. На ринге появились две сногсшибательные красотки в купальниках. В их руках находились пластиковые бутылки с подсолнечным маслом, из которых они начали обильно поливать борцов.

Игорь Сергеевич воспользовавшись изменившимися условиями, ловко выскользнул из-под Казимира и ухватился за его кожаные трусы. Вторая рука взялась за прорези в маске на его голове. Бросок!

Не знаю, пытались ли они внутреннее сопротивляться моей фантазии, однако очень скоро они порвали друг на друге одежду, и их блестящие от масла тела предстали перед зрителями в чем мать родила. Полицейский, несмотря на разницу в росте, медленно одерживал вверх, не давая своему напарнику выбраться из-под него.

— Ты пожалеешь об этом! — процедил Стервятник сквозь зубы.

— А теперь главная изюминка нашего шоу, господа! — объявил я зрителям, — Сейчас мы узнаем, что в этом уникальном виде спорта делает победитель с проигравшим!

Казимира резко раскорячило в известной позиции, а Берия, который остался облачен лишь в розовые заячьи ушки, угрожающе начал приближаться к нему сзади. Сообразив, что сейчас произойдет, оба взревели не своими голосами.

К сожалению, а может и к счастью, процесс резко прервался, так и не дойдя до финального действа. Пространство вокруг меня схлопнулось, и я снова оказался в полной темноте и неподвижности.

Жестоко? Отвратительно? Может быть. Но я убивал этой выходкой сразу двух зайцев: рисовал в своем сознании возможный компромат на этих двоих, который я, надеюсь, смогу потом распечатать; а также пытался их довести до белого каления, чтобы им захотелось убить меня, или хотя бы разбудить. Мало какой гетеросексуальный мужик захочет себе представлять такое даже во сне. А уж участвовать в этом…

Жаль, что с исчезновением этой сладкой парочки исчезло и то небольшое пространство, в котором я себя ощутил настоящим волшебником. Я бы не отказался сварганить себе на все согласную голенькую Ангелину и завалиться с ней в бассейн. В этом сне все чувствовалось как наяву. Кстати, я до сих пор ощущаю себя, хоть и сплю в реальности. Значит ли это то, что процедура внедрения в мой сон еще не закончена? Эх… Похоже они не станут меня убивать.

Едва я подумал об этом, как передо мной появился Берия в полицейской форме. На этот раз он предусмотрительно был один. Ну ничего, сейчас ты узнаешь на что способен одинокий мужчина после удаления двух пар нижних ребер. Я уже мысленно приготовился провести ему эту операцию, как он испуганно схватился за бока и выдавил из себя:

— Стой!

— Чего тебе?

— Предлагаю сделку. Я отвечу на любые твои вопросы, взамен ты ответишь на один мой!

Так-так. И что мне это дает? Все равно меня за согласие сотрудничать никто не разбудит и не убьет. Поставить ему условие умертвить меня за полученные ответы? Но они сто процентов кинут, да еще и окончательно поймут, что я сам стремлюсь умереть. Ладно, попробуем кое-что. Все-таки, условия здесь ставлю я, как бы это странно не выглядело.

— Я хочу услышать твой вопрос, а уже потом решу, соглашаться или нет.

— Ты сможешь нам указать на подобных тебе людей? Мы знаем, что таких как ты несколько человек. — уверенно произнес Берия.

Опа… А ведь это мне может сыграть на руку! Шестеренки в моей голове быстро завертелись. Пожалуй, мне нравится эта сделка. Заодно и узнаю, как они спелись и вычислили меня. Есть у меня кое-какие мысли на этот счет, но все же подтвердить подозрения из уст первоисточника много ценнее.

— Как я пойму, что ты не врешь?

— Это твой сон! Придумай определитель правды сам! Ты здесь хозяин — тебе стоит только захотеть.

Блин! А ведь я об этом как-то не подумал! Я же в этой реальности покруче любого мага буду! Мое сознание мгновенно материализовало между нами круглый фонарик, который завис в разделяющем нас пространстве. Допустим, синий цвет будет правдой, а красный — ложью.

— У коровы есть крылья?

— Нет. — ответил изумленный Берия.

Фонарик мгновенно засветился синевой.

— Ты мастурбируешь?

— Нет! — неуверенно произнес он и покраснел.

