Ефимия Летова – Миссия: соблазнить ректора (страница 39)
По правде сказать, у меня было ещё с десяток вариантов, но я не угадала ни с одним из них.
— Так значит, я должен взять вас с собой в Асветон?! — нехорошо прищурился ректор, а я досадливо укусила себя за язык. Должен он! Верлада Алазия так ничего мне и не сказала, и я даже не знала, какой байке подыгрывать. Может быть, свой ход сделал Эстей?
— Ну, не то что бы должны… Но это было бы весьма кстати, — пробормотала я и тоже разозлилась. Ну почему он всё время так со мной разговаривает?
— Это было бы вовсе некстати! — передразнил он меня. — Я что вам, нянька?
— Почему это?
— Потому это! За студентку своей Академии, особенно за
— Бедовую? — обиделась я. — Никакую не бедовую!
— Ну-ну. Именно поэтому вы ворвались в преподавательское общежитие, потом шастали по Академии в нижнем белье, потом…
— Так мы всё-таки на «вы» или на «ты»? — перебила я, не желая слушать пересказ собственных неурядиц. Ректор замолчал, даже, кажется, подавился последним словом.
— Мы сейчас о другом говорим, не меняйте тему! Я не собираюсь вместо собственных дел гоняться за вами по столице, вытаскивать из каких-нибудь клубов с сомнительной репутацией, отгонять от вас палкой каких-нибудь…
— Не надо за мной гоняться! — перебила я, чувствуя, как жар заливает уши и медленно перетекает в щёки. Неужели со стороны я действительно кажусь… вот такой безголовой?! — Где вы остановитесь, в гостинице? Я никуда от вас не уйду. Решу свои… м-м-м… вопросы, лягу на вашу кровать, сложу руки на груди, устремлю взгляд в потолок и буду тихонечко ждать вашего возвращения.
Ректора аж передёрнуло от такой перспективы.
— И подарок ваш надену, а то в такой красоте и выйти-то некуда. Однокурсники не оценили, представляете, дикие люди!
Я почти слышала, как Миар заскрежетал зубами. Честно говоря, больше всего хотелось уточнить, для чего адептка Ари едет в столицу. Но подразумевалось, что я и так это знаю. Приходилось молчать и ждать удобного случая.
— Лада Эрой, я вижу, что вы просто пытаетесь меня разозлить, хотя и не понимаю, зачем.
— Просто не люблю, когда ко мне относятся предвзято. Ничего плохого я не делала. Даже наоборот…
Я сжала зубы, стараясь выглядеть равнодушной и не показывать, насколько же меня обижает этот насмешливо-холодный тон. Жаль, что поцелуи не рассматриваются в Этическом суде, как веский повод для подачи жалобы! Женить не женили бы, так хоть оштрафовали бы, что ли.
— Имейте в виду, у меня деловая поездка, лада. И на вас у меня нет в ней времени!
— Имею, — кивнула я. И рискнула добавить. — Да и я тоже не прохлаждаться еду. Так что на моё время тоже не рассчитывайте.
— Верлада могла бы отправить кого-то другого, но нет же. Кажется, уже вся Академия в курсе…
— Нас никто не видел, а я никому не рассказывала, — тихо сказала я.
Ректор досадливо сморщился.
— Забудьте. Я был не прав, это было просто…
— Помутнение рассудка? — подсказала я. — Не оправдывайтесь, что вы как первокурсник. Боитесь, я стану слишком большим искушением для вас в замкнутом пространстве экипажа?
— Я найму вам компаньонку, — совершенно серьёзно заявил ректор. — Юная девушка в сопровождении неженатого мужчины…
— Юная женщина, — поправила я. — Кого это взбудоражит, общественность? Не смешите, всем плевать.
— Просто интересно, — Миар сощурился. — Как вы уломали Алазию? Она даже собственной дочери не доверила бы передавать документы по спагиромагическому вернисажу, да ещё и Остеру!
Ах, значит, мне нужно просто передать документы какому-то учёному перцу! Ну, в этом же нет ничего особенно сложного…
— Верлада хочет устроить мою судьбу! — защебетала я. — Познакомить меня с нужными людьми, то есть мужчинами, ну вы понимаете, женская солидарность… Вы сами виноваты.
— Я?!
— Ну, вы же отправили меня прямиком в её постель в самый первый вечер здесь. Это очень сближает людей!
Наступило недолгое молчание, прерываемое тем самым зубовным ректоровским скрежетом, который мне, возможно, только казался.
— Я найму вам компаньонку, — Миар вышел из аудитории и хлопнул дверью с такой силой, что стены задрожали.
А у меня отчего-то задрожали губы.
Свою дурацкую угрозу, к которой я поначалу отнеслась несерьезно, Миар, разумеется, выполнил. Глупо было ожидать чего-то другого от человека, который поселил молодую девушку в мужском общежитии! А потом целовался с ней, а потом просто сделал вид, что это всё ничего не значило…
«Забудьте»! Снова это проклятое «забудьте».
Теперь же Миар уехал, не знаю, на чём и как, а я стояла у ворот ЗАЗЯЗ перед небольшим дорожным экипажем и уныло разглядывала только что выбравшуюся из него немолодую худощавую седовласую особу в тоненьких золочёных очках с невзрачным тёмно-серым зонтиком-тростью, свисавшим с локтя. На фоне снега, щедро припорошившего землю и все прочие поверхности, зонтик смотрелся довольно эксцентрично. А особа разглядывала меня, нервно перебирая тонкими паучьими пальцами, которых, казалось, было в два раза больше, чем нужно.
— Лада Эрой, — верлада слегка наморщила нос, и очки подпрыгнули на носу, как заправский лыжник на трамплине. — Очень рада знакомству.
«А я не очень», — чуть было не ляпнула я, но вовремя прикусила язык.
— Верлада Марая Мистрис к вашим услугам. Для меня большая честь сопровождать в поездке отпрыска столь уважаемого учебного заведения. Обещаю вам выполнять свои обязанности с честью и достоинством!
— Простите, — вежливо (надеюсь, что вежливо) перебила я почтенную особу. — Что конкретно входит в ваши обязанности?
— Я буду неотступно сопровождать и оберегать юную ладу в столице, царстве пороков и соблазнов! — пафосно и даже немного томно объявила дама. — Их, этих соблазнов, в столице так много, так много… Непристойные места для сборищ развращенной элиты или необразованного сброда, источающие миазмы похоти и дурмана, горячительные напитки, курительные смеси… огромный выбор, просто огромный! А главное — мужчины. Каждый половозрелый мужчина в столице так и норовит совратить с пути истинного любую привлекательную особу женского пола, увлечь её в пучину разврата и провести сквозь все круги греховного наслаждения…
Она ностальгически вздохнула.
«Звучит как рекламный проспект», — невольно подумала я, а вслух уточнила:
— Любую особу женского пола? То есть вы хотите сказать, и мне за вами нужно присматривать?
Верлада Мистрис споткнулась на середине слова и замолчала. Её бледное морщинистое лицо пошло взволнованными красными пятнами.
— Ну, я-то уже не то что бы… Речь не обо мне, милочка! Заодно я сообщу вам необходимый энциклопедический минимум исторических и культурных знаний о…
У меня закружилась голова. Мрак! Нет, этот, как его… Дайхр!
Не хочу я никакого минимума! В связи со стеснённостью в средствах, у меня никогда не было гувернантки. А вот у сестры — была. Чем-то неуловимо похожая на верладу Мистрес, та женщина тенью следовала за Элейн, но была ли в том какая-то польза с учётом того, какой потом сестрица выросла — большой вопрос.
— Вот и наш экипаж, — продолжала гундосить, то и дела морщась, будто от нервного тика, верлада Мистрес. — Нет-нет, не трогайте ваш саквояж, это обязанность сопровождающего экипаж лакея!
— У нас тут лакеев не предусмотрено, — не без злорадства посетовала я. — Не тот бюджет.
— Возмутительно, но предсказуемо…
Верлада завертела головой в поисках кого-нибудь, и взгляд её упал на глазеющего из своего закутка на бесплатное предоставление Тарина.
— Вот, кстати, очень подходящая ситуация для небольшого урока хороших манер! — оживилась моя компаньонка. — Молодой человек! — поманила Тарина верлада своим паучьим пальцем. — Подойдите-ка сюда!
Тарин слегка подался назад.
— Я?!
— Вы, вы! Что-то я не наблюдаю других мужчин поблизости, этих самоуверенных настырных представителей сильного пола, готовых по первому щелчку броситься к слабым беспомощным девицам, обременённым неподъёмным багажом…
Тарин икнул, покраснел — и бросился поднимать мой «неподъемный» багаж, на самом деле довольно компактный, потому что кроме одежды и кое-каких косметических средств там ничего не было. Привратник наклонился, потянулся к ручке саквояжика… и в этот момент верлада Мистрес со всей силы треснула его по затылку зонтиком. Бедолага взвыл и отскочил, ошеломленно потирая ушибленный затылок.
— Вы что творите?! — возмутилась я. — Он же просто помочь хотел!
Верлада опустила зонтик и невозмутимо поправила очки. Весь её вид излучал самодовольство.
— Да будет вам известно, мой ангел, что эти, с вашего позволения, мужчины зачастую прикрывают постыдную похоть стремлением развлечь нас, невинных беспомощных женщин… или помочь. Вы думаете, сейчас этот юноша тянулся к ручке саквояжа?! О, нет! Это не так! А даже если и так… в своих похотливых мыслях это грязное животное задирало вам юбку, лезло своими ненасытными пальцами к вам под подол, жадно сминая нежную кожу бедёр, и…
— Я… э-э-э… простите, я вынужден вернуться на пост! — промямлил Тарин, отползая к своим воротам. — Но, лада, поверьте, я и не думал..!
— Все они так говорят, — скорбно потупилась верлада Мистрес. Без особых усилий подхватила мой чемодан и скомандовала с интонациями пропитого армейского сержанта, на корню задушив любые попытки ей возразить. — Мар-р-рш в экипаж!