Ефимия Летова – Женщина для утех семьи Бэкхейм (страница 93)
Первый раз я имела возможность видеть своего бывшего хозяина, так сказать, при исполнении — до этого я знала о его принадлежности к Ордену чисто теоретически и, признаться, очень надеялась на отрезвляющее воздействие этого осознания. Но, увы — будучи аристократом в богатом замке и в чёрном скромном одеянии санктуса в сиротском приюте — он был одинаково прекрасен. Для меня он был прекрасен, Чорай бы всё это побрал! В обязанности санктуса входили ежедневные небольшие уроки о Слове Изначального, но — так уж вышло — что никто из работников Арлекса не мог ограничиваться только своими непосредственными обязанностями, всё равно от заката и до рассвета мы жили одной большой семьёй, сообща решая все возникающие сложности и проблемы. И я была уверена, что Авертер не захочет, да и не сможет влиться в этот мирок. Он мечтал развивать магию, хотел искать истину, приближаться к божественному, говорить о политике, истории и литературе — а не о детских болячках, ссорах и прочих мелких пустяках и проблемах, совершенно не подходящих для образованного молодого человека, смотрящего на мир свысока. Но совершенно неожиданно для меня, Авертер ни единым словом не дал понять, что он здесь не на своём месте. Он, как и все прочие, отводил свои уроки, а после играл и болтал с детьми, демонстрируя свои магические навыки, словно заправский заезжий цирковой фокусник. С одним из детей, тем самым бедолагой Лойсом, столь неудачно начавшим знакомство с новым служителем Изначального, он ездил к городскому целителю, после того, как другой мальчишка на спор попытался сбить яблоко с его головы из самодельной рогатки.
Я представляла себе нашу встречу иначе. И сейчас не знала, что и думать, злясь на него — за то, что притворялся своим слишком ловко или всё же не притворялся, злясь на себя — за то, что всё выходило по-моему, и мне же самой от этого было плохо. Авертер не шарахался от меня и не делал попыток перейти черту. Я сама просила его об этом. Не знаю, зачем магистр Эйгон это устроил… я не видела его уже фазы четыре, возможно, он просто сошёл с ума, как бывает у стариков!
Прошло около десяти дней, и мы с Авертером столкнулись в той же самой прихожей маленькой боковой пристройки. Это было почти неизбежно, учитывая то, как близко располагались наши комнаты, но до этого Изначальный миловал. Я рассердилась на себя на неповоротливость и попыталась проскользнуть мимо, не коснувшись его, но лорд Авертер вдруг ухватил меня за плечи и прижал к стене. Дрожь пробежала по телу, а затем накатила знакомая по той, прошлой жизни слабость. Табаком от него больше не пахло, а может, мне просто так показалось: запах и привкус полыни, пусть и существующие только в моём воображении, перебивали все прочие.
— Отпустите…
Он тут же повиновался, но не отошёл. Стоял рядом, близко, но не касался, не делал попытки поцеловать или обнять, и это было невыносимо. Я не решалась его оттолкнуть, жалея, что не владею магией, жалея о том, что не могу, как в детской сказке, которую прошлым вечером читала своим маленьким подопечным, обернуться струйкой воды или облачком тумана и сбежать.
— Отойдите.
— Между нами достаточное расстояние, если я буду кричать вам с другого конца двора, это будет выглядеть нелепо.
— Что вам нужно?
— Сегодня праздник, леди Римия, — называть меня гойдой он упорно отказывался.
— Праздник? Какой же?
— Вы забыли? День Истаруса…
— Идущего в ночи, — закончила я, не успев задуматься, зачем. — Год прошёл.
— Год, леди Римия, — его спокойный голос меня раздевал. Не-вы-но-си-мо. Я с трудом отвлекалась на смысл произносимых им слов.
Целый год, с тех пор, как мы с Авертером пили вино в небольшой гостинице Гладена, откуда я благополучно сбежала на встречу с магистром Эйгоном Трикстером. Даже не верится. Чорай, а я ведь даже не знаю, что стало с леди Карисой. Что стало с Лавтуром, с ними со всеми. И я не должна хотеть узнать это, но я хочу.
— Я приглашаю вас в гости, — сказал Авертер и, не оставляя мне возможности отказаться, тут же добавил. — Всё будет очень прилично, как на исповеди в храме, я обещаю, не беспокойтесь. Просто маленькая дань прошлому… К тому же мне сообщили, что санктус Ривиус поправляется, возможно, через несколько дней в моём пребывании здесь не будет необходимости, и я освобожу вас от своего общества, как я заметил, весьма для вас обременительного и тягостного. Просто один небольшой разговор напоследок… леди Римия?
— У вас есть храмовое вино? — против воли я все же подняла голову и уставилась в его кофейные глаза, ругая себя за эту постыдную слабость, ругая себя за то, что весть о его отъезде заставляет меня сжаться в маленький комок и скулить, хотя всё это там, внутри. — Вы всегда носите его с собой?
— К сожалению, нет. Сегодня я смогу найти только самое обычное, но если вам это принципиально… Исполняя обязанности санктуса, я могу освятить его.
— Не обязательно.
— Как вам будет угодно. Не беспокойтесь. Я могу даже поставить между нами стул или кровать. Кстати, я, наверное, должен вас поздравить? Мне сказали, что ваша помолвка — только вопрос времени? Избранник — вполне достойный человек…
— У слухов быстрые ноги, — с трудом произнесла я, глядя в стену.
— Все очень рады за вас. Меня даже приглашали остаться на это… торжественное мероприятие.
Теперь мы смотрели друг на друга, не отрываясь, а горький привкус был не только во рту и в глазах, но и в воздухе.
— Поздравления пока излишни. Пожалуй, я не буду нарушать традицию и присоединюсь к вам сегодня.
— Буду ждать, леди. Тем более, у меня есть для вас один подарок. К сожалению, не на свадьбу, но, боюсь, если я всерьёз задумаюсь о вашей свадьбе, то однозначно нарушу одну из заповедей Творца уже в эти сутки. Возможно, это будет заповедь о недопустимости смертоубийства.
Я растерянно хлопнула ресницами — а лорд Авертер повернулся и легко взбежал вверх по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки, словно он был не достойным служителем Изначального, а одним из местных питомцев.
Глава 70
Как назло, именно в этот же вечер Самук позвал меня на прогулку, и я долго выдумывала убедительный повод для отказа. А придумав, мучилась угрызениями совести, ещё более неприятными, чем насморк. Но, к сожалению, в этой борьбе с самой собой я неумолимо проиграла, отговариваясь тем, что настоящая победа — не в бегстве, а в силе духа, в том, чтобы просидеть рядом с ним, не делая и попытки как-то сократить расстояние между нами. К тому же, у меня действительно остались вопросы, ответы на которые могли бы действительно помочь навсегда оставить в прошлом замок Бэкхеймов и его обитателей, всех до единого.
Авертер открыл дверь за мгновение до того, как моя сжатая в кулак рука коснулась двери. Посторонился, пропуская меня вперёд. Я сделала шаг — и едва сдержала невольную нервную усмешку: кровать, узкая, аккуратно заправленная, стояла посреди комнаты, а по обе стороны от неё располагались два стула.
— Как и обещал, — любезно прокомментировал мой бывший хозяин. — Чтобы вам было спокойнее, леди Римия.
— Вы даже не представляете, какой камень сняли с моей души, — язвительно ответила я, присаживаясь на стул, надеюсь, хотя бы с видимым спокойствием, хотя бы с подобием видимого спокойствия. Наверное, так чувствуют себя дети, сбегая из дома — смесь страха и предвкушения.
Авертер извлёк из-под кровати бутылку с вином и разлил его по глиняным кружкам — бокалами он тоже не озаботился.
— Это чисто символически, на самом дне, к тому же вино действительно не храмовое.
Терпкий напиток ожёг губы, а вкуса я почти не почувствовала. Самое сложное было понять, куда смотреть — не на потолок же, в самом деле. И не на кровать… Я должна была избавиться от этого наваждения.
— Как вы, лорд Авертер? — набралась я смелости. — Как вы жили весь этот год? Леди Кариса…
— Неужели вам стало интересно, как я жил? — он ответил не сразу, разглядывая вино в собственной кружке так, как исследователь смотрит на новый необычный минерал. — Что-то за весь этот год вы не сделали даже попытки получить информацию по этому вопросу. Хотя в отличие от меня находились в куда более выигрышном положении: вы-то знали, где меня найти.
— Так было лучше для вас, — ответила я, стараясь, чтобы голос не дрожал, и уже безмерно жалея, что согласилась сюда прийти.
— Лучше? — какая-то мгновенная ярость проступила в его доселе привычно спокойных интонациях. — Да что вы говорите! Конечно, кому знать, как не вам, — несколько капель вина выплеснулись из кружки и попали на белое покрывало, расплываясь кровавыми кляксами. — Жаль, что раньше не сказали, я бы приезжал к вам на консультации. А по-моему, вам просто нравится делать всё наперекор.
— Перестаньте! — не выдержала я, и его гнев тут же сменила маска отрешенного спокойствия, словно эмоциональная вспышка была ничем иным, как моей галлюцинацией.
— Мать покончила с собой в камере Хорренхайской Темени на следующий день после ареста, — отрешённо произнёс Авертер. — Можно я не буду делиться подробностями того, как она это сделала?
— Простите… — я моментально смешалась. — Простите меня! Мне… жаль. Очень жаль.
— При чем здесь вы? — Авертер пожал плечами, в этот миг напоминая себя-прежнего, того высокомерного холодного лорда, каким он был на момент нашего знакомства. — Не стоит сейчас терзаться, леди Римия. Сбежать вам казалось куда важнее, чем утешать страдающего сына матери-убийцы и отца-развратника. Год прошёл, я смирился и переосмыслил произошедшее. Уже ничего не изменишь. На всё воля Изначального.