Фонарик тоже покраснел.

— Вы разбудите меня, если я соглашусь на ваши условия?

— Нет. — снова твердо ответил он.

Фонарик загорелся синим. Думаю сойдет. Ну что же, сейчас мы все и узнаем.

Наш диалог длился около двадцати минут, судя по моим внутренним ощущениям. Как я и подозревал, разгадка того, откуда нарисовался Стервятник, была до безобразия проста. Недооценил я местные органы внутренних дел, а точнее самого Берию…

Оказывается, пока я мотался к дракону, да добывал со дна моря сундук, Игорь Сергеевич без дела не сидел. Будучи человеком внимательным к мелочам, он запомнил мою историю, которую я наплел ему при первой нашей встрече. Тогда я ляпнул, что мои мама и младший братик умерли в Приморске во время родов. Сделано это было мной исключительно из соображения того, что он мог начать мне задавать вопросы по старому адресу жительства. И прибрежный городок был на тот момент единственным местом, которое я мог достоверно описать, дойди он до него на допросе.

Цепляться он тогда к этому не стал, но позже Приморск навестил и основательно пробежался с "фотографиями" Акакия и Антона по местным жителям, предлагающим снять апартаменты. Самое удивительное, что он каким-то образом добрался до Марка, который сдавал мне комнату. Тот узнал обоих людей на рисунке и пояснил, что Антон был священником, а второй заезжим бароном, который "случайно" нашел ключ от его квартиры и любезно вернул хозяину.

Разумеется, Берия в такое совпадение не поверил, и подробно допросил Марка, который пояснил, что монах-пилигрим где-то потерял свой нагрудный знак и собирался сходить в церковь за дубликатом. Дотошный полицейский навестил и Приморскую епархию, где в этот момент, как бы это не было прискорбно, находился проверяющий. А если быть точнее, один из тех кто приезжал к Иннокентию на Зеленый остров. Он то и опознал на фото дурачка с Зеленого острова, а дальше Берия вышел на Стервятника…

Самое удивительное в этой истории, что наш бравый полицейский подобрался ко мне со всем не с той стороны, с которой я предполагал. Я искренне думал, что это могло произойти через Василия Кособокого или мэра Приморска, кинутых на орехи. Но видимо чиновники предпочли молчать, дабы под их незаконное предприятие не начала копать Тайная полиция. Не добрался Берия и до Зеленого острова, однако признался, что он обязательно планирует его посетить. Якобы инквизитор ему сказал, что в день моей пропажи, по слухам, был ограблен местный помещик Феофан Андронович.

— То есть получается, что прямо сейчас у вас нет прямых доказательств моей вины? — изумился я.

— Получается так… — ответил Берия. — Но я просто уверен, что именно ты ограбил помещика, и ты же причастен к обману людей на Центральном рынке. И я это скоро докажу.

— Значит прямо сейчас вы меня удерживаете незаконно?

— С точки зрения Уложения об уголовном процессе — да. — пожал плечами Берия. — Но не ты ли сам говорил, что правосудие должно быть с зубами?

Мда… Несложно понять, что положительный исход дела мне не светит. Допрашивать меня официально никто не станет, так как стоит меня разбудить, и я улечу в неизвестном направлении. А после того, как Берия соберет доказательства, показаний такого церковного мастодонта, как Стервятник, вполне хватит, чтобы обвинить меня во всех смертных грехах и без моего признания. Остается надеяться на смертную казнь, вот только с Дарградом и Вестландией придется окончательно распрощаться, ибо обе мои физиономии засвечены по самое не балуй. Грустно…

— Кто еще в курсе обо всем происходящем?

Берия как-то занервничал слегка, однако ответил честно, что подтвердил мой волшебный детектор лжи.

— Разумеется пока никто, кроме меня и отца Казимира.

— Ангелина?

— Ангелина Амировна не обладает всей полнотой картины. Она даже относится к вам с некоей симпатией.

Хоть одна приятная новость… Остальное, в принципе, ожидаемо. В данный момент оба моих пленителя нарушают закон, а о таких делах не треплют левым людям. Понятно, что при моем задержании могли присутствовать и иные персонажи — те же "черные хвосты", например. Однако мелким исполнителям начальство обычно не докладывает причин, тем более в таких скользких делах, а только раздает указания